— Это идиотическая установка — рассуждать про «председательницу». Пойми, мужчина вообще не думает о начальственной должности как о половой функции, для него слово «директор» означает всего лишь позицию в компании (как, собственно, и есть на самом деле). А у женщин возникает странная идея приплести сюда половой признак. В русском языке средний род существует — и что нам теперь с этим делать? Отменить как ошибку природы — «за гермафродитизм»? Кстати, есть «истерия» мужского пола, такой мужчина называется «истерик». В общем, все это какая-то истерика, не более того.
Большинство начальников в моей жизни были женщины, даже несмотря на мое отчасти военное прошлое. И я могу тебе сказать, что наиболее успешной работа была при тех женщинах-начальниках, о половом признаке которых я забывал во время нашей совместной трудовой деятельности. А в случаях, когда я был вынужден постоянно помнить о том, что передо мной не просто руководитель, а, понимаешь — Женщина! — хотя и решал вопросы совершенно иного плана и толка, производительность оказывалась минимальной.
— Не поняла: что значит — забывал про их пол?
— Если руководитель ведет себя на работе не как должностное лицо, а как женщина, то она ждет от тебя, что ты будешь делать ей комплименты, в общении с ней изменять речь, стилистически смещаясь куда-нибудь к девятнадцатому веку, проявлять избыточную деликатность, которая в общем-то совершенно ни к чему, когда обсуждаются производственные процессы, поддерживать темы, не связанные с работой и делом, которым вы призваны заниматься.
Ну например: что, на твой взгляд, надо обсудить с подчиненным, вернувшимся из отпуска?
— Планы и деловые проблемы, — совсем не искренне говорю я. Потому что на самом деле есть гораздо более интересные темы для разговора после отдыха. Особенно если это было путешествие. Особенно если романтическое…
— Вот именно! А не рассматривать целый час фотографии, сделанные на пляже. А потом еще пять часов обсуждать увиденное со всем коллективом — с каждым по отдельности, а также маленькими группками по десять-пятнадцать человек.
— А что сделает мужчина-начальник?
— Во-первых, мужчины не смотрят фотографии, если их не заставить. (Какие они смотрят с удовольствием, я не буду тебе рассказывать.)
— Фотография. Ну да, еще одно слово женского рода.
— Он скажет: «Ну что, отдохнул? Срочно приступай к работе — у нас тут без тебя продажи упали, график поставок сорвался и планов громадье, а ты, понимаешь, по курортам шляешься — марш работать!» Деловой разговор!
— Согласна, если из отпуска вернулся какой-нибудь Иван Иваныч, я ему скажу: «Рада вас видеть, идите работайте». И обойдусь без его фоток в плавках. Но если придет какая-нибудь Маша, а у нее пятнадцать новых платьев в фотоальбоме и три поклонника — как же я ее отправлю трудиться, не оценив личностных достижений и побед сотрудницы?
— Если ты знаешь, что сотрудника надо время от времени поглаживать, чтобы ему было в радость работать в твоей конторе, то поглаживай. Но при этом чтобы она чувствовала, что ты рассматриваешь ее фотографии, не испытывая особого восторга от этого процесса. Глядишь, в следующий раз придет не с альбомом, а с каким-нибудь дельным коммерческим или производственным предложением.
— Ну не знаю, вот у меня была начальница — умела по душам поговорить за бокалом вина, похвалить за прическу или кофточку. Приятно же! Кстати, в устах мужчины это звучало бы пошло, наверное, да?
— Ничего подобного. Он может зайти в помещение и так объявить, что все сегодня хороши невероятно, что каждая из сотрудниц будет уверена: комплимент адресован именно ей. И работать все станут не в охотку даже, а в счастье-счастье, потому как Иван Иваныч их красоту приметил. А вот спиртное распивать — это с партнерами, если потребуется. Если же такое дело начинается с сотрудниками, то скоро кому-то придется уволиться или «перевестись на другое место работы».
Еще раз повторяю, Шекия, работа должна быть лишена половой сегрегации. Вышла с работы, села на крыльцо, и там уж вся из себя женщина — хоть до потери сознания. А на работе нет женщины — есть коллектив, производственные планы, ответственность и набор обязанностей. Знаешь, в чем была проблема героини «Служебного романа» еще до романа с Новосельцевым? Она забыла, что когда выходит с работы, то перестает быть начальником. И это тоже очень большая ошибка.
