Читаем без скачивания Могилы героев. Книга первая - Денис Куклин

- Спасибо, но с утра не употребляю.- Пресняков сел в кресло и выжидающе посмотрел на хозяина квартиры.

- Вы ведь знали, что этот разговор состоится?

- Предполагал. Люди предсказуемы, но нельзя быть в чем-то уверенным на сто процентов. Иначе это называется самонадеянностью. Поверьте, иногда лучше знать обстановку, нежели идти наперекор обстоятельствам.

- Это называется умением выжидать,- кивнул Михаил.- Я понятия не имею, в какие игры вы играете. А в данный момент хочу знать только одно: что я получу взамен? Если предположим, некие документальные свидетельства неблаговидных занятий государственных людей будут переданы мной лицу заинтересованному. Да хотя бы вам.

- В определенных обстоятельствах лояльность бесценна. Что вы видите в качестве награды?

- Ефим Павлович, не лукавьте. Вы хорошо знаете, о чем я говорю.

- Вы не хуже меня понимаете, что это невозможно. Самохин – пасынок депутата Государственной Думы. Он деловой партнер таких людей и таких структур, что ни я, ни мое руководство ни при каких обстоятельствах не санкционируют ликвидацию подобного фигуранта. Скажу больше, его мы будем оберегать от потенциальной опасности. Михаил Александрович, это факты которые вам необходимо знать. От которых мы должны отталкиваться в будущем.

- Хорошо,- кивнул Михаил.- Сформулирую вопрос иначе. На что я реально могу рассчитывать?

- На стремительную и блестящую карьеру, на мою помощь и всемерную поддержку.

- Звучит заманчиво,- усмехнулся Михаил.- Стало быть, независимо от того, как я поведу себя в дальнейшем, лично вы, Ефим Павлович, будете оказывать мне поддержку?

- В том случае, если вы будете придерживаться правил,- кивнул собеседник.

- Держите ваши бумаги,- Михаил протянул Преснякову канцелярскую папку.- Здесь все что Соболев передал мне перед смертью. Честно говоря, меня мутило, когда читал и перечитывал.

- Такова жизнь.

- До свидания, Ефим Павлович. Я бы хотел остаться один.

- Вы сделали правильный выбор, Михаил Александрович. Отныне вы можете рассчитывать на мою поддержку. А по этим координатам вы в любое время дня и ночи сможете найти меня,- он протянул Михаилу визитную карточку.

- Вы уже знаете, как я поступлю? - Михаил не спешил выпускать руку Преснякова.- Вас волновали только документы, верно?

- Михаил Александрович, у вас достаточно большой размах крыльев. Определенно вы мне напоминаете кое-кого.

- Если бы я вас не знал, решил бы что это индульгенция,- усмехнулся Говорухин.

В ответ Пресняков улыбнулся тонкой и понимающей улыбкой.

- Не мне вас судить. До свидания, Михаил Александрович. Желаю удачи!

6. Морок.

Осень наступила не дождавшись сентября. В конце августа похолодало. Хотя неделю назад казалось, что лето не закончится никогда.

Олег сидел в своем кабинете на подоконнике и всматривался в фотографию фантастически красивой девушки. Если верить ее отцу ни бессонница, ни двухмесячный кошмар не лишили ее красоты. Но душевные силы были уже на исходе.

- Почему же вы сразу не обратились к нам?- Гарибов с ожесточением посмотрел на посетителя.- Я понимаю, гордость и все такое. Но какой опасности все это время вы подвергали девочку!

Эхтирамов Алихан Гусейнович только крепче сжал челюсти.

- Вахтанг Петрович, немыслимо то, что происходит вокруг нее в последнее время,- сказал он после непродолжительного молчания.- Посмотрите эту видеозапись, и вы поймете, почему я пришел к вам только сегодня.

- Олег, включи телевизор,- попросил Костырева Вахтанг.

Олег взял со стола кассету и поставил ее на просмотр.

- Сердце мое готово разорваться от ненависти,- тем временем говорил Эхтирамов.- Посмотрите запись, и вы все поймете сами. Поймете, что я чувствую и что готов сделать с ним.

- Обрати внимание,- сказал Олег, как бы не замечая происходящего на экране.- Фотография любительская, черно-белая. У него либо хорошая фотоаппаратура, либо он подходил к девушке на довольно близкое расстояние. Алихан Гусейнович, вы не узнаете фон, обстановку?

- Я не могу на это смотреть!..

Прерывистое тяжелое дыхание и чавкающие звуки, доносившиеся с экрана телевизора, на мгновение прекратились, и сдавленный мужской голос прохрипел: "Су-у-ка!"

- Кончил ублюдок,- подытожил Вахтанг.

На экране еще какое-то время был виден эрегированный член на фоне заляпанной спермой фотографии, после чего запись оборвалась.

- Бог – свидетель,- прохрипел Эхтирамов,- я этого подонка из-под земли достану!

