«Йу-ху!» — воскликнул внутри меня голос Анки.
«Мамочки!» — подумала я.
Глава 20, в которой Иляна практически горит
Иляна
В общем, я не знала, куда смотреть, хотя посмотреть, честно говоря, было на что. Прямо передо мной, явно рисуясь, поигрывали мышцами два оборотня. Одеты они были, во что боженька при рождении нарядил, и явно гордились своей статью. Уже молчу о том, что и сама я начала просто полыхать от горячего тела, к которому меня прижимали. В самом что ни на есть прямом смысле, мне кажется, что от моих пылающих ушей можно костры разводить.
— Милый, ты бы не хотел одеться? — спокойный мелодичный голос Сесилии раздался совсем рядом. — Мы всё-таки в общественном месте. Когда тебе было полгодика, это выглядело очаровательно… Сейчас, на третьем десятке, это может потянуть на серьёзное нарушение общественного порядка.
— Да, — вступил в разговор отец Адриана, рассеянно осматриваясь и промакивая губы белоснежным платочком. — Мы, конечно, оцепили площадь, но вот-вот должен подойти следующий поезд… Такому количеству людей, мы не сможем глаза отвести.
Да как тут глаза отведешь, в самом деле. И хотела бы, да не получается.
— Мальчики, — мурлыкнула Сесилия поворачиваясь к оборотням. — Вас это тоже касается. Вы, конечно, красавчики, и всё такое…
Красавчики слегка взбледнули и испарились из поля зрения. А Сесилия, вздохнув с некоторым сожалением, протянула Адриану стопку одежды.
— Не забудь трусы! — заботливо напомнила ему она. — Вечно забываешь про них. Так ведь можно застудить самое ценное.
— Ма-а! — сконфуженно буркнул Адриан, отворачиваясь от меня, чтобы принять одежду.
Я мгновенно зажмурилась. Рассматривать Адриана в присутствии его родителей, которые с интересом рассматривали меня… Это здорово попахивало каким-то извращением. Хотя Адриана порассматривать очень хотелось.
— Иди сюда, puiule, — рядом со мной материализовался Клодиу. — Совсем ничего эти дурни не понимают, ты же еле на ногах стоишь! Испугалась, бедняжка? — он участливо заглянул мне в глаза, ловко подхватывая под локоть.
С другой стороны меня подхватил Штефан, и они бережно, как какую-нибудь фарфоровую статую, потащили меня куда-то с перрона.
Я беспомощно оглянулась назад, понимая, что надежда уехать домой растворяется в туманной дали вместе с поездом. С другой стороны, мне крупно повезло… Я осталась жива и здорова (не будем считать мириады моих нервных клеток, погибших в этом неравном бою с реалиями жизни). Но что делать-то?!
— Что это было? — поинтересовалась я, послушно перебирая ватными ногами. — Это было… было… Что скажет полиция?!
Какая полиция, Иляна?! Полиция нравов? Они же, натурально, голые были! Прямо голышом-голышом в общественном месте!
И тут, как по заказу, перед нами появился полицейский. Я в ужасе замерла, надеясь, что страж порядка попросту не заметит ни меня, ни вампира, ни одевающегося оборотня, но Клодиу доброжелательно бросил:
— Добрый день, Марко. Как всё?
— Разберёмся, — пожал плечами полицейский.
— Штефан, пойди с Марко, объясни ему, что к чему, — кивнул Клодиу. — А я провожу девочку до машины. Да скажи там Адриану, чтобы пошевеливался.
— Полиция ничего не скажет, — равнодушно сообщил Клодиу, провожая задумчивым взглядом полицейского вместе со Штефаном возвращавшихся к зданию вокзала. — Потому что у нас есть свои полицейские в отрядах… и потому что всё, что касается мира Одарённых, это наше дело.
— Почему вы мне всё это рассказываете? — вздохнула я. — Разве вы не должны… ну не знаю, если не убить меня, то загипнотизировать, чтобы я всё забыла?
Клодиу умехнулся.
— Для начала, ты уже и так много знаешь еще с того момента, когда нас с тобой чуть не сбили в Бистрице ночью. Убить тебя, как видишь, уже пытаются. А мы пока не понимаем, почему. Ты уверена, что ты не из семьи Одарённых?
— Абсолютно, — кивнула я. — Единственное волшебство, которое мы когда-либо наблюдали, это полное исчезновение зарплаты через час после получения. Но, подозреваю, это норма для большой семьи.
— Ты не разговаривала с родителями? Из вашей семьи больше ни на кого не покушаются?
И тут я просто заледенела от ужаса: совершенно не подумала, что что-то может случиться с моими.
Дрожащими руками я попыталась вытащить телефон, не удержала, уронив на асфальт…
Но Клодиу, сделав неуловимое движение рукой, подхватил телефон у самой земли.
— Садись, — открыл он передо мной дверцу машины Адриана. — Звони. Адриан сейчас придёт.
Трясущимися руками я набрала знакомый номер.
— Я слушаю? — мне ответил отец. — Fiica, это ты?
— Тата! — обрадовалась я. — Как дела, как мама? У вас всё хорошо?
— А что может быть не хорошо? — удивился отец.
— Ну не знаю, что-нибудь странное, экстраординарное…
— Хмм… — задумался отец. — Экстраординарное? Василь нос соседскому мальчишке вчера разбил. Это подойдёт?
Я не смогла удержаться от улыбки. Василь, мой племянник, был тихим книжным мальчиком. И обычно в драках с мальчишками не участвовал. А если участвовал, то попадало именно ему.
— Герой! — восхитилась я.
— А то ж! — поддакнул отец. — Анка даже торт купила, чтобы отпраздновать. Мужает, говорит, племяш!
— И больше ничего?
— Да нет, вроде, — и я, словно наяву, увидела, как он усмехается в усы. — А у тебя, я смотрю, поклонник появился.
— С чего ты взял? — я почувствовала, что неудержимо краснею.
— Ну как же! Позвонил нам молодой человек с приятным голосом, представился, сказал, что ты спасла его прадеда из-под машины, но твой телефон разбился. Так что он продиктовал нам твой новый номер телефона, вот этот, и сказал, что его семья, полная благодарности за спасение, не отпустит тебя ещё с неделю, и поможет со всеми историческими изысканиями. Это ты у нас герой, оказывается!
Я промычала что-то невразумительное. Вот Адриан, вот…
— Не злись на меня, — серьёзный и уже одетый Адриан опустился на водительское место. — Я просто не мог тебя отпустить в такой непонятной ситуации. А родителей предупредить надо.
— О! — раздался голос отца в трубке. — Никак я слышу Адриана! Привет ему! Приглашай в гости, как закончишь там свои изыскания!
Я бессильно уронила телефон на колени.
— Почему ты мне ничего не сказал?
— Потому что ты боялась и не верила, — вздохнул парень, поворачиваясь ко мне. — За твоей семьёй уже следят мои… оборотни. Они защитят в случае чего. Не переживай.
— А я? Что делать мне? Что ты со мной делаешь?
Адриан вдруг улыбнулся странной улыбкой, от которой внутри меня всё начало плавиться, как мороженое на солнцепёке.
— Лучше объясни, что делаешь со мной ты, floare!
Я, не в силах выдержать его взгляд, опустила голову, чувствуя, как с новой силой заполыхало моё лицо. Вот почему так: когда он меня обнимает, я чувствую себя великолепно, невзирая на… на всякие штуки, упирающиеся мне в живот. А когда он просто рядом и просто смотрит, я сгораю от смущения!
— Ты как себя чувствуешь? — спросил он, словно не было только что этого обжигающего взгляда, словно не было недавно этих объятий… словно не было этой кровавой бани перед моими глазами…
До меня только дошло, что вся моя одежда заляпана кровью.
— Я… я не знаю, — мой голос сорвался. Голова шла кругом, я до сих пор не могла полностью охватить идею этого жестокого мира Одарённых, явно существовавшего параллельно с моим более-менее уютным и спокойным миром.
— Понятно, — кивнул Адриан. — Давай мы поедем домой… я имею в виду ко мне, и ещё раз попробуем подумать. Извини, Иляна, я не хочу и не могу сейчас оставить тебя одну. Сначала нужно выяснить, зачем ты кому-то настолько понадобилась, что за тобой посылают наёмников. Может ты на самом деле внучка английской королевы?
Ага. Очень секретная внучка. Настолько секретная, что ни королева не знала, ни я, ни мои родители. Шифруемся со всех сторон.
