Во время «военных действий» небрежно цитируя указанное письмо, секретарь комиссии по историческим наименованиям Горьковского отделения Советского фонда культуры И. Теплицкий уверенно датировал его октябрем 1932 года. По всей видимости, этот обман понадобился ему для придания убедительности своим словам, будто «сам А.М. Горький был категорически против “подарка Сталина”». Впрочем, в местных газетах периода «войны за Нижний» отмечались и другие искажения истины, относящиеся к выступлениям как членов, так и председателя комиссии по переименованию.
В октябре 1932 года Горький действительно написал несколько писем, в которых упоминается новое имя города, но какого-либо отрицательного отношения к переименованию в них не просматривается. Таково «Письмо Максима Горького рабочим и трудящимся города Горького», опубликованное в «Правде» 19 октября 1932 года. В этом же номере газеты было опубликовано и ответное «Письмо сормовских сталеваров М. Горькому», которое начиналось словами: «Дорогой Алексей Максимович! Прочитав и обсудив твое письмо, присланное тобою в президиум горсовета города твоего имени, мы сожалеем, что ты не сможешь, за недостатком времени, побывать у нас…». 20 октября того же года было опубликовано письмо
А.М. Горького, посвященное особенностям советского спорта по сравнению с буржуазным. В нем Горький пишет о своем знакомстве «с разнообразнейшей работой всесоюзной организации “Динамо”, в особенности с работой динамовцев Горьковского края».
Во время словесных баталий за «возвращение» прежнего имени были опубликованы слухи, будто Горький даже запретил своим домашним произносить новое название города. Трудно сказать, сколько правды в этом утверждении. По крайней мере для августа 1935 года не было ничего необычного в газетных репортажах типа «А.М. Горький предпринял многодневное путешествие по Волге на пароходе “Максим Горький”, в связи с чем побывает в городе Горьком».
Несмотря на неоднократные заверения в официальной печати, будто запущенный горьковчанами процесс затеян «не в ущерб великой славе» писателя и относится лишь к «возвращению» названия старинного города, стремительное развитие получило низведение с пьедестала самого писателя. На родине его имя исчезло из названия государственного педагогического института. Еще до «возвращения» названия города столичные «Наш современник» и «Литературная газета» убрали с первой страницы портрет-посвящение А.М. Горького. Позднее появились статьи, призывающие по-иному взглянуть на творчество и общественные заслуги писателя.
Как мы увидим позже, указ о переименовании города Горького соответствует образцу, которому следовали при Сталине при переименовании городов, носящих имена тогдашних «врагов «народа».
Что касается позиции М. Горького, то не исключено, что на настроении писателя сказались также некоторые, скажем, лингвистические, казусы переименования, заметные для его зарубежных приятелей. Такие выражения, как Горьковский автомобильный завод (сравнимо с безличностным названием Нижегородский), горьковские писатели (сравнимо с нижегородскими) несли для них определенный приватизационный, далекий от истинного смысл.
Если говорить о «подарке», то думаю, что он всё же состоялся, хотя и по другому адресу. И воспринимать имя Горького в названии города нам надо «в одной упаковке» с такими событиями, как начало работы Областной библиотеки имени Ленина (1924), начало работы Театра юного зрителя и открытие Дворца культуры имени Ленина в Канавине (1928), открытие Театра кукол (1929), открытие Дворца культуры в Сормове (1930), начало печатания множества районных и заводских газет (1930-1932), пуск в эксплуатацию постоянных мостов через Оку и Волгу, открытие Театра оперы и балета имени Пушкина (1935), открытие Дворца пионеров (1937), открытие памятника Чкалову (1940), создание консерватории (1947), окончание сооружения монументальной лестницы на волжском Откосе и начало реставрации кремля (1949), концерты на Волжской эстраде и начало работы Горьковского телецентра (1955), открытие Автозаводского Дворца культуры (1960), начало движения Горьковского метрополитена (1985). К сожалению, для этих и многих других ориентиров советского времени именно после «возвращения» в Нижний открылись печальные страницы. Но это отдельная история…
Как же произошло, что имя великого русского писателя исчезло из названия известного советского города? Этот процесс можно было бы назвать убийством имени советского писателя. Предсмертная агония длилась больше трёх лет, но мысль об этом преступлении была гораздо старше. Строго говоря, о преступлении говорить нельзя, т.к. убивавшие вроде бы никакого закона не преступали. 20 лет назад первый заместитель Председателя Верховного Совета РСФСР Р.И. Хасбулатов подписал Указ, которым постановлялось: “Переименовать город Горький в город Нижний Новгород”. Никаких вам ссылок или обоснований. А ещё до официального устранения имени знаменитого писателя из названия города его профиль, как уже было сказано, был устранен с главной страницы таких изданий, как «Литературная газета», «Наш современник».
