Другой важнейший институт правового государства — принцип верховенства закона впервые получил свое закрепление также в теократии. Теократическая власть ограничена рамками норм религиозного права и ее деятельность подчинена реализации религиозно-правовых предписаний. "Исламское правление — это правление закона, — утверждал Аятолла Хомейни, — …Правительство само по себе ничего не значит, оно — только орудие исполнения законов"16. Религиозно-правовой характер теократической государственности позволил некоторым ученым отождествлять теократию с "номократией", т. е. с властью закона. По мнению мусульманского правоведа ар-Рейиса, халифат (в нашем понимании — теократическое государство) может быть определен как номократия, поскольку в его основе лежит мусульманское право, реализация которого является главной задачей халифата 17. Но при сравнении теократического государства с правовым следует сделать одну существенную оговорку, не позволяющую говорить об их сколько-нибудь содержательном сходстве: в теократии всецело господствует не право, а божественный закон. Под ним понимается исходящая извне божественная воля, обязующая следовать установленным ею образцам поведения. Божественный закон выражает всеобщий космический порядок, противостоящий силам хаоса. Он объективен, устойчив, обусловлен цепью предзаданных событий мира. Содержащиеся в божественном законе юридические нормы основываются на представлениях о действующей в масштабах вселенной естественно-божественной справедливости. В Древнем Египте она именовалась маат, в Древней Индии — рита, в Китае — дао, в Греции — дике и т. д. Изменение божественного закона считалось недопустимым, так как нарушало естественный порядок справедливости. Оно также было опасным, потому что влекло неминуемую кару богов.
Понятие право, в отличие от божественного закона, включает в себя субъективно-личностный, свободно-волевой смыслы. Когда речь идет о праве, то подразумевается возможность поведения, сообразующегося не только со всеобщей необходимостью, но и с личными интересами индивида, с его свободой. Право связано с волеизъявлением и предполагает поведение, основанное на свободе личного выбора, а не на следовании необходимости закона. Так, в шариате различие между правом и законом состоят в том, что право предполагает взаимодействие двух моментов: веры и силы воли. "Реализация прав и их защита требуют от человека силы и воли… Вера и сила между собой взаимосвязаны и опираются друг на друга. Единственным творцом (субъектом) веры и силы является только человек" 18. Государство, где господствует право, предполагает процесс согласования общеобязательных правил поведения с субъективными интересами участников правовых отношений. Для системы права присущи постоянные изменения, обновление. Человек в правовом государстве выступает не объектом, а субъектом, творцом права. Его основные права и свободы являются высшей ценностью. За ними признается неотъемлемый и неотчуждаемый характер. Государство божественного закона олицетворяет постоянство и неизменность стандартов жизнедеятельности, вытекающих из всеобщего порядка космоса. Индивид и общество рассматриваются как объекты приложения божественных сил и не выделяются из мира природы, всецело подчиненного необходимости божественного закона. Человек, в конечном итоге, не признается обладателем разума и свободой воли, творцом собственной судьбы, способным также создавать и право. В лучшем случае, за людьми признается право толковать нормы божественного закона или, при наличии высокого религиозного звания, — устанавливать новые правила поведения, но лишь при соблюдении божественных и в их развитие.
Переход от государства божественного закона к государству права знаменовал собой величайший переворот в смыслах и ценностях человеческого общества. В политической сфере подобный переворот произошел в Древней Греции, где впервые в истории встречаются правовые нормы, установленные людьми без какой-либо божественной санкции. Возникновение человеческого права было обусловлено смещением общественных приоритетов в сторону личности. Ей стало отводиться центральное положение в иерархическом порядке космосоциального бытия. Смена естественно-божественной парадигмы на свободно-личностную выразилась в словах Протагора: "Человек — мера всех вещей". Как отмечал В.С.Нерсесянц, "…поворот мышления от объективно-божественного к субъективно-человеческому комплексу явлений и проблем был великой исторической заслугой софистов, предпринявших плодотворную попытку взглянуть на мир человеческими глазами и сделавших радикальные выводы из своего нового подхода" 19. По злой иронии первые светские законы, дошедшие до нас, по своей сути были античеловеческими. Их название навсегда вошло в историю и стало нарицательным. Это были законы Драконта — тирана древних Афин. Может такова месть богов за отпадение человека от единого божественно-космического миропорядка?
Установление людьми норм поведения, не обусловленных божественной легитимацией, стало крупным шагом на пути становления не только правового, но и светского государства, так как положило начало процессу секуляризации общества. "Секуляризация, — пишет известный американский теолог Харви Кокс, — это освобождение человека от опеки религиозных и метафизических систем, смена его интересов: он отворачивается от иных миров и обращается к этому миру" 20. В светском государстве, в отличие от теократического, основополагающие принципы социального устройства, нормы и ценности не считаются изначально данными богом и, вследствие этого — вечными и неизменными. Они могут пересматриваться, дополняться, в случае необходимости от некоторых из принципов государство может отказаться. Ценностно-нормативная система теократии основана на доминировании в поведении и мышлении людей религиозных установок. В качестве главных ориентиров и социальных регуляторов теократического общества выступают религиозные идеалы и поведенческие модели, на изменение которых наложено табу. Отметим, что сравнение теократической и светской структуры межличностных связей позволяет не только полнее описать признаки теократии, но и раскрыть содержание светской политической организации общества. Конституционный принцип светского государства, закрепленный в законодательстве многих государств, не всегда в достаточной мере реализуется на практике. Одной из причин этого является отсутствие четко определенных критериев светской власти.
Христианство и правовое государство
Немалая роль в процессе секуляризации и построения правового государства принадлежит и христианской религии. Христианство являлось, может быть, одним из первых вероучений, которое не только не претендовало на статус государственного, но и, наоборот, первоначально находилось в оппозиции к власти. Если рассматривать Западную Европу, а именно здесь сформировалась концепция светского и правового государства, то все дохристианские религии Древних Греции и Рима были государственными. А это значит, что религиозная идеология была одновременно государственной идеологией. Даже если и существовали оппозиционные правительству культы и религии, например пифагорейство, то их приверженцы стремились овладеть политической властью с целью утверждения норм и ценностей своего учения в качестве государственных. Христианство, как отмечают исследователи "провозгласило, что есть сферы, неподвластные государству, выходящие за рамки его полномочий…индивид отгораживал участок, в котором считал себя свободным от контроля государства" 21. Следующим логическим шагом было установление в качестве ограждения от государственного вмешательства в личную сферу — правовых норм. Такое возможно лишь в правовом государстве. К числу важнейших норм, реализация которых требовала установления правовых и светских основ государственной, относятся: "отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу", "царство мое не от мира сего", "нельзя служить одновременно двум господам". Глубокий смысл заложен и в словах апостола Павла, призывавшего верующих подняться над законом, данным Аврааму и принять благодать, принесенную Иисусом Христом. "А что законом никто не оправдывается пред богом, это ясно, потому что праведный верою жив будет… Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати. Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою" 22. Оправдание верой стало центральным догматом протестантской религии. Из него вытекало требование равенства всех верующих перед богом, отрицание посреднической миссии церкви в спасении людей и упразднение священства. Реформация подорвала вековые теократические устои римско-католической церкви, опиравшиеся на нормы божественного закона и создала условия для практической реализации в Западной Европе идей светского и правового государства. В словах Иисуса Христа и апостола Павла содержалась легитимация государственной жизни, не связанной жесткой регламентацией божественного закона и религиозной деятельности, свободной от государственной опеки.