Но если женщина в офисе не прекращает думать о себе как о женщине, то выдает огромное количество аффектов — в работу вносится много лишнего, не имеющего никакого отношения к производству и делу, коллектив дезориентируется. Как следствие, сотрудники приобретают половой признак, производственные конфликты воспринимаются как личное оскорбление. Одно за другое, пятое за десятое, и у нас уже не рабочий коллектив, а мадридский двор со всеми прилагающимися к нему тайнами.
Такая же девальвация постигает и сам бизнес. Профессиональные удачи превращаются в некое подобие украшения: «Как вам моя шляпка сегодня?» И все должны ходить и говорить ей: «Боже мой, какая у вас шляпка!» А кто это должен говорить — сотрудники, которые, собственно, и сделали этот успех реальностью, или конкуренты, которые редко радуются в случае вашей победы? Но сказать надо, ведь у нас тут такие бездны «очарования»…
Будучи студенткой университета, я проходила практику в одном из издательств Санкт-Петербурга. И однажды мне пришлось стать участницей очень странной, точнее, очень женской истории. Руководитель отдела, в котором я стажировалась, сменила прическу. Рассталась с шикарными волосами, но сделала довольно эффектную стрижку. Не успели сотрудницы обсудить между собой это событие, как в кабинете появилась еще более вышестоящая начальница: «Что скажете о новом имидже Татьяны Семеновны?» Слава богу, мнение практикантки ее не интересовало, но своим коллегам я очень посочувствовала.
— Кстати, забыть в рабочее время о половой принадлежности я рекомендовал бы и рядовым сотрудницам. Вот представь: вызывает шеф подчиненную, она приходит вся напомаженная, начинает строить ему глазки, выдавать комплименты. Она считает, что должна его развлекать и снискать таким образом к себе благосклонность. Он тоже рад — почему не развлечься?
Но потом к нему приходит подчиненный — мужского пола, соответственно и весь разговор строится вокруг дела. С сотрудницей 20 % диалога было по делу, а 80 — эмоциональные реакции. Тут все 100 — дело. И вроде бы все прекрасно. Начальник доволен, что его очаровывали, сотрудница — довольна, ведь у нее на счету еще одна «женская победа». Супер.
Но вот встает вопрос — кого назначить руководителем отдела? И, я тебе должен сказать, у начальника в голове даже не ёкнет. Он назначит мужчину. А кого еще? Он в сознании начальника накрепко ассоциирован с деловыми вопросами. А то, что женщина мечтала об этой должности… Ну так ведь она совершенно иные сигналы посылала своему руководству. Она другие в нем будила переживания — совершенно не рабочего характера.
А потом женщины возмущаются, что, понимаешь, существует половая дискриминация. Причем я не возражаю — она существует. Потому что легче иметь ответственного подчиненного, которого ты при необходимости можешь, не моргнув глазом, по стенке размазать. И мужчина на эту роль всегда более предпочтителен, на женщину — рука не поднимется.
Но и все-таки, даже с учетом всего этого… Важно, какие сигналы женщина посылает начальнику. Флиртует? Ну и извините тогда. За что боролись, на то и напоролись. А ассоциируется она в голове начальника с делом — будет тебе дело, будет тебе повышение, будет тебе ответственная работа. И даже Билль о правах не надо будет вспоминать.
Я чувствую, что пора переходить к домашним заготовкам. И достаю из своего модного портфельчика авторитетную деловую газету (не какой-нибудь там глянец!).
— Андрюша, давай я тебе почитаю, — ласково говорю я. — Тут вот статья о женщинах-руководительницах. И, между прочим, написана по материалам научных исследований, целью которых было изучение гендерных различий в управлении персоналом.
— Давай, — оживляется мой друг. — Только посмотри, пожалуйста, кто автор статьи?
Называю фамилию журналистки.
— М-м… а на чьи исследования она ссылается?
Пробегаю глазами текст. Зачитываю вслух имена доцента Педагогического университета и менеджера по корпоративному развитию одной московской компании. Обе — женщины.
— Мужчинам в голову бы не пришло изучать этот вопрос. Только женщин интересуют «особенности» женского руководства.
