жестом. Впрочем, подарок хорош и сейчас, но…
Не знаю, почему-то от одной мысли, что я сяду за руль своего любимого рыжего седана, меня пробирает дрожь. Настолько эта машина ассоциируется со Львом и с нами… Даже ее образ в голове вызывает боль.
Так что мой выбор - общественный транспорт. В конце концов, я никогда не была избалованной.
В универе перед кабинетом вся группа. Конечно, только сегодня можно просто так получить тройки и четверки.
Только Лизу со Златой не вижу. А может быть, они внутри.
- Таша!
Из толпы народа выбирается староста. Пухленькая, маленькая ростом, она с трудом протискивается между парней. Идет ко мне, обмахиваясь тетрадкой. На ней строгое платье-футляр серого цвета, что делает ее похожей на преподшу.
- Мм? - замираю перед нашим представителем власти.
Староста встряхивает короткими русыми кудряшками. Округляет и без того большущие серые глаза.
- Тебе просили передать, чтобы ты зашла в ректорат!
Морщусь. Ей сессия вынесла мозг?
- Может, в деканат?
Староста ниже меня ростом, но как будто смотрит сверху вниз.
- Если б в деканат, то я бы так и сказала! Лучше сбегай прямо сейчас, а на экзамен войдешь последняя. Все равно ты не успела занять очередь. Там обратишься к секретарю.
- А зачем…
- Ничего не знаю! - сокурсница перебивает. - В деканате мне бы еще девчонки-секретари сказали… А в приемную ректора я сама на цыпочках захожу. Эта Алла Валентиновна… Ровесница основания универа, походу! К ней не подступиться.
Староста хихикает.
А я гоню от себя мысли, что со мной хочет поговорить тот самый знакомый мужа…
- Хорошо, спасибо, - вежливо улыбаюсь, - я иду.
Шаги по коричневой мраморной плитке пола отдаются гулом в сердце. Как я радовалась, когда сюда поступила! И ведь даже не знаю толком свой балл. Было два внутренних экзамена и два государственных, баллы по которым у меня на руках. Не рекордные, но вполне хорошие.
А вот про результат местных экзаменов мне не сказали. Кто-то удивился бы, что такое бывает. Но просто все контролировал муж. Он сказал, его знакомый боится, что я разболтаю про его помощь. Так что они со Львом все тихо порешали.
Я не самая сильная в группе, что уж. У нас многие после специализированных колледжей. Кто-то из династии дизайнеров и помогали в студии родителей чуть ли не с пеленок. Кто-то ходил на кружки. У меня же за плечами было только большое желание…
Еще вышло так, что после школы я пропустила год. Короче, не в моих интересах было спорить тогда с мужем.
А вот сейчас думаю - может, надо поднять архивы и узнать те оценки? Докопаться, как я вообще поступила? Но если и правда помог друг… Тогда я сама себе могу устроить отчисление, Льву и напрягаться не надо будет.
Ох-х-х… Как же трудно, когда не с кем посоветоваться.
- Таша, давай быстрей! - кричит мне в спину староста. - Чего зависла?
Я ускоряю шаги.
Ректорату выделен целый второй этаж в главном корпусе. Здесь приемная ректора, кабинеты проректоров, их зал для совещаний. Тяну на себя нужную черную дверь. Тяжелая…
- Мм… Здравствуйте. Можно?
Глуповатый вопрос. Я ведь не к самому ректору или его замам сунулась. Передо мной секретарь, который и сидит для приема посетителей, в том числе. Но я просто очень волнуюсь.
Возрастная, но подтянутая женщина смотрит на меня через очки с черной оправой. У нее совершенно седые, очень короткие волосы. Стильную стрижку дополняет загорелое, чуть угловатое лицо. А вот глаза у дамы пронзительно голубые. Даже через стекла очков горят.
- Конечно, можно, - говорит она не слишком дружелюбным тоном, - входите.
Глядя на ее идеальную белую рубашку с длинными рукавами, я машинально одергиваю свою.
В другой момент я бы засмотрелась на Аллу Валентиновну. На ней еще и миниатюрные украшения из белого золота или серебра с голубыми камнями под цвет глаз.
Люблю эстетику во всех ее проявлениях.
Вот только скажет мне дама тоже нечто красивое?
- Меня зовут Наталья… Поля… Наша староста сказала, вы просили меня зайти.
Алла хмурится. Что ж, я и не ждала ничего хорошего.
- Да, - секретарь кивает, - поступил сигнал, что с вами есть проблемы. Деканат не справляется.
Распахиваю глаза. Нет, я подозревала, но…
- Но меня не вызывали в деканат! Какие у них претензии?
Дама поджимает губы. Качает головой.
- Слишком много эмоций. Здесь не школа, никто не будет терпеть хулиганство.
Хм, это старомодное слово… Как вообще относится ко мне?
- Но что я такого сделала? - искренне спрашиваю.
В глазах секретаря проскакивает любопытство. Она задерживается на мне взглядом.
- Почему вы прогуливаете экзамены?
Делаю глубокий вдох. Внутри все кипит, здесь Алла права. Но я просто обязана взять себя в руки. Иначе каждый будет считать меня неадекватной.
- Я не была лишь на двух… По семейным обстоятельствам. Старосту предупреждала.
Алла сильнее морщит лоб. Смотрит на меня, потом в блокнот.
- Здесь написано, вы саботируете сессию. Вы точно сегодня не впервые пришли?
- Нет! - перевожу дух. - Нет… Ведь есть уже отметки в ведомостях.
Секретарь тоже вздыхает и немного оттаивает.
- Всегда может быть человеческий фактор. Вас много, деканат один. Но теперь раз есть сигнал, Андрей Маркович разберется. Это наш проректор по учебно-воспитательной работе.
Киваю.
- Я знаю.
Алла одобрительно поднимает уголки губ. Но дело не в том, что я выучила всех должностных лиц универа. Нет. Это тот самый приятель моего мужа! Я хорошо запомнила его имя и красивое отчество.
- Идите прямиком к нему. Выйдите, и дверь налево. Постучите только, прежде чем войти.
Выхожу на ватных ногах. Коленки подрагивают. Давно я так не дергалась в универе!
Так как поначалу учеба давалась мне нелегко, я дрожала на практических занятиях и зачетах. Но очень старалась! Хотела стать профессионалом, да и мужа боялась подвести. И постепенно мои усилия были вознаграждены.
Я стала крепким хорошистом в группе. Можно сказать, около отличником. Появились уверенность и спокойствие.
И вот опять я трясусь, как заяц.
Озябшими пальцами стучусь в кабинет. Получаю короткое низкое - да. Вхожу…
- Здравствуйте…
- Таша! Добрый день!
Мы виделись, он приходил один раз к нам на ужин. Невысокий, стройный и в меру спортивный. Черные глаза, широкая белозубая улыбка и лысая голова. Он не старый, ровесник Льва - лет тридцать-тридцать пять. Но видимо, генетика. Однако лысина его не
