Читаем без скачивания Ревизор: возвращение в СССР 10 (СИ) - Винтеркей Серж

— Как часто надо будет ездить? — продолжил торговаться я.

— Ну, хотя бы раз в две недели. Чтоб на слуху быть, — задумавшись на мгновение, ответил он.

— С одной и той же программой по разным предприятиям. Да? — предложил я. — За год всех объездим и новую программу придумаем.

— Ну, можно и так, — начал покачиваться в своём кресле второй секретарь, размышляя над моим предложением. — Только у нас в районе предприятий не хватит на год, — немного подумал. — А может и хватит… Ну, ты, короче, не против?

— Попробовать надо, — неопределённо пожал я плечами. — В какие сроки первое выступление бригады должно состояться?

— В этом году! — с вызовом ответил он и уставился на меня, хитро прищурившись.

— А телефон будет в этом году? — посмотрел я на него так же хитро.

Он рассмеялся. Легко и беззаботно. Похоже, будет у меня телефон до Нового года.

— Собирай бригаду, — отсмеявшись, сказал Сатчан и протянул мне руку, намекая на то, что аудиенция окончена.

Ну, в целом все складывается неплохо. Побегать, безусловно, придется. Не без этого. Да и первый концерт надо до Нового года успеть сделать. Но телефон того стоит. Вот прямо я всеми руками «за» и ради этого готов покрутиться.

Выйдя из райкома, направился на завод. Обещал же Галие приехать посмотреть их художество. По дороге пытался прикинуть, что мне даст работа агитатором. Кроме, разумеется, расширения сотрудничества с Пролетарским райкомом ВЛКСМ.

Четыре человека хватит, наверное, в бригаде. Лёхе предложу, Светке и Кириллу. Может, и Маше предложить? Команда у нас уже сработалась…

На завод приехал к окончанию рабочего дня. Застал оформительский цех в разгаре работы. Вчетвером Юрка, Галия, старый и малярша колдовали над фанерной группой. Уже видно было, что получается очень профессионально, на высоком уровне. Искренне восхитился совместной работой и похвалил их. Минут двадцать попил чайку, там и рабочий день закончился. Мы с Галией попрощались со всеми и поехали домой. Юрка остался косу Снегурочке дорисовывать.

Святославль. Дом Герасимовичей.

— Дочь, я не против, чтобы ты съехала из общежития, — говорил отец Светы Герасимович. — Но я против того, чтобы ты жила одна.

— А почему, собственно? — обиженно спросила Света.

— Мне не нравится, что ты будешь одна в доме! Это может быть опасно.

— Но он же не на хуторе в лесу дремучем. Он в городе! — возражала отцу дочь. — Что со мной случится?

— Правда, бать. Чего ты? — поддержал Свету старший брат. — И нам с тобой будет, где остановится, не надо будет одним днём в Брянск мотаться. А то вечно мечемся по городу, высунув языки…

Последний аргумент, видимо, сыграл свою роль. Герасимович-старший подумал еще немного и сдался.

— Ну хорошо. Но мы будем заезжать к тебе, — строго посмотрел он на дочь.

— Конечно! — радостно воскликнула Светка, вскочила и чмокнула отца в щёку.

Брат Светы Игорь подмигнул сестре. Он сразу был за то, чтобы снять дом в Брянске, который предложили сестре её бывшие одноклассники. Он сам пару раз в месяц мотался в Брянск по работе и каждый раз был вынужден решать рабочие и личные дела одним днём и поздно ночью возвращаться в Святославль. А имея в своём распоряжении целый дом, можно будет командировки планировать на пятницу и оставаться в Брянске на все выходные.

Глава 9

Москва

Вернувшись с женой домой через гастроном у метро, застали у нас Ирину Леонидовну. Инна измеряла ей давление у нас на кухне. Ну, началось! Конечно, соседка замечательная женщина и девчонки наши с ней дружат, ей, конечно, можно. Но как-то надо ей намекнуть, чтобы не распространялась по подъезду, в какой квартире врач живёт. Хотя, блин, наивно думать, что она уже не растрындела всем. Дама она общительная, и у нее целый день сегодня был свободный. Так что можно ставить все, что угодно на то, что подъезд уже в курсе, какое счастье на них свалилось.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила соседку Галия.

— Да, что-то плохо себя почувствовала… — жалобно ответила Ирина Леонидовна.

