И лучше бы это был бордель! Там хотя бы девушки условно красивые, а тут морды мужские недовольные и зачастую небритые. Томас хорошо вписывался в компанию. Муж, словно прочитав мои мысли, бросил на меня насмешливый взгляд.
– А стражи? – я подбородком указала на пустой стол. Шебуршение под ним резко стихло.
– Не буду тебя разочаровывать, – меня потащили к барной стойке. – Девочкам полезно верить в волшебных фей и неподкупную стражу.
Нас приветствовали настороженным взглядом и стаканом вина сомнительного качества.
– Чем могу быть полезным? – льстиво растянул пухлые губы в беззубой улыбке владелец сего увеселительного заведения. Под его правым глазом наливался огромный фингал.
Пить и есть здесь что-то я явно не буду. Смотрю, народ уже не раз оценил качество подаваемого.
– Эсбена позови, – коротко бросил Томас, пальцем отодвигая подношение в сторону. – И побыстрее. А то я могу терпение потерять. Прямо как в прошлый раз.
Мужчина нервно сглотнул и подманил к себе подавальщицу. Пока они перешептывались, я дернула Томаса за руку:
– А что было в прошлый раз?
Владелец побелел и еще быстрее начал давать указания девушке. Та вытерла ладони об и без того грязный фартук, и поспешила на второй этаж. Я посмотрела на посетителей, особенно на тех, кто руками уничтожал еду. Какие они, право, мужественные люди. Бесстрашные.
– Ничего такого, – пожал плечами ведьмак. – Мы просто с отрядом здесь решили перекусить. А ремонт хорошо сделали после. Да. Стена прямо как новенькая. Хотя она и есть новенькая.
К нам неспешной вальяжной походкой спустился по лестнице мужчина крепкого телосложения. Мне это охотно продемонстрировала незастегнутая рубашка. Я покосилась на мужа, тот в свою очередь изучал меня. В общем, эффектное явление провалилось, потому что мы внимательно следили за реакцией друг друга.
– Кхм, – смутился Эсбен и поспешил привести одежду в надлежащий вид. – Томас Холден. Какая встреча!
– То есть ты для меня раздетый вышел? – брови мужа удивленно переместились на лоб. – Это как-то неожиданно.
– О чем ты? – мужчина ногой подтянул к себе табуретку и сел. – Я так спешил. Так спешил!
– Скажи мне, Эсбен, – проникновенным тоном начал Томас, – с чего ты решил, что безнаказанно можешь мне переходить дорогу?
Привлекательное лицо мужчины утратило свой шарм. Никого не красит отвисшая челюсть:
– Я пока при своем уме, с тобой связываться.
– А вот я в этом не уверен. Моя жена, – меня дернули за руку, как собачку за поводок, – из-за тебя сегодня имела проблемы. Если ты уже успел убить Эдвина Нильсена, лучше сам иди с моста спрыгни. И не надо мне глазки невинной девы строить. Ты спалился. Мои ребята уже ждут отмашки, чтобы сравнять это место с землей вместе со всеми вами. – Он так уверенно это говорил, что я даже заслушалась. С умением Томаса блефовать он не ту стезю выбрал. В нашей сфере он был бы самым востребованным юристом. – Так ты меня порадуешь?
Стражи под столом перестали дышать. Эсбен раздраженно взмахнул рукой и скривился:
– Мне никто не докладывал, что ты женился.
– Ну прости, – хохотнул Томас, – что на церемонию не позвал. Так ты не в курсе? А то я уже решил, будто Антеш что-то совсем не то начал в вино добавлять. – Владелец предпочел спрятаться за стойкой. – Мало того, что ведьму решил обидеть, так еще и моей жене жизнь испортить.
– Ведьму? – нахмурился Эсбен.
Я скромно помахала пальчиками свободной руки и сладким голоском пропела:
– Чтоб вы в собственных ногах заплетались.
Мужчина соскочил с насеста и попятился. Естественно, смотрел он не по сторонам, а на меня. Благодаря чему и зацепился ногой за табуретку.
– Ведьма! – с пола после оглушительного грохота припечатал он.
– Очень приятно, – мило похлопала я ресницами. – Так вы вернете моего поверенного? А то у нас с ним дело о запрете приближения к нему тещи не оплачено. Если идти в суд, то это Эдвину надо еще одного юриста нанимать. А я не хочу разорять коллегу. Это не этично.
