Глава 10
Читаю его записку и не замечаю, как слезы начинают катиться одна за другой по щекам. Давно так не накатывало. Вроде наоборот должна была улыбнуться, а почему-то грустно стало до ужаса. Сколько лет прошло, когда кто-нибудь бы просто погладил по головке и сказал, не переживай, все наладится.
Помню, раньше папа всегда после командировок проводил со мной целый день. Мы шли в парк и гуляли там так долго, пока не стемнеет. Ели мороженое и кормили уток. Только мы вдвоем. Эта была наша особая территория. Но однажды он приехал и позвал в парк всех. Тогда я слегка обеспокоилась, но не придала особое значение. А зря. Именно в тот день все изменилось. Он начал отдаляться. И я вдруг осталась совсем одна. Грустно ли, горестно ли, отцу не было дела. А может он старался не показывать своих чувств. Не знаю. Но я скучала по нему и этим чувством, которое у меня возникло от прочтения записки.
Утерла слезы. Нужно быть сильной. Кинула вещи в стиралку и пошла, заниматься уроками. Отвлекает. Перед сном еще раз перечитала записку и съела конфету. Она была очень вкусной, а может мне просто так хотелось думать.
Утро выходного дня прошло как-то сумбурно. Меня разбудил стук в дверь и строгая команда мачехи подниматься. Оказалось, что ей нужна помощь: поехать на рынок за продуктами. Машины у нас не было, а овощи в супермаркетах были довольно дорогими. Поэтому Тетя Люба в хорошую погоду заставляла меня ехать с ней за покупками. Своих дочерей никогда не брала, берегла. А меня использовала как бесплатную рабсилу. Я даже как-то отцу пожаловалось на это. Но он лишь молча пожал плечами, а потом наоборот поддержал жену, сказал, что труд облагораживает. Да и вообще, вот как выйду замуж, еще спасибо скажу, что приучили к домашнему хозяйству. После этих слов мои прекрасные мечты о замужестве разбились вдребезги, и я наотрез распрощалась с грезами о доблестном рыцаре.
До рынка доехали быстро, а потом начались хождения по мукам. Так я называю все эти «ой, а там посмотрим», «ой, а там может дешевле», «ой, пойдем, там сделают скидочку». Через три часа пыток, я именно таких их ощущаю, все же возвращаемся домой. Едем в битком набитом автобусе, и я то и дело пытаюсь не потерять равновесие. Три огромных пакета, каждый килограмм по пять, не особо помогают в устойчивости. Зато Тетя Люба сидит и спакойненько рассматривает местные пейзажи в окошко. В какой-то момент автобус резко тормозит, и я падаю на женщину, сидящую возле окна. Она кидает на меня недовольный взгляд, а затем и вовсе цокает. Искренне извиняюсь, и где-то внутри даже появляется надежда, что мачеха предложит взять пакеты, раз уж сидит. Но той хоть бы что. Делает каменное лицо и абсолютно незаинтересованный вид. В итоге домой я доползаю, иначе не назвать.
Остаток дня провожу за уборкой, а потом сажусь делать домашку. К ночи чувствую себя выжатым лимоном, который еще сверху натерли на терку.
В понедельник решаю пойти в школу пораньше. Нужно придумать план как попасть в кабинет ОБЖ. Уверена, что Аноним обидится, если не найдет ответную весточку. По пути сталкиваюсь с Игорем и даже как-то расстраиваюсь. Теперь вряд ли получится попасть в класс безопасности.
- Как выходные прошли? – Интересуется друг, зевая.
- Как у Рабыни Изауры, - отшучиваюсь в ответ. Разин не улыбается в этот раз почему-то. Хмурится и выглядит как-то задумчиво.
- Слушай, - вдруг останавливается Игорь, - может мне с твоим батей поговорить?
- Что? В смысле? – Смотрю на него и не понимаю. Откуда такие предложения. Папа всего раз в жизни видел Разина, и то остался не особо доволен. Сказал, что друг у меня слишком слащавый, а такие как что, так сразу в кусты.
- Кто-то должен ему мозги вправить, ты же дочь его все-таки, а не личная прислуга жены.
- А он и не думает так, - раскидываю руками в разные стороны, - все ради благих целей, - говорю голосом, как какой-нибудь дядька в телевизоре: - ради будущего мужа! – Закончив фразу, хихикаю и поднимаю большой палец вверх. Только Игорь опять не смеется, хмурится. Ну, точно как старший брат. Становлюсь на носочки и тянусь к его кучерявой макушке. Высокий гад, на две головы аж. Легонько касаюсь, волос и треплю, улыбаясь. Все так же, как в детстве. Вот где стабильность. А он смотрит так на меня пронзительно, даже глазом не моргнет.
- Ты чего так рассматриваешь меня? – Перестаю трепать его кучеряхи и делаю шаг назад. Странный какой-то сегодня, совсем не похож на себя обычного.
- Красивая ты, Филиппова, - вдруг выдает он, а я замираю. Хлопаю глазами и даже не знаю, как реагировать. Уж чего, а комплиментов от друга ни разу не слышала. Нахватался где-то на каникулах, в отъезде ж был три летних месяца.
- Да, просто Мисс Вселенная, - отшучиваюсь я и обгоняю его, старательно ускоряя шаг.
- Сущий ребенок, - кидает Разин и как-то грустно выдыхает. А может, показалось. В любом случае, эти его перемены настроения абсолютно объяснимы. Дома мать, которая не дает даже вздохнуть, а потом еще куча репетиторов и домашки. Никакой тебе свободы. Хотя о чем это я, ведь сама о свободе толком не слышала.
- Вы кстати, что сейчас по истории проходите? – Перевожу тему, и мы начинаем активно обсуждать школу, вернее школьные предметы. В итоге Игорь обещает поделиться конспектами от репетиторов, что для меня очень даже хорошо. Есть пара тем, где я плаваю, а Единый Государственный сдавать придется всем.
В гимназии прощаемся до конца уроков, и я наконец-то могу попробовать воплотить свой план в реальность. Иду в самый конец коридора и дергаю ручку. Открыто. Тяну на себя дверь, оглядываюсь и замечаю, что в классе никого нет. Даже свет еще не горит. Удивительно, почему открыто. Но мне даже на руку. Бегу к своей парте, записку подготовила еще дома, и быстренько запихиваю в трубу. Вспоминаю строки, которые написала:
