Выстави защиту! — крикнул я Мичи.
Зачем так заорал — сам не понял, ведь он сидел рядом.
Мичи быстро повёл рукой со щитом, и вокруг нас двоих образовалась крепкая защитная сфера Стража-Телохранителя. Я такую создавать не умел, потому что был Тараном. Моей специализацией была атака, а не защита, как у Мичи.
Нам сразу полегчало.
Мы оба выдохнули и убрали руки от ушей, хотя в башке ещё долго звенело.
На Фергаса же этот подъём никак не повлиял. Он махнул рукой в сторону:
— Посмотрите, какие красоты, уважаемые гости! Невероятное зрелище восходящего солнца над горами Фатору. Такого вы в Стокняжье не увидите.
Я лишь краем глаза покосился в окно кабины, и меня тут же бросило в пот. Высота была чудовищная, хоть и красиво вокруг — тут не спорю. Но мне было не до красоты.
Мысли в голове бегали всё быстрей: как построить разговор с главой рода Пачуа, как уговорить его отдать тела Ратибора и Камэко Чи, ведь это именно воины Пачуа забрали мумии из склепа. На это указывал наконечник стрелы.
Фергас будто почувствовал моё беспокойство и обернулся.
— Волнуетесь, господин Волков? Правильно волнуетесь. О вашем предательстве и переходе на сторону Котлованов уже известно воздушным магам. Однако по древней традиции империи Фатору, глава божественного рода обязан принять гостя из другого божественного рода. Только на это и надежда. Если ничего не выйдет, то вас сбросят вниз со специальной скалы, самой высокой вершины гор Фатору. Мы зовём её Пик Крови. Но я вас об этом уже предупреждал.
— Вообще-то, не предупреждали, — кашлянул я нервно.
— А, ну вот. Теперь предупреждаю.
Он снова дёрнул за рычаг, и кабина начала притормаживать, пока не остановилась совсем. И в этот самый момент, когда двери начали открываться, меня бросило в холодный пот. Я посмотрел на Фергаса совсем иначе.
Чёрт возьми, где были мои глаза всё это время? Почему я сразу не увидел, с кем имею дело, ещё когда мы были в Стокняжье?..
Его имперское высокомерие и любовь к комфорту.
И его спецпропуск.
И статуэтка прародительницы Санидаг на камине.
И родственница императора, запросто играющая с сыном обычного профессора.
И разговор про встречу гостя из божественного рода.
И личный роскошный подъёмник с маршрутом прямо ко дворцу, в конце концов!..
Выходит, Дао Фергас — совсем не тот, за кого себя выдаёт. Он же...
Мысль оборвалась.
В кабину вошёл отряд воздушных магов. Они были вооружены луками, а за плечами у них торчали колчаны. Я уже не сомневался, что в них находились стрелы с такими же наконечниками, как у меня в кармане...
***
Интерлюдия двенадцатая. Акулина Волкова
Когда Мидори всё рассказала, Акулина даже не поверила.
Что мелет эта суетливая друидка? Совсем чокнулась?
Что ради расцвета Колидов и Чи, свиток богов требует от Кирилла заиметь трёх детей от трёх разных девушек? Серьёзно?..
— Ты употребляла какую-то веселящую траву из своей теплицы, Мидори? — первое, что спросила у неё Акулина. — Или стукнулась?
Та разозлилась.
— Сама ты стукнулась! А я говорю правду, которую видела в свитке . И Кирилл тоже видел!
— Тогда почему он нам не сказал?
— А ты бы на его месте сказала? — вдруг тихо спросила Джанко.
Она до сих пор сидела на краешке кровати, как замороженная, и держалась за опору балдахина. Бледная, как смерть.
Акулина задумалась.
Зная Кирилла, можно предположить, что он бы не подчинился богам. Он слишком трепетно относится к Джанко. К тому же, она беременна, а для такого, как Волков, изменять ей — черта, за которую он не перейдёт ни за что. Он верный и сила воли у него на десятерых.
— Он не согласится, — выдала вердикт Акулина. — Мы с ним женаты уже больше полумесяца, а он меня и пальцем не тронул. Только его Следопыт порой выходит из-под контроля, он на меня с самого начала реагирует. Это сторона тёмного мага. Звериный инстинкт.
Джанко наконец поднялась на ноги, но опору балдахина не отпустила.
— Я бы каждую из вас убила, если бы вы полезли к нему в постель, — прошептала она так угрожающе, что даже у Акулины холодок пронёсся по спине.
Её Следопыт тут же почуял смертельную опасность, исходящую от Янамарской Кобры.
— Но вы не полезли, хотя у вас была такая возможность, — добавила Джанко уже спокойнее и глядя каждой в глаза. — За это я вас уважаю. Он не изменил бы мне всё равно, в нём я уверена, как в самой себе. А теперь уверена и в вас. Вы бы не предали меня, и не предадите в будущем.
Она протянула руку ладонью вверх.
Это означало, что Джанко просит скрепить их дружбу и верность магией, а значит, дать клятву.
Мидори перевела дыхание и положила свою ладонь сверху. Между ними вспыхнул зелёный целительский огонь.
— А ты? — нахмурилась Джанко, глядя на Акулину.
Та с подозрением посмотрела на их ладони.
Эти две лекарши были совсем не её круга, зато они храбро сражались, они шли в бой за свои идеи, за своих друзей и, если понадобится, пойдут ещё и ещё. Акулина уважала их за это. Обеих.
Но эта клятва будет означать, что Кирилл не достанется никому, кроме Джанко, хотя это было понятно сразу. Что ж, так тому и быть. Насильно мил не будешь.
Акулина протянула руку и положила ладонь сверху. Её кожу тоже охватил зелёный огонь, ладони трёх девушек окутало прохладной целительской магией.
— А теперь мы поклянёмся, что восстановим рода Колидов и Чи! — произнесла Джанко уверенно.
Мидори и Акулина изумлённо уставились на неё.
Что? Что она сказала?.. Может, это просто из-за беременности, а на самом деле она так не думает? Кто же этих беременных разберёт, они ж как буйнопомешанные.
— Джанко, я не совсем понимаю... — покачала головой Мидори.
— Да, объяснить бы не помешало, — добавила Акулина. — Может, ты чего перепутала?
Та ждала их реакции и нисколько не удивилась.
— Поклянитесь, что мы, все трое, находящиеся здесь, продолжим род Колидов и Чи. Я, Джанко Ян, буду первой и продолжу силу рода Колидов. Акулина Снегова будет второй и тоже продолжит силу рода Колидов. Мидори Арадо станет третьей и продолжит силу рода Чи. Это ответственность, это будущее, и мы должны его исполнить. Так вам понятно? Или повторить?
Вот теперь переглянулись уже