В этот момент за небольшим столиком в углу произошла потасовка, причиной которой стал казус выпадения из рукава одного игрока пары карт. Пока мужчины между собой решали, кто там именно жулик и кого следует сдать властям, я от души посоветовала:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Господа, вы оба занимаетесь незаконным заработком. Игра на деньги в общественном месте. Это карается сроком заключения до двух недель. При рецидиве – еще и штраф. Жульничество в мелких размерах – исправительные работы с принесением публичных извинений. Или штраф. Так что в вашем случае лучше признать жульничество. За него хотя бы в тюрьму не сажают.
Следующие пять минут мы наблюдали обратную картину, теперь мужчины выясняли, кто из них больший жулик, и искренне этим гордились.
– Ах да, – Томас потер лоб рукой, – она еще и юрист.
– Да жив ваш Нильсен, – сердито проворчал Эсбен. – Не надо тут угрозами бросаться.
– Тогда верните нашего дорогого друга! – патетично воскликнула я, прижимая ладонь к груди. На меня странно посмотрели все в зале, включая Томаса.
– Кхм, – ведьмак переступил с ноги на ногу. – Да, верните нам Нильсена. Кстати, кто заказчик?
– Это конфиденциальная информация, – возмутился Эсбен. Судя по ехидному хмыку Томаса, он не впечатлился оправданием, поэтому преступник поспешил исправиться: – Может, я тебе лучше скажу код от своей банковской ячейки?
– Ты хранишь деньги в банке? – откровенно удивился ведьмак. – Еще и налоги с них платишь?
– Не все, – замялся Эсбен. – Но тебе хватит.
– А я вот не уверен, – цокнул языком Томас. – Теперь мне жену-бедствие содержать нужно. Ремонт в доме опять же делать регулярно. Платья там всякие покупать. – Тут я насмешливо фыркнула. – Ну, ты понял. Так что торговаться я не стану, твоих денег все равно не хватит. Если так переживаешь за имидж, скажи заказчику, будто тебя бесчеловечно пытали. Ведьма пинцетом по волоску из брови выдергивала. А если не проникнется, наглядно продемонстрируй, каково это.
– Ты знаешь толк в угрозах, – восхищенно похвалила я мужа. – Но лучше воском с ноги за раз много волос выдирать. Это куда больнее. Или специальные нагретые баночки по местам, подверженным целлюлиту, присасывать и водить. Синяки потом неделю держаться будут, а то и дольше. А еще можно…
– Хватит, – на меня замахали руками. – Я понял, понял. Что-то для ведьмы ты слишком негуманная!
Но меня уже несло по просторам фантазии, поэтому умную мысль я все же закончила:
– А еще мой… местами очень обожаемый супруг станет учить студентов, как быть боевыми ведьмаками. А с наглядным пособием это будет лучше. Нужно же нарабатывать опыт подрастающему поколению, пусть и за счет чужого здоровья.
– Ведьма, – печально вздохнули Эсбен и мужчина за стойкой.
Томас безразлично их страдания проигнорировал и строго повторил:
– Кто заказчик? Не будите в моей… местами самой лучшей жене темные желания. Потом мне же мучиться и придется, заполняя кипу бумаг. Терпеть этого не могу.
Эсбен устало потер лицо:
– Да я уже успел не один раз пожалеть с момента вашего прихода, что согласился на заказ. Их начальник, – кивком указал мужчина на пустой стол, под которым все так же исправно сидели в засаде стражи, – был первым. От нас требовалось только задержать Эдвина Нильсена на пару дней в гостях. Затем пришел второй начальник стражи, свин такой, и сказал, что если они с бабой не договорятся, то поверенного нужно будет прирезать и бросить возле ее дома.
– И эти люди еще меня называют ведьмой, – я закатила глаза.
Эсбен виновато развел руками. Мол, госпожа, прости, жадность проклятая одолела.
– Еще был парень, – охотно продолжил сдавать заказчиков тот, кто до этого кричал о конфиденциальности. Ничего святого у людей нет. – Он заплатил за приватную беседу с Нильсеном. С возможными пытками. Но, я так понимаю, вы сами с ним сегодня имели удовольствие разговаривать, когда этот идиот ведьму похитил. А я-то еще думал, что такое могло случиться, если в результате в стене дома дыра?
