Читаем без скачивания Каллиграфия убийства - Алексей Викторович Макеев

когда он сидел на кухне и допивал чай. О телефоне он совсем забыл и был удивлен, обнаружив его в гостиной на столике, а не в спальне рядом с кроватью. По всей видимости, Мария вынесла сотовый, чтобы звонки не нарушали сон мужа. Когда же Лев Иванович проснулся, то как-то не подумал о том, что ему могут позвонить Станислав, или Орлов, или хотя бы даже Елена. Проснувшись, Гуров чувствовал такую слабость, словно проболел и пролежал в кровати не один день, а целую неделю. Надо было как-то восстанавливать силы, и он поплелся на кухню. Пока ел, в уме снова и снова перебирал все факты, вычитанные в документах по делу Романовской и Чалкина. Тогда-то его и вывел из задумчивости переливчатый рингтон.

– Доброе утро, – услышал он в трубке голос Станислава и на всякий случай посмотрел в окно.

– Вечер вроде… – отозвался Лев Иванович не очень уверенно. Его мысли были все еще далеко от действительности и находились во власти расследования.

– Вечер, вечер, – рассмеявшись, заверил его Крячко. – Это я шучу. Как отдохнул? Я звонил тебе днем, но ответила Маша и сказала, что ты недавно уснул и будить тебя она категорически отказывается.

– Нормально отдохнул. Читал бумаги по делу Романовской и сам не заметил, как уснул.

– По голосу слышу, что чувствуешь ты себя бодрее, – заметил Станислав.

– Да, лучше, и готов тебя выслушать. Много новостей?

– Много.

– Ты можешь ко мне приехать и рассказать? Маша ушла на репетицию и раньше одиннадцати не вернется.

– Ты не заразный?

– Даже если я и заразный, то я тебя уже заразил, – усмехнулся Гуров. – Забыл? Мы вчера весь день пробыли в одном кабинете. Приезжай, Мария щи сварила – пальчики оближешь.

– Ну, разве только ради Машиных щей своим здоровьем рискнуть, – отозвался Станислав. – Еду уже. Жди.

Закончив разговор, Лев Иванович обнаружил, что у него в телефоне еще два непринятых вызова и одно СМС-сообщение от Елены. Гуров сначала решил прочитать эсэмэску, а потом уже подумать, перезванивать девушке или нет. Прочел и сразу же набрал ее номер.

– Привет. Извини, что сразу не ответил на звонки, – начал он с извинений, но Елена прервала его.

– Не стоит извиняться. Ничего страшного, я ведь понимаю, что когда болеешь, то выпадаешь из реальности. Как вы себя чувствуете?

– Уже намного лучше. Но скорее всего, завтра я еще побуду дома.

– Да, лечитесь и пейте больше чаю с медом и лимоном.

– Да-да, я помню совет твоего мудрого деда, – улыбнулся в трубку Гуров. – Ты мне лучше новости расскажи. Как я понял из СМС-сообщения, ты что-то обнаружила сегодня.

– Да. И я почти уверена: то, что я обнаружила, – дело рук нашего Каллиграфа. Очень уж оба убийства похожи на методы одного из советских серийных убийц – Александра Юрьевича Пичужкина. Помните такого?

– М-м-м, – задумался Гуров, а потом неуверенно ответил: – Это не тот, который спаивал бомжей и алкоголиков и скидывал их в канализационные коллекторы?

– Да, тот. Вы правильно вспомнили. Но он так поступал не только с мужчинами разного возраста, но и с женщинами. Вернее, его жертвой стала только одна из двух женщин. Молодой беременной женщине – Марии Виричевой – удалось выжить и даже потом родить ребенка. А вот Вере Захаровой повезло меньше. Так вот, в июле на дне одного из коллекторов в Битцевском парке было найдено тело женщины. Ее ударили монтировкой по голове и сбросили в колодец. Она захлебнулась, находясь в полубессознательном состоянии. Если помните, Пичужкин всегда носил с собой в полотняной сумке или пакете монтировку или молоток и перчатки, чтобы не оставлять следов.

– Но Пичужкин не относится к дезорганизованным асоциальным маньякам, которым подражал наш Каллиграф, – заметил Гуров. – К тому же, как я понял, постановочным это убийство не назовешь.

– Я тоже сначала думала, что ошиблась, но когда внимательно прочитала протокол осмотра с места преступления, то обратила внимание на одну деталь: недалеко от коллекторного колодца была найдена шахматная фигурка ферзя.

– Ты хочешь сказать, что эту подсказку подкинули специально?

– В том-то и дело, что, скорее всего, это так. Помните фишку Пичужкина? Он собирался убить столько человек, сколько клеток на шахматной доске. Так вот, вполне возможно, что Каллиграф намекает именно на этого серийника. Я забыла сказать, что тело женщины было найдено в этом году. И кстати, по отзывам свидетелей, она не была идеальной в смысле поведения. Любила выпить, вела беспорядочную жизнь.

– Ага, вот как, – задумчиво произнес Лев Иванович. – Но ты сказала, что было два убийства. Они похожи?

Елена замялась, но потом ответила:

– Почти похожи. Поэтому я не очень уверена, что они – дело рук одного человека. В первом случае – убийство подростка произошло в начале июля прошлого года, а не двадцать седьмого числа, как убийство женщины в июле этого года.

– А в чем еще различие?

– Подростка ударили молотком по голове, а женщину, как я уже сказала, – монтировкой. На месте убийства подростка не было обнаружено каких-либо подозрительных предметов, которых там в принципе не должно быть, – как та же, например, фигурка ферзя возле места нахождения тела женщины. Ну и опять же день убийства не совпадает с тем, когда Каллиграф обычно убивал своих жертв. Паренька убили седьмого июля, а не двадцать седьмого.

– Ну если так, то оба убийства могут быть случайными. Они, в отличие от трех остальных убийств, отличаются тем, что жертвы не были похищены заранее.

– Да, о пропаже этих двоих не было заявлений в полицию, – согласилась Елена. – Но зато тут есть один нюанс. Женщина, как я и говорила, по отзывам соседей, вела разгульный образ жизни и проживала одна. Детей и мужа у нее не было. Родители давно махнули на нее рукой, и с ними она не общалась. Так что заметить ее отсутствие могли не сразу. Она не имела постоянного заработка, перебивалась пенсией по инвалидности – у нее была вторая группа – да всякими случайными доходами. Подросток же был из числа трудных сирот, он жил в детском доме и часто оттуда сбегал. Бродяжничал какое-то время, а потом сам возвращался. В детском доме тоже махнули на него рукой. Поначалу искали и в полицию заявляли, а потом перестали…

– Понятно. Значит, ты думаешь, что эти убийства могут быть делом рук нашего Каллиграфа?

– Не исключаю такой возможности. Но я еще не все дела просмотрела. Завтра продолжу. Вдруг найду что-то еще.

– Ищи, девочка, ищи, – задумчиво произнес Лев Иванович, а потом попросил: – И вот на что в первую очередь обращай внимание. Я тут внимательно прочел протоколы медицинского освидетельствования и протоколы вскрытия. На всех трех жертвах, которые