Чеченец Хасбулатов, скорее всего, не знал, что вопрос о переименовании волжской столицы поднимался горьковскими писателями ещё в 1950-е годы. Возможно, тогда это было болезненной реакцией на обвинения их в творческой пассивности, отмечавшиеся на страницах местных СМИ. Не исключено, что сыграл свою роль и эпизод, связанный с посещением г. Горького Первым секретарем ЦК КПСС Н.С. Хрущевым. Встречавших его на вокзале местных начальников он приветствовал словами: «Здравствуйте, товарищи нижегородцы!».
Тогда за всемирно известного писателя и за его имя в названии города вступились виднейшие советские литераторы, мнение которых поддержали другие деятели культуры нашей страны. Как мы понимаем, спор в то время решился не в пользу писателей, которым ужасно не хотелось быть «горьковскими».
Александр ЕРМОШИН, город Горький
(Окончание следует)
ПОЕДИНОК
ТОПИЛ ЛИ СТАЛИН ИНВАЛИДОВ?
Максим КАСКУН - ДА
ЮРИЙ МУХИН - НЕТ
Инвалиды после войны
Раньше в газетах была рубрика «Письмо позвало в дорогу». Меня письма в дорогу не зовут, но требуют вновь обращаться к темам, о которых, казалось бы, всё сказал.
Так вот, присылают мне ссылку на выступление попа Максима Каскуна по теме «Беседа о совести». Попик моложавый, кормится от Тихвинского храма в селе Выпуково Сергиево-Посадского района Московской области. Кроме этого, попик передовой и продвинутый, поскольку имеет свой видеоблог в Интернете, в котором размашисто и полными пригоршнями сеет опиум для народа. Глядишь, вскорости патриархом станет.
Итак, начиная с 40-й минуты Каскун вещает:
«Совесть, она вводится апостолом Павлом в основу духовной жизни для того, чтобы люди отнеслись к ней посерьезней.
Сейчас я бы хотел разобрать два типа сознания, первый тип – языческий, а второй – христианский. Первый языческий – это совесть, первое, идолопоклонника, второе, это совесть атеиста, безбожника. Идолопоклонник это человек, который кланяется идолам, там – многобожник, политеизм, когда многобожие происходит, или всебожие, и когда человек не верит вообще ни в кого. Так вот, характер этой совести - спящий, непросвещенный, дремлющий и помраченный. Потому что совесть хотя и есть у этих людей, но она находится в подавленном состоянии.
Смотрите, Великая Отечественная война закончилась, вот мы все с вами знаем, что Великая Отечественная война закончилась в 1945 году. Ну, смотрите, у нас сегодня есть много локальных войн. У нас есть инвалиды после этой войны? Есть. А после Великой Отечественной войны должны были быть инвалиды? Их вообще тогда должно быть много, представляете тогда-то мяса было еще больше. А где их? Кто из вас, кто пожилой, в конце 40-х, начале 50-х видел много инвалидов?
Да, всё правильно. Совесть Сталина подсказывала ему всех грузить на баржи - инвалидов - и топить их. То есть почти все инвалиды, пришедшие с Великой Отечественной войны, были убиты по приказу Сталина. Сегодня всё это в современных архивах можно почитать. Но об этом сегодня не говорят. Вот совесть атеиста. Потому что он говорит, что ведь это же не благочестиво, у нас праздник, у нас победа, мы герои, а у нас тут инвалиды. Это вообще обременение для государства. И некоторые люди вот мне рассказывали недавно, что даже прятали своих родственников, кто пришел инвалидом, прятали, покуда вся эта кампания, на чердаках жили, там годами, и никто об этом не знал. Вот совесть атеистов, которые в то же время говорили о нравственности, о многом другом».
