— Почему ты прячешься в деревьях? — Спрашивает Джарод Кросс.
Мои глаза мечутся из стороны в сторону.
— О…
— Разве ты не должна быть внизу?
Он указывает за уединенную линию деревьев, на похороны.
У меня пересыхает во рту.
Я намеренно держалась на расстоянии. Это мои первые похороны после Слоан, и я боялась, что погребение всколыхнет болезненные воспоминания. Я также не хотела находиться рядом с Зейном после того напряженного момента в похоронном бюро. Чем больше стен я смогу поставить между нами, тем лучше.
— Я не хотела мешать. — Говорю я наконец.
— Мгм.
Джарод Кросс наклоняет подбородок вверх, вдыхая воздух.
Я наблюдаю за тем, как свет падёт на его лицо, немного очарованная мерцанием его внешности. Все ли знаменитости так светятся или только он?
К тому же он один из самых красивых мужчин, которых я когда-либо видела. У него густые волосы, прямой нос и острый подбородок. Чернила заполняют каждый дюйм кожи, который я могу видеть.
Сексуальная привлекательность неудивительна. В мгновение ока он заставил маму влюбиться в него. А ещё он отец трёх самых красивых старшеклассников в школе Redwood Prep.
Три блестящих яблока не падают далеко от блестящего дерева.
Джарод ловит мой взгляд — две тени, от которых в лесу становится немного темнее, чем раньше.
Невольно отворачиваюсь.
Я мало что знаю о рок-звезде.
И я всегда подозревала, что это намеренно.
Он производит на меня впечатление человека, который точно знает, что показать людям в любой момент. Справедливости ради, я бы тоже была осторожна, будь я мегазвездой, живущей годами под микроскопом и препарируемой публикой.
С другой стороны, он может что-то скрывать.
Если причина более коварна…я не могу сказать.
А хотелось бы.
Его движения не имеют для меня смысла.
Но я хочу, чтобы он мне нравился.
Я хочу верить в сказку. Что он увидел мою маму в закусочной после позднего концерта. Что он безумно влюбился. Что он не мог быть без неё и попросил её выйти за него замуж.
Мама заслуживает того, чтобы хоть раз побыть Золушкой.
Только бы эта любовь не была похожа на хрупкую стеклянную туфельку, которая может разбиться в любой момент.
Ещё больше листьев хрустят, когда Джарод Кросс встает рядом со мной. От него пахнет лесом — свежей хвоей, солнцем и чем-то земным.
Готова поспорить, что я не смогу найти его одеколон в магазине. Он производит впечатление человека, который даже нижнее бельё шьёт на заказ.
— Вы её знали?
Я не сразу понимаю, что он имеет в виду маму Каденс.
— Нет.
Снова стою лицом к могиле.
Датч обхватил руками и Каденс, и Виолу. Младшая сестра сильно прислонилась к его боку и шаркает, как будто ей больно ходить. Зейн, Финн, Сол, Серена и светловолосая девушка идут позади в мрачной процессии.
— Она была матерью одной из моих учениц, так что я решила, что должна отдать ей дань уважения.
Он оглядывается по сторонам.
— Никто из других учителей не присутствовал?
— Нет.
У Redwood Prep нет опыта заботы о студентах-стипендиатах. Я не удивлена, что я единственная из преподавателей, кто пришёл.
Джарод удивляет меня тем, что снова заговорил.
Его тон — осторожно-разговорный.
Странно.
Он никогда не казался мне дружелюбным и болтливым типом.
— Я преподаю в Redwood Prep всего несколько недель, но это тяжелая работа. Не думаю, что в наши дни учителя получают заслуженное вознаграждение.
Мои губы кривятся в грустной улыбке.
— Детям тоже приходится нелегко.
— Как это?
— В наши дни детям приходится слишком быстро взрослеть. Их мир должен быть безопасным, но он всегда рушится раньше, чем они к этому готовы.
— Мир часто так поступает, не так ли?
— Как?
Я смотрю на него.
— Разваливается. — Он поднимает на меня бровь. — Это бесконечный цикл разрушения и воссоединения. Снова и снова. Пока ты не выучишь урок, который должен был выучить, или не достигнешь того, чего должен был достичь.
— Как в сказке. — Пробормотала я, без всякой сознательной мысли переведя взгляд на Зейна. — Чем больше ты бежишь, тем больше становится дракон.
— Дети в Redwood Prep сказали бы, что вы и есть дракон.
— Правда?
— В учительской поговаривают, что вы с ними строга.
— Я слышала, что вы такой же.
Он пожимает плечами.
— Металл можно гнуть только тогда, когда его бьют.
— Мы давно прошли те времена, когда можно было бить детей в классе, мистер Кросс.
Он хихикает.
Я улыбаюсь.
— Я слышал, вы тоже не занимаетесь школьной политикой. — Говорит он.
— Я пытаюсь стать драконом администрации. Подождите, пока я начну дышать огнем.
Шучу лишь наполовину.
Но он смеётся. Это грубый, меловой звук.
— Я должен идти. — Он проверяет часы. — Я взял перерыв в занятиях в Redwood Prep, чтобы подготовиться к туру. Печально, что пока я не смогу видеть вас в коридоре, мисс Джеймисон. Но, по крайней мере, я смогу увидеть вас за ужином.
Моя улыбка становится хрупкой. Эти слова бессмысленны. Я по пальцам одной руки могу пересчитать, сколько раз он приходил домой, чтобы пообедать с мамой.
Напоминание о его пренебрежительном отношении к ней возвращает меня на землю.
В Джароде Кроссе есть что-то такое, что заставляет тебя доверять ему. Заслужить его одобрение. Быть его другом.
Из-за этого так легко забыть обо всем остальном.
Но я не хочу забывать.
Он поворачивается, чтобы уйти, и я спрашиваю:
— Что вы здесь делали?
Он замирает.
— Вы мне так и не сказали.
На мгновение его лицо застывает. Это происходит так быстро, что пока я моргаю, выражение уже исчезает.
— То же, что и вы. Я пришёл отдать дань уважения.
— Издалека?
— У меня в запасе всего пара минут. С моей стороны было бы невежливо показываться на короткое время, чтобы потом исчезнуть. — Он улыбается, и в этом есть что-то зловещее. Как будто мы играем в игру, в которой только он один знает правила. — Вы меня в чем-то подозреваете, Грейс?
— Просто спрашиваю.
Он проверяет часы.
— Скажите маме, что я буду дома поздно.
Скажи ей сам.
Слова вертятся на кончике языка, но никак не решаются вырваться.
— Конечно.
Он колеблется.
— Грейс, я надеюсь, вы не будете долго чувствовать себя так неловко со мной. Вы можете звонить мне в любое время. Может, я и не ваш отец по крови, но я считаю вас дочерью в той же мере.
Я наклоняю голову.
Джарод Кросс уходит, а я провожаю взглядом бригаду, укладывающую грязь на гроб.
В моём мозгу загорается идея.
Развернувшись, я бросаюсь за рок-звездой.
— Джарод, подождите!
Нахожу его как раз в тот момент, когда он садится в свою городскую машину.
Два злобных парня смотрят на меня. Один движется вперёд, словно желая задержать меня.
Слегка помахав Джароду рукой, парень отступает.
— Вообще-то, у меня есть услуга. — Говорю я.
Он ждёт.
— Мне нужна информация о студентке Redwood Prep, которая была жестоко убита шесть лет назад. Вы знаете кого-то, кто может мне помочь?
ГЛАВА 13
ЗЕЙН
![]()
По какой-то странной причине я все время смотрю на линию деревьев, окружающих кладбище. Такое ощущение, что за мной кто-то наблюдает, но когда я смотрю в ту сторону, то вижу только густые сосны и тишину.
Проклятье.
Есть там кто-то или нет?
Может, я схожу с ума?
— Ты идёшь? — Спрашивает Финн.
Киваю и рысью следую за братьями.
Мой костюм вызывает зуд. Я больше люблю джинсы, футболку и кожаную куртку, но из уважения к Каденс и Датчу я принарядился.
Каденс подходит ко мне, когда я срываю пиджак у машины.
— Привет, Зейн.
— Кейди.
— Я хотела поблагодарить тебя за сегодняшний день. Я слышала, что Датч не был тем, кто планировал сегодняшние похороны.