- У вас больше нет подобных видеокассет?- Вахтанг с сочувствием посмотрел на него.- Это может быть очень важно. Возможно, на других записях мы увидим что-то характерное для этого человека. Эти записи непотребные, гнусные, но мы должны увидеть их. И мы должны увидеть конверты, в которых они были доставлены.

Олег вынул кассету и поставил ее на стол Гарибова.

- Были еще две,- хрипло ответил Алихан Гусейнович.- Две первые кассеты, но я их сжег.

- Напрасно. А письма, записки, угрозы. Это было?- Олег снова присел на подоконник.- Чем сейчас занимается ваша дочь? Она выходит на улицу?

- Она очень умная девочка, она поступила в институт.  Ей учиться нужно, но я боюсь за ее рассудок.

- Алихан Гусейнович, было ведь еще какое-то событие? О чем вы умалчиваете? О чем недоговариваете?

Олег кивнул, поддерживая Вахтанга:

- Я думаю, если бы дело ограничилось угрозами, вы бы к нам не пришли. Он все же попытался ее изнасиловать?

- Нет,- Эхтирамов закрыл глаза ладонью.

- В таком случае, что произошло?

- Кого вы подозреваете, Алихан Гусейнович?

Спустя несколько минут выяснилось, что на прошлой неделе некто попытался изнасиловать, но не Гульнару, а ее двенадцатилетнюю сестру Эльвину. Угрозы и адресованную лично ей похабщину Гуля восприняла с завидным хладнокровием. Она считала, что вскоре неведомый извращенец угомонится. Но когда дело коснулось сестренки, в ней что-то сломалось. Сейчас она находилась на грани нервного срыва.

Выслушав Эхтирамова, Вахтанг побледнел от бешенства:

- Вы хотя бы понимаете, что делаете?! Неужели хваленая честь и мнение окружающих для вас дороже здоровья и жизни близких?..

- Вахтанг, не нужно так,- остановил его Костырев. Эхтирамов и без того был подавлен свалившимися на него бедами.- Ваша младшая дочь может опознать преступника?

- Нет. Он напал на нее сзади. Это случилось в нашем подъезде утром…

- Утром?- Переспросил Олег.- Вы на самом деле никого не подозреваете? Может быть сосед, сослуживец, знакомый ваш или вашей супруги?

- Нет, я такого человека не знаю.

- Давайте поговорим откровенно,- предложил Олег.- Я предполагаю, что вы подозреваете не кого-то конкретного, а нескольких человек сразу. Если вы желаете обезопасить свою семью, назовите фамилии. Не бойтесь, вы не опорочите честных или невиновных людей. Мы во всем разберемся. Предоставьте это нам, Алихан Гусейнович. Положение, в котором вы находитесь сейчас очень серьезное. Алихан Гусейнович, вы, а не мы должны признать это.

На глазах Эхтирамова навернулись слезы. Казалось, еще немного и он не выдержит. Судя по всему, он тоже был на грани нервного срыва.

- Молодые люди,- наконец заговорил он. Костырев с Гарибовым переглянулись.- Вы судите меня с высоты профессионального опыта, я же не знаю элементарного. Я не знаю, что нам принесет завтрашний день. Об одному прошу, помогите нам. Спасите моих детей!- Вахтанг отвернулся и крепко сжал зубы. Олег знал, как редко теряет самообладание напарник. Но это был как раз такой случай.- Я не могу держать девочек в четырех стенах,- продолжал Эхтирамов.- Потому что жизнь взаперти и страхе – это уже не жизнь. И уехать отсюда мы не можем. Нам больше некуда бежать. Мы бежим с девяностого года от войны, от беды.- Олег почувствовал, как на его глазах тоже навернулись слезы.- От страха все равно не убежишь. И никто не даст гарантию, что уехав из этого города, мы решим проблему. Помогите нам, а я этого никогда не забуду…

В кабинете на минуту воцарилось молчание.

- Если я не ошибаюсь, вы – азербайджанцы?- Нарушил тишину Олег.

- Да, в девяностом мы приехали в Россию из Карабаха.

- Я сделаю все, чтобы поймать этого подонка,- отрывисто произнес Вахтанг. Дышал он с натугой, его снова душила ярость.

Олег тоже кивнул.

- Я бы хотел поговорить с вашими детьми, с супругой,- сказал он.- Вообще, хотел бы осмотреться на месте.

- В любое время,- энергично кивнул Эхтирамов.- Для вас мои двери открыты в любое время дня и ночи.

Олег закусил фильтр сигареты зубами.

- В таком случае, давайте начнем с начала,- он пересел за стол и открыл свой неизменный блокнот на чистой странице.- Когда вы в первый раз поняли, что ваша дочь стала объектом внимания со стороны нездорового человека? И попытайтесь вспомнить первую реакцию на это, попытайтесь вспомнить первое подозрение…