Читаем без скачивания Канадский заговор - Дон Пендлтон

Внезапно ему в голову пришла ужасная мысль. Ведь всю свою команду он отправил на нижние этажи! Наверху остался лишь «Малыш» Ал да еще часовые на террасе!

Конечно, окажись сейчас перед ним легион наемных убийц, Ларри почувствовал бы себя намного веселее, но и такое количество защитников — все же лучше, чем ничего. Он собрал остаток сил, чтобы одолеть последних несколько метров. Внезапно стеклянная дверь распахнулась, и лестничную клетку заволокло клубами дыма.

Вокруг был только дым...

Человеческая фигура, материализовавшаяся из густого облака, неподвижно стояла на пути Ларри, наставив на него стволы обоих пистолетов. Человек в черном приподнял очки — взгляд его холодных глаз казался устремленным из самого ада. Аттика был слишком потрясен, чтобы хоть что-то предпринять.

— Вы?! — недоверчиво выдохнул он.

Это было его последнее слово.

— Сожалею, Ларри, — ответил человек в черном.

Большой пистолет дернулся. Пуля попала Аттике под подбородок и отшвырнула Ларри на несколько ступенек назад, к лестничному ограждению. Ударившись о перила, тело мафиози перевалилось через них и полетело вниз.

Человек в черном комбинезоне бросил ему вслед значок снайпера и пробормотал:

— Ты его заслужил.

Это была единственная почесть, на которую имел право Ларри Аттика.

Но еще до рассвета ее удостоятся и другие.

Отель станет сущим адом для делегатов монреальской конференции.

Глава 18

У Лео Таррина не возникало сомнений: Болан стремительно ввергал отель в хаос.

Всего несколько минут назад он видел, как с 14-го этажа падали в бездну двое «солдат». Еще шестеро были убиты у пожарной лестницы с внешней стороны здания.

Должно быть, кто-то вызвал пожарную охрану: со всех сторон доносились гудки сирен, и сотни любопытных, оказавшиеся неподалеку, сбегались к отелю.

Часовые на крыше нервничали. И не напрасно — в случае пожара крыша становилась самым опасным местом.

Таррин подошел к командиру одной из групп охраны и сказал:

— Поступай, как знаешь. Можешь увести своих людей, когда сочтешь нужным.

— Вы уходите, мистер Таррин? — уточнил мафиози.

— Да. Нужно самому увидеть, что здесь происходит.

Мафиози задумчиво почесал подбородок.

— Я думаю, мы пока останемся. Мистер Аттика приказан не трогаться с места до его особого распоряжения.

Таррин хлопнул охранника по плечу и направился в номер Стаччио.

Укрывшись в темном углу спальни, он достал мини-рацию, сунул в ухо микронаушник и включил аппарат.

Почти тут же послышался голос Гарольда Броньолы.

— Я уж было решил, что ты никогда не выйдешь на связь. Чем там сейчас занимается наш приятель? По-моему, он не собирался поджигать этот барак.

— Нет, он всего лишь использует дымовые шашки, — ответил Таррин. — Где ты?

— Прямо внизу. Мне не удастся долго контролировать положение, дружище. Полиция хочет войти в здание.

— Задерживай их, сколько сможешь. Рассказывай им любые басни, но только ни слова правды.

— Легко сказать, — буркнул Броньола. — Ладно, кое-какие аргументы у меня еще остались.

Таррин убрал рацию и вернулся в гостиную. Из-за портьеры появился Ал Де Кристи и зло прокричал:

— Что ты там делал, Таррин?

Лео оглядел телохранителя с головы до ног и презрительно бросил:

— Для таких, как ты, Де Кристи, я — мистер Таррин. Ясно?

— У вас в руках была рация. Я видел.

— Поди к черту, — холодно парировал Таррин. — Если мне вздумается, я воспользуюсь и телевизором, и симфоническим оркестром. И не буду испрашивать у тебя на то разрешение.

Лео сделал вид, будто не заметил направленного на него пистолета. Он верил, что Де Кристи совсем потерял голову, но знал, как вести себя с подобными людьми.

— Мистер Таррин!

Он остановился и нехотя повернул голову:

— Да?

— Отель горит.

— Я сообщу об этом своим фанам во время второго выхода в эфир. Спасибо за информацию.

— А что мне с ним делать? — спросил Де Кристи, имея в виду Стаччио.

— Ты хочешь сказать: «что мне с этим делать?» — жестко ответил Таррин. — Не теряй головы из-за мертвеца, Ал. Уходи отсюда, пока есть время. Джо ты больше не нужен.

Через стеклянные двери Лео прошел в холл. Когда он оглянулся, телохранитель уже исчез.

Таррин покачал головой и тут же позабыл об инциденте.

На мгновение он задумался: что лучше — спуститься на лифте или по лестнице. В итоге он предпочел лестницу, поскольку это было более надежно.

На лестничной клетке ему повстречалась толпа перепуганных гостей. Со всех сторон неслись разноязыкие возгласы и крики, люди, громко топоча, сновали по лестнице вверх и вниз, будучи не в состоянии найти надежное убежище.

Лео Таррину часто приходилось наблюдать подобные сцены. Сейчас паника была вызвана близким соседством Мака Болана. Когда приближался Палач, все в ужасе разбегались.

Даже в нормальной обстановке образ Болана наводил страх. А уж если он сталкивался со своими бесчисленными врагами в бою, тогда он превращался в некую адскую боевую машину, сеющую смерть.

Спуск на шестой этаж занял у Лео Таррина не меньше пяти минут: чем ниже, тем труднее становилось пробиваться сквозь толпы беснующихся, озлобленных людей, наводнивших лестницу. Отовсюду неслись крики, ругань и взаимные оскорбления. Таррину даже пришлось ударить нескольких европейцев, не слишком учтиво отреагировавших на просьбу дать ему пройти.

Весь девятый этаж утопал в дыму, и Лео Таррин сделал вывод, что Болан продолжает действовать по принципу «куй железо, пока горячо». Сотто-капо из Питтсфилда не до конца понимал своеобразную логику Болана, но уже давно прекратил задавать себе вопросы на сей счет. Болан знал, что делал, и всегда добивался поставленной цели.

Таррину пришлось хорошенько двинуть коленом какого-то типа, загораживавшего проход на шестой этаж. Теперь Лео шел против течения. Движение почти застопорилось. Таррин с горечью подумал, какая же паника должна сейчас царить внизу. Ведь все входы и выходы из отеля блокированы, а прилегающие улицы буквально наводнены полицией.

Наконец ему удалось добраться до номера, который он занимал вместе с Фрэнком Руджи. Таррин прямиком направился к телефону прямой связи с Оттавой.

Ему немедленно ответил один из сотрудников Гарольда Броньолы.

— Как обстановка внизу? — спросил без лишних слов федеральный агент.

— Очень напряженная, — ответил Таррин. — Ваш босс находится на улице, прямо перед отелем. Он пытается сдержать волну, но это пустое дело. Полицейские вот-вот выйдут из-под его контроля. Внутри полнейший хаос. Гости стреляют во все, что движется, в том числе в своих же людей. Наш друг истребляет их на каждом повороте и на всех этажах. Бегство уже началось, но, по моему мнению, чтобы очистить здание, понадобится не меньше получаса. А как у вас дела?

— Плохо.

— То есть?

Агент глубоко вздохнул:

— Час назад принято окончательное решение. Оттава согласилась на полное сотрудничество, что официально подтверждено кабинетом министров.

— Что же в этом плохого?

— Отношения между Монреалем и Оттавой из рук вон плохи. Как раз сейчас проходит заседание лидеров партии «Свободный Квебек». Решение Оттавы радикалы расценивают как посягательство на суверенитет Квебека. Премьер-министр никак не может склонить их к сотрудничеству, поскольку говорят, что ситуация пока еще не слишком обострилась.

— Я не знал, что провинции обладают суверенитетом, — сказал Таррин.

— Все зависит от того, как на это посмотреть. Вопрос не столько законодательный, сколько политический. С некоторого времени отношения между Оттавой и Монреалем значительно ухудшились. Вам об этом известно?

— Вернемся к фактам, — вздохнул Таррин.

— Оттава сдает свои позиции. Она уже готова пойти на уступки. Некоторые утверждают, будто речь идет о чисто уголовном деле, которым должна заниматься только полиция, и потому было бы правильнее во всем положиться на Монреаль.

— Ну и ну, — пробормотал Таррин. — Это же чистое безумие. Не мне вам объяснять. Некоторые политики, некоторые законодатели!.. — с раздражением повторил он. — Но мы-то хорошо знаем, что эти «некоторые» подкуплены. Не сегодня, так завтра город способен исчезнуть вовсе. Что тогда будет с их суверенитетом?

— Увы, я не распоряжаюсь войсками Ее Величества. Никто не имеет на это право, кроме...

— Да, да! — скрипнул зубами Таррин и резко бросил трубку.

Он обернулся в тот самый момент, когда в комнату вошел человек в черном.

Болан и впрямь был похож на демона.

От него исходил запах пороха, крови и пота. Глубокий порез на левом плече кровоточил, необъятные карманы с боеприпасами были пусты. Болан заметно прихрамывал и старался как можно мягче ступать на левую ногу, отчего двигался медленно и с большим напряжением.

Он тотчас направился в ванную, набрал воды в стакан и тоненькой струйкой долго лил ее себе на лицо, затылок, шею... Наконец он повернулся к своему старому верному другу.