Ничего не помогает.
Изворачиваясь, выскальзываю из его рук.
— Не трогай… Отпусти…
Он молча ощутимо вздрагивает.
— Ш-ш-ш, ― тягостно вздыхая, вновь ловит меня и шепчет: ― У тебя глаза огнём горят, когда ты злишься. Охуенная! Красивая дикая кошечка, Р-и-и-н-а…
Отводит волосы за плечи, ласково обнимает и бережно трогает там, где позволяю.
Беспрестанно целуя, словно уговаривает, задурманивает, усыпляет бдительность. Отвлекает внимание от рук, которые медленно, но верно гуляют по коже бёдер. Невзначай скользят между ног. Дальше…
Картина маслом! Ночь. Все спят. Рядом ни души. На мне голый возбуждённый Макеев.
Его огнедышащий член давит и давит, уже почти дыру прожёг на моём животе.
— У тебя всё идеально, всё. Между ножек просто мой рай… Как там всё прекрасно! ― он медленно прижимается губами к моему уху.
Слегка касается двумя пальцами припухшего клитора, проникает всё глубже и глубже, пока, не погружается внутрь меня.
— А-а-ахх, ― выгибаюсь дугой, безвольно выдавая стон наслаждения.
Макеев, продолжая чувственное движение пальцами внутри меня, второй рукой перемещает каменный член к клитору, ведёт по губам, растирая выделяющуюся влагу. Едва ощущаю это прикосновение, всё тело пробивает судорогами. Перехватывает дыхание.
— Не надо… ― отталкиваю его и рефлекторно сжимаю бёдра.
Вспыхивают смущение, неловкость, боязнь точки невозврата.
— Р-и-и-н-а… Раздвинь ноги.
— Перестань, я не хочу…
— Что значит не хочу? Хочешь. Я хочу. Тебе понравится, ты знаешь. Будь покладистой Кисой… ― гипнотизирует своим тембром.
Настолько приятное звучание голоса… Как? Как это работает? Как ему удаётся убеждать кого-угодно? Что это за магический диапазон нот, на которых он звучит?
Громко втягивая воздух в легкие, Макеев вклинивается ладонями между моих бёдер, раздвигает их шире и склоняет голову. Быстро прокладывает линию пылких поцелуев, добираясь до груди, и впивается в мой обнажённый набухший сосок.
— М-м-м! ― бенгальским огнём загораюсь, ярким искристым ручным фейерверком.
Внутри меня всё пульсирует. Я дьявольски возбуждена.
Как сдержаться? Как остановиться? Куда делась моя способность сопротивления? Почему мои силы иссякли?
Вот чёрт! Только этого не хватало… Фантазии, фантазии, фантазии… Под прикрытыми веками так и мелькают зрительные образы, как он разворачивает меня и трахает сзади.
Завожусь сильнее, и он это чувствует.
— Бесподобная моя маньячка, голодная пантера, — хрипло нашёптывает Макеев, на мгновение отрывая от меня свои губы.
— Кир… Ах-м-м… ― помимо воли издаю тихий стон.
Теряя контроль, разгорячившись от ярких картинок в воображении, я запускаю пальцы в его мокрые волосы и притягиваю к себе.
Он будто ждал этого сигнала. И как с цепи срывается.
Хищно впивается в мои груди. Поочерёдно лижет, засасывает и покусывает. Пальцами растирает мою чувствительную плоть. Меня под основание смывает волной возбуждения.
Остановить, противостоять… Это же Кирилл! Блядун, каких ещё поискать. Его член, как молния, не бьёт в одно место дважды.
Найдя остатки чистого сознания, поднимаю голову Макеева за волосы и перетягиваю его нещадные поцелуи с груди на мои губы. Расслабляюсь, чуть обмякая, словно бы почти не протестую. Отвечаю на его поцелуи. Но… Между рваными вдохами отвожу его лицо от себя. Необходимо взглянуть глаза в глаза.
А там… Всполохи каких-то странных эмоций, природу которых я понять не могу. Есть что-то ещё кроме похоти? Что он чувствует? Что ощущает? Азарт, любопытство? Что там? Зачем-то своей женской сущностью очень хочу разгадать.
Его пальцы не прекращают скользить и двигаться во мне, а большой палец ритмично пальпирует набухший клитор.
Макеев весь в огне. Громко дышит рот в рот, отчаянно пытаясь ухватить зубами мои губы.
— Хватит… — не даюсь, выказывая сопротивление. — Остановись… Я не могу… — вонзаю ногти в его пальцы, отодвигаю их от своих опухших губ, а сама едва не плачу.
— Всё ты можешь! Я чувствую у тебя там жар. Впусти. Хочу в тебя войти. Убери руки.
На этих словах меня предательски трясёт. От возбуждения, от предвкушения, от желания. Я на грани.
Макеев это улавливает. Вынимает пальцы из меня. Членом ускоряется, имитируя фрикции, трётся по моему клитору набухшей головкой, скользит дальше твёрдым стволом между половых губ. Обратно. Ещё и ещё… Доводит до пика.
— Ухм-м-м, — сжимая зубы, одной ладонью отталкиваю его, второй вцепляюсь в плечо.
— Не мешай мне. Убери руки. Никуда не уйдёшь, пока не кончишь.
Всасывается в кожу на шее, прикусывает и продолжает ритмичные движения без проникновения. В этот момент в моей голове вспыхивает понимание, что он не войдёт в меня без моего согласия. Это немного успокаивает. Я отклоняюсь слегка. Макеев сразу втягивает сосок с помощью вакуума. Заставляет его скользить между нёбом и языком. Я инстинктивно прогибаюсь назад и окончательно сдаюсь.
Мгновенные молниеобразные вспышки обжигают горящими искрами грудь, растекаясь внутри жидким огнём. Запуская по нервным волокнам пульсирующие волны возбуждения, эйфории, томления.
Макеев напористо и уверенно смещает, хватает, двигает мои ноги и попу, поворачивает меня под разными углами. Наблюдая за моей реакцией, в каком положении достигается наивысшая точка трения. Как талантливый виртуоз, импровизирующий на новом музыкальном инструменте. Прислушивается к издаваемым мною стонам и дорабатывает звучание…
О Боже… Боже! Боже… Я сейчас умру от наслаждения в этих искусных руках.
Накидывает одну мою ногу на свою талию. Переносит меня. Перетаскивает, кружит в воде. Как круто… Целует, нажимает, трётся. М-м-м!
Под чувством острых ощущений окончательно пьянею и теряю себя. Глаза невольно закрываются, всё чаще и чаще. Всем телом напрягаюсь на глубоком вдохе. Судорожно вздрагиваю. Глухо стону растворяясь в волнах крупной дрожи. С головы до ног трепыхаюсь в экстазе. Всю полностью колотит…
— Багира, ты восхитительно кончаешь. ― Макеев крепко меня обнимает, двигает членом теснее, по моим складкам. Прижимает его сильнее к пылающей пульсирующей плоти, будто вымазывает в соках моего удовольствия.
— Блядь… — хрипит над моей головой, и я отталкиваю с силой, понимая, что его сейчас следом накроет, и он кончит прямо на моё тело в воде.
Смотрит вниз на себя. Пару секунд вдыхает-выдыхает. Вскидывает на меня взгляд с плотоядной ухмылкой и совершает нападательные рывки в мою сторону. Я гребу подальше, на цыпочках касаясь дна бассейна.
— Хочу узнать, какая ты внутри. Я войду в тебя, так или иначе…
Загонял меня… Пытаюсь отдышаться. Нормализовать сердечный ритм. С трудом сглатываю и давлю из себя:
— Сделай губы в трубочку и сунь туда палец.
Не отрывая от меня удивлённого взгляда, Макеев задыхается:
— И… Что должно произойти?
— Должен сделаться скриншот. При необходимости можешь переслать сделанный снимок специалисту.
— Ясно… — хмыкает он, настигает, сгребает в охапку и слегка кусает мой подбородок. — Я понял. Ты о том, на что похожи внутренние стенки щёк? М-м-м… Согласен. Я кончу в твои прекрасные губы. Пососи мне, Багира.
