– Да, брошь с розовым бриллиантом, – подтвердил один из лейтенантов.
– Это все? – уточнил Мартин.
– Это все, – с нажимом произнес лейтенант.
– Мне показалось, что вы не все перечислили, господин капитан, или какая-то из вещей была особенно важной.
– Да с чего ты взял?! – воскликнул Фернстоп, вскакивая, но, наткнувшись на строгий взгляд капитана, опустился на место.
– Там все вещи были особенными, Мартин, потому что принадлежали супруге королевского прокурора. Теперь говори, что будешь делать дальше.
– Где это произошло?
– В порту.
– А когда хватились?
– Сразу. Кучер заметил, как от кареты метнулся оборванец, за ним сразу бросилась охрана, но он спрятался среди шаланд, и найти его не смогли.
– В чем были драгоценности и в чем их унесли?
– В коробке из палисандрового дерева, в ней их и утащили.
– Коробку не нашли?
– Не нашли. Ни коробки, ни оборванца, там столько мусора среди шаланд плавает, что не разберешься. Некоторые уже утонули, и только мачты торчат.
– А за причалами вы потом не следили?
– Да не то что следили, а даже оцепление поставили. Оно до сих пор там.
– Господин капитан, тогда, может, мы туда съездим?
Капитан посмотрел на лейтенантов, те уже успокоились и только пожали плечами, дескать, почему нет. Ровная речь и вопросы Мартина по существу заставили их отнестись к нему внимательнее.
– Ну, а что мы теряем? Дадим арестанту шанс, пусть поработает, – сказал ван Гульц.
27
Уже через пять минут легкая карета, запряженная парой лошадей, несла троих офицеров и Мартина по улицам города. Возница громко кричал на прохожих, щелкал бичом, и люди в страхе прижимались к стенам, когда экипаж проносился мимо.
До порта было недалеко, и скоро разогретый воздух наполнился ароматами гнилых водорослей и рыбьей чешуи. Лейтенанты стали морщиться, а Мартин, напротив, вдыхал эти запахи с удовольствием. Для людей приезжих это казалось просто вонью, а для него, выросшего на берегу, это был запах соленого ветра и свободы.
В порту также многое переменилось. Причалов стало больше, и они обновились. Старые – частью снесли, а частью оставили догнивать в пользовании у рыбаков и контрабандистов. Именно там, у прогнивших досок, и теснились шаланды, среди которых укрылся злополучный вор. Но теперь подход к ним преграждала цепь солдат из гарнизона городской крепости, которых дополнили городской стражей и несколькими серомундирниками из тайной канцелярии.
Дверцу распахнул подбежавший сержант, и офицеры вместе с Мартином сошли на засыпанную чешуей землю.
– Что тут у вас, Фриц?
– Все тихо, господин капитан. Никого не пускаем, никого не выпускаем. Они пробовали было шуметь, но я, знаете ли, быстро их утихомирил. Теперь сидят возле своих лодок и перебирают чего-то.
– Ты проверил, что именно?
– Поплавки, говорят, сушат.
– Сушат?
– Да. Говорят, чтобы сети лучше держали.
– Так, – капитан повернулся к Мартину. – Что скажешь?
– Сначала стоило бы подойти к шаландам.
– Ну пойдем к шаландам, – вздохнул капитан, на лице которого были написаны досада и тоска. Ну что здесь за работа? То ли дело в столице – шпионы, любовные амуры, то да се.
И они пошли мимо новых причалов к старым, с почерневшими досками. Мартин вспоминал, как когда-то учился здесь воровать, смешиваясь с грузчиками, когда прибывали целые караваны грузовых судов.
Купцы хотели быстрей разгрузиться и продать товар, пока цена была на уровне, а потому набирали для работы всех, кто попадался. Начиналась беготня, путаница, и стоило сбросить с мостков мешок с просом, как эта путаница усиливалась и можно было утащить с воза штуку крашеной шерсти. В ту пору это была огромная добыча.
Они добрались до края старых причалов, оставив позади цепь солдат. Те держались подальше от гнилых досок, но офицерам тайной канцелярии бояться не полагалось, а Мартин просто знал, как ходить по таким доскам, чтобы не провалиться.
– И что же, господин капитан, никто не видел, куда подевался оборванец? – спросил Мартин.
– Он ушел в воду! – ответил за капитана сержант. – Пробежал по палубе, а потом плюхнулся.
– И что, даже не всплыл?
– Не всплыл.
– А кто-нибудь видел, как он плюхнулся?
– Нет, слышали только, как нырнул, но никто не видел.
Мартин огляделся и вздохнул. По всему выходило, что воришка охрану провел, но если они действительно вовремя закрыли порт, украденная шкатулка должна была остаться здесь.
– А кто это на лодках? – спросил Мартин, кивнув на копошащихся людей, который сержант Фриц не выпускал из порта.
– Это рыбаки здешние.
– А давайте на них посмотрим, господин капитан.
– Хорошо, иди первым.
28
У соседнего причала на волнах покачивались лодки, принадлежавшие местным рыбакам, которых солдаты не пускали в море, но лишь на паре посудин находились команды – четверо человек в одной, трое в другой.
Мартин прошел мимо них, потом вернулся к стоящим поодаль офицерам.
– Ну и что скажешь? – спросил капитан.
– Это не рыбаки.
– А кто же это?
– Двое похожи на грабителей, а остальные воры.
– Как ты определил, что они не рыбаки?
– Они эти сети только издали видели. Поплавки перекладывают, а мотня комом. Башмаки у них на кожаной подошве, а у рыбаков подошва деревянная, из бука. Ну и вообще, по ним видно – не рыбаки они.
– Понятно. А кто грабители? Те, что поздоровее?
– Вон тот, сутулый, и тот, который здоровый. Они точно не воры.
– Так, сержант, ты все слышал? – спросил капитан.
– Так точно. Что прикажете предпринять?
– Сейчас решим. А что ты, Мартин, думаешь про воришку? Он сбежал?
– Нет, господин капитан, думаю, он что-то сбросил в воду, чтобы показать, будто нырнул. А на самом деле отсиделся на шаланде, оставил где-то там шкатулку и потом ночью тихо доплыл до своих.
– А точно шкатулку не взял с собой? – спросил лейтенант Фернстоп.
– Думаю, не взял, ее ведь и выронить можно.
– Так, спасибо, приятель. Если все сложится, мы тебя отблагодарим. А пока, сержант, слушай мою команду…
– Слушаю, сэр.
– Берешь пятерых наших, местных не трогай и подгоняй сюда. Потом выволочем этих из лодки и свяжем.
– А развязывать языки им станет Курт, – добавил второй лейтенант.
– Да, они у него запоют сразу.
– Господин капитан, у меня есть еще одно соображение, – сказал Мартин, продолжая смотреть на лжерыбаков.
– Говори.
– Вон тот, самый молодой по виду, у него одежка тряпкой висит и на плечах соль. Скорее всего, это он плавал.
– Думаешь, его первым скрутить нужно?
– Не знаю, это вам решать, но куртка на нем добротная, с подкладкой. В этой подкладке можно поискать колечко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