— Давление в норме, — вытаскивая стетоскоп из ушей и снимая манжет тонометра с руки соседки, сказала озадаченная Инна. — Придётся вам обследоваться, анализы сдать… Ужин на плите! — радостно сообщила она нам, поглядывая с победоносным видом.

Мы с женой переглянулись, приятно удивлённые. Похоже, Петр ей мозги вставил на место.

Инна проводила соседку, что-то втолковывая ей. А мы прошли на кухню, предвкушая ужин и свободный для учёбы вечер.

Галия наложила нам овощное рагу с сосисками, нарезанными кружочками. Вид был так себе, но голодному человеку всё равно. Начал есть и, чувствую, что-то не то. Был бы я слоном, а я знаю, что эти ребята в пещеры забираются соль лизать на стенах, так неплохо было бы. Но я-то не слон! Взглянул украдкой на жену, она тоже всё медленнее и медленнее жуёт. Подняла на меня глаза, большие и страдающие. Наши взгляды встретились.

— Кажется, я не голоден, — сказал я, отодвигая тарелку.

Галия кивнула и тихонько заговорила, стараясь, чтобы нас не услышала Инна в соседней комнате.

— Я картошки сейчас быстренько отварю без соли, — вскочила она. — Вприкуску может получится съесть.

— Да давай лучше выбросим в туалет, пока не видят, и яичницу пожарим, — предложил я. Соли в рагу было такое количество, что глаза слезились. Как это есть⁈

— Тут сосисок так много… Жалко, — возразила Галия. — Я сейчас, быстренько, двадцать минут. Картошку мелко порежу, она быстро сварится. Мама так делала в похожих ситуациях. Помогало. Правда, она так сильно не пересаливала никогда…

Галия занялась готовкой, я остался с ней на кухне. Обсудили предложение по агитбригаде. Галие, как опытному помощнику комсорга завода в прошлом, не надо было объяснять, что это такое. У неё сразу несколько идей родилось. Она как-то видела выступление двух артистов, которые платочки надевали и старушек изображали, очень смешные сценки разыгрывали. Ей очень понравилось, и она предложила выступление агитбригады на этом же принципе построить. Находить злободневные темы и обыгрывать их в сценках с минимальным реквизитом. Будет смешно, интересно, поучительно. Маленький спектакль. Ха! Кажется, я со своими размышлениями с Кириллом угадал… В платочке он точно будет выглядеть грустной старушкой.

А что, хорошая идея. Надо обсудить в комитете комсомола список злободневных тем, написать сценарий и ездить с этим спектаклем по заводам и фабрикам.

— Умница! — чмокнул я жену.

— Надо обязательно пройтись по теме алкоголизма, — заявила жена, поставив на плиту кастрюльку с картошкой вариться.

— А если на тему международных отношений? — предложил я. — Как думаешь, интересно это будет работягам?

— Ну, как подать… — задумчиво ответила Галия. — Получится смешно о серьёзном?..

Тоже верно. Надо пораскинуть мозгами. При креативном подходе можно очень интересный водевиль замутить минут на тридцать.

После ужина, который все-таки состоялся, благодаря Галие, перекинулся парой слов с Петром. Петр тоже прибежал голодный, накинулся было на рагу, но резко передумал и стал ждать картошечки. Яичницу тоже пожарили до кучи, чтоб рагу «заиграло», как дипломатично объяснил Петр Инне. А то она жадно накинулась на картошку и яичницу, проигнорировав собственную стряпню. Пытался по глазам понять, знает ли она, какой кошмар настряпала. Понял, что нет — она искренне гордилась своим варевом.

Остаток вечера занимался, бегал с собакой и опять занимался.

В четверг предложил Свете, Кириллу и Лёхе участие в агитбригаде. Светка и Кирилл сразу согласились, они, вообще, за любой комсомольский кипеш. Лёха без энтузиазма, но тоже согласился, точнее, Светка за него сказала «да», а он не возразил.

Рассказал им об идее Галии. Серьёзных поэм в стихах учить не будем, не до этого. Придумаем смешную историю про общественные недостатки и будем рассказывать её своими словами, не придерживаясь дословно сценария. Светка заинтересованно слушала. Больше к ней обращаясь, попросил их подумать над тем, какие недостатки требуют внимания агитбригады.