– Ну и проваливай тогда, – велела она, стирая с лица улыбку и, похоже, теряя ко мне всякий интерес.
И я принялся медленно-медленно отступать от неё… Ну а что я совсем дурак? Раз дают такую возможность – надо убираться! Благодаря при этом всех богов, что я оказался не интересен этой представительнице варговского племени как добыча! И удалось отделаться лишь потерей своих сбережений, а не собственной шкурой! Хотя тут Блэкворт можно понять – на коей ей какой-то мальчишка-воришка? Она ж уже взрослая девушка, и крайне эффектная собой. Довольно высокая, стройная, на личико крайне смазливая – с этими глазищами цвета безбрежного неба на фоне вечно чернёных век и бровей, выразительной формы чувственными губами, точенным носом и бесконечно гладкой кожей, отороченной прядями тёмно-русых волос. Реально – девчонка что надо! И видимо от понимания этого, с лица её практически не сходит чуточку самодовольная улыбка.
Отступив уже практически до конька крыши и уверившись-таки, что меня и самом деле собираются невозбранно отпустить, я стремительно развернулся и собрался уже рвануть прочь, когда меня настиг ледяной оклик:
– А ну-ка, постой!
Обречённо замерев на полушаге, я сглотнул. А затем медленно развернулся…
Девушка, не обращая на меня никакого внимания, крутила в руках артефактный браслет, пристально разглядывая его и отчего-то хмурясь. А потом подняла взгляд на меня, и, сдвинув брови, сурово вопросила: – Где царапина, ворюга?
– Ка-какая царапина? – разинул я рот, ошарашенный столь нелепым вопросом.
– Вот тут, под камнем, была тонкая царапина в виде галочки! – сердито произнесла представительница Тайной Стражи сверля меня преисполненным подозрений взглядом и тыкая указательным пальчиком в браслет.
Припомнив, что при первом осмотре уворованного артефакта, я примечал что-то такое – оставленную вроде как тонким алмазным резцом царапину, различимую лишь под определённым углом зрения, я осторожно приблизился к гарминской хищнице. Взял из её рук браслет и тоже попытался найти этот дефект. Но у меня ничего не вышло… Как в воду канула эта злосчастная царапина!
– Может, затёрлась?.. – наивно предположил я.
На что Блэкворт только фыркнула и, отобрав у меня браслет, решительно нацепила его себе на руку. Потрясла затем ею зачем-то. А потом ещё подёргала севшее как влитое украшение. И, подняв на меня, взгляд зловеще протянула: – Та-а-ак…
– А что не так? – в отчаяние произнёс я, ничего не понимая. – Браслет в порядке – потайные замки все работают!
– Это что, ты меня только что обозвал старухой?.. – недобро сузила глазки хищница, отреагировав на моё невинное замечание совершенно неожиданно. И сорвав с себя украшение, быстро нацепила его на руку уже мне. Чтобы потом, когда браслет беззвучно защёлкнулся, удовлетворённо произнести: – Вот, и с тебя не спадает!
– А что – должен? – не на шутку озадачился я.
– Ты хоть знаешь вообще, что за артефакт решил умыкнуть? – посмотрела на меня как на ненормального девушка. И, покачав головой, пояснила: – Этот артефакт называется "Дар Таэля". И предназначен он для давно утративших молодость людей… один Древний наделал их для своих престарелых слуг, чтобы они ещё послужили ему. "Дар Таэля" возвращает старикам молодость… Не даром конечно, а меняя десятилетия тихого угасания их изношенных тел, на годы полноценной жизни… Вот только суть артефакта не предусматривает обратного изменения – и молодость на старость не меняет, а потому что с тебя, что с меня, он должен попросту слетать, показывая невозможность работать с неподходящим объектом! – Помолчав чуть, давая мне проникнуться сказанным, Блэкворт бесцеремонно сдёрнула с моего запястья данное украшение и тут же сунула его мне же в руки, со словами: – Держи. – Да и ничтоже сумняшеся развернулась и пошла прочь, холодно бросив через плечо: – Чтобы через час украденный тобой браслет лежал на моём столе.
А я остался стоять на крыше, растерянно хлопая глазами ей вслед…
– Время пошло, ворюга! – подстегнула она ещё меня, переваливая через конёк и скрываясь из виду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Дарг!.. – помянул я мятежного Древнего от избытка обуревающих меня чувств. И бросил взгляд на находящийся в моих руках артефакт. Но увы, надеждам не было суждено оправдаться – едва различимой царапинки на нём как не было так и нет…
Впрочем, у меня сразу возникли определённые подозрения на счёт того как такое возможно. Просто страшно не хотелось верить в них… Но, как ни крути, видимо придётся… Если у меня сейчас в руках вовсе не уворованный мной артефакт, то его подмену мог провернуть лишь один человек. Мой здешний учитель… старый вор-маг, которому я притащил вчера ночью, практически сразу после того как его умыкнул, этот треклятый "Дар Таэля"… Чтобы Гудвин помог разобраться стоящая это вещица или нет…
"Да, у него единственного была возможность заменить настоящий артефакт на подделку, – мрачно подумал я. – Которую не изготовишь за пять минут, да на коленке. А вот за почти сутки – запросто."
Осознав, что бесцельно трачу отпущенный мне срок на глупые душевные терзания, я стремительно сорвался с места. Бросился к ближайшему чердачному окну. Чтобы спуститься вниз, и уже по улице устремиться к лавке Бре Литтена. Она же как раз по пути… А мне не помешает убедиться в том, что "Дар Таэля" не настоящий. Просто… просто категорически не хочется верить, что старик Гудвин, завсегда по отечески опекавший и наставлявший меня, мог так жестоко прокинуть… Может, отсутствие царапины объясняется тем, что на артефакте просто сработало свойство самовосстановления, что зачастую закладывалось Древними магами в свои изделия?.. Хотя и в этом случае остаётся вопрос, почему не работает должным образом упомянутая Блэкворт "защита от дурака"…
Когда домчался до углового дома-свечки из красного кирпича, я уже и думать позабыл о недавно терзавшей меня боли. Ушла она… Оставив лишь чувство безмерной усталости, от которой меня прямо-таки штормило.
Однако сил мне ещё хватило на то чтобы дозваться мастера Литтена. Отсыпающегося, как и все гарминцы, поутру. А потому крайне недовольного побудкой. Он ведь мало того что заблокировал крутилку-звонок у входной двери, так ещё и установил за прозрачным стеклом окна лавки табличку. Со строгим предупреждением не беспокоить в неурочные часы. Дескать – всё только в рабочее время. Кое начинается после полудня…
Правда первой из дому высунулась сонная Лидия, протирающая тыльной стороной левой руки слипающиеся глаза. Видимо дядя отправил её разобраться с тем, кто там ломится и отправить его куда подальше…
– Тим?.. – изумлённо воззрилась на меня девушка, едва до неё дошло кого она видит стоящим на их крыльце. И тут же донельзя возмущённо вопросила: – Чего тебе тут надо, подлый обманщик?!
– Я б тебе сказал кто ты, да не стану – сильно обидишься, – буркнул я в ответ, не испытывая ни малейшего желания общаться с этой дурищей. Из-за которой, по сути, вся эта каша и заварилась. И мрачно потребовал от хватанувшей ртом воздуха Лидии: – Позови дядю. Немедленно.
– А то что? – с неожиданным вызовом уставилась она на меня.
– А то и тебе на орехи так перепадёт, что мало не покажется, – с каменным лицом пообещал я вытаскивая из кармана куртки драгоценный браслет и демонстрируя его глупой девчонке.
Мигом спав с лица, Лидия что-то неразборчиво пробормотала, попятилась во тьму прихожей, и исчезла. Бросив дверь открытой, умчалась дядю звать.
Спустя ещё несколько минут томительного ожидания ко мