Хетер боялась этого. Ей ещё никогда в жизни не приходилось присутствовать на судебном процессе, не говоря о том, чтобы выступать на нём в качестве свидетеля. Кроме того, ей очень не хотелось участвовать в такой серьёзной процедуре, результатом которой могла стать казнь человека. Причём не любого человека. Мужчины, которого она знала, хотя и поверхностно. Мужчины, который держал её в своих объятиях и целовал. Мужчины, к которому её так странно влекло, несмотря на то, что здравый смысл подсказывал ей, насколько это неразумно. Симпатичного мошенника, которого она то презирала, то желала за время их коротких, но бурных встреч.
Она всё ещё спорила сама с собой, когда они с Ангусом заняли свои места в набитом до отказа зале суда. Её беспокойство усилилось, когда через несколько минут вошёл шериф, сопровождая Моргана и второго арестованного, и провёл их по центральному проходу в переднюю часть зала. Когда Морган поравнялся с ней, он на мгновение остановился и улыбнулся Хетер кривой ухмылкой, напоминавшей улыбку. Хотя, конечно, это ей могло показаться, так как нижняя губа Моргана треснула и распухла вдвое больше нормальных размеров.
Хетер была неприятно поражена изменениями, произошедшими во внешности Моргана всего лишь за сутки с того времени, как она видела его в последний раз. У него не только была разбита губа, но под глазом виднелся большой синяк, а некогда симпатичное лицо покрывали кровоподтёки. Она могла только догадываться, как выглядит его тело под мятой, грязной одеждой. Мысль о том, что ему причинили боль, вызывала у неё приступ тошноты, хотя, как ни странно, она не испытывала тех же чувств ко второму арестанту, которому, судя по всему, тоже досталось.
У неё не осталось времени подумать об этом, так как судебный пристав дал знак всем подняться и громко объявил:
— Заседание суда начинается. Председательствует достопочтенный судья Свенсон.
Нелс Свенсон, одетый в чёрную мантию, уселся на своё место и ударом молотка по столу дал знать о начале заседания.
— Усаживайтесь и начнём этот спектакль. Так как мы испытываем острый недостаток в адвокатах, я сам выслушаю все обвинения и приму решение. Нет никакой необходимости в присяжных и подобной чепухе. Шериф будет действовать в качестве прокурора, а я буду выполнять также обязанности защиты и вызывать свидетелей. С этим покончено. Представьте дело, шериф.
Ватсон встал:
— Ваша честь, арестованы двое мужчин, которым предъявляется обвинение в ограблении поезда. Обвинение поддерживается несколькими надёжными свидетельскими показаниями.
— Обвиняемые признались в совершении преступления? — осведомился судья.
— Нет, сэр, несмотря на все наши старания.
— Это, я думаю, очевидно всем, шериф, — сухо заметил судья. — Вызывайте вашего первого свидетеля.
Первым давал показания машинист, за ним кочегар и пассажир по имени Дрейк Ивенс. Все они под присягой показали, что Чарли Блэк заставил машиниста остановить поезд, угрожая пистолетом. Затем появился мистер Ивенс, справившийся с преступником ударом рукояткой пистолета по голове. После этого бандита, потерявшего сознание, сторожил кочегар. Все трое опознали преступника.
На вопрос, что он может сказать в своё оправдание, Блэк отказался комментировать показания свидетелей, заявив только, что он невиновен и его подставили.
Затем свидетелей попросили коснуться участия в ограблении Моргана. Изложить свою версию ограбления предложили Джеку Дули, охраннику почтового вагона. Он рассказал, как на них с начальником вагона напали двое вооружённых бандитов в масках. Преступники разоружили мистера Дули и заставили начальника почтового вагона открыть сейф, после чего оба железнодорожных служащих были оглушены и потеряли сознание.
— Как долго вы оставались в бессознательном состоянии, мистер Дули? — спросил судья, когда тот закончил свой рассказ.
— Я, право, не знаю, — признался свидетель. — Когда я пришёл в себя, то увидел Хэла, кондуктора, склонившегося над телом мистера Стоуна. Я помог связать его.
Свенсон кивнул:
— Является ли мистер Стоун одним из тех двух мужчин, которые проникли в почтовый вагон и держали вас и начальника вагона под дулами своих пистолетов?
Дули нахмурился:
— Не могу сказать наверняка. Их лица были завязаны платками.
— Вспомните, было ли лицо мистера Стоуна завязано платком, когда вы очнулись и помогали связать его?
Дули с минуту порылся в памяти.
— Теперь, когда вы спросили об этом, я вспоминаю, что не видел на нём платка, но он ведь мог спрятать его в карман.
Судья снова взял на себя обязанности защитника:
— Кто схватил мистера Стоуна и оглушил его?
— Думаю, это был Хэл.
Начальник почтового вагона ничего нового не показал. Он также не смог однозначно опознать Моргана как одного из нападавших. Не смог этого сделать и кондуктор.
— Он лежал на полу в почтовом вагоне. К тому же он сжимал рукой большой мешок с деньгами, а из его карманов торчали пачки банкнот. Поэтому я решил, что он один из грабителей. Может быть, специально подсаженный в поезд, так как он ехал из Сент-Луиса.
— У него был на лице платок?
— Этого я не видел. Но в другой руке у него был пистолет.
— Было ли что-нибудь подозрительное в его поведении до ограбления?
— Только то, что он оплатил проезд этой женщины, когда она не смогла найти свой билет, — сказал Хэл, указывая на Хетер. — Она доставила мне много хлопот. Настоящая ведьма. Но он почему-то относился к ней хорошо. Если это не подозрительно, тогда я не знаю, что действительно подозрительно.
По залу прокатился смех, и Хетер готова была провалиться сквозь землю, когда все взгляды обратились на неё.
Судья постучал своим молотком и призвал к тишине, затем продолжил:
— Прав ли я, придя к выводу, что никто не знает, как мистер Стоун оказался в бессознательном состоянии в почтовом вагоне? Никто не желает пролить свет на это обстоятельство?
Все молчали.
— Шериф Ватсон?
— Нет, сэр. И прежде чем вы спросите, я должен доложить, что не нашёл у него платка, — добавил он с сожалением.
— Мистер Стоун?
— У меня не было на лице платка, я не видел, кто меня ударил, ваша честь, но кто бы это ни был, удар был очень сильный. Думаю, это был кто-то из грабителей.
— А что вы делали, перед тем как вас ударили?
— Я понял, что происходит ограбление, и отправился в почтовый вагон, чтобы помочь охранникам. Я держал двоих преступников под дулом пистолета, заставив их связать друг друга, когда кто-то напал на меня сзади.
— Шериф говорит, что вы заявили о своей принадлежности к фирме «Уэллс Фарго» в качестве секретного агента, но я не очень в это верю. Вы продолжаете это утверждать?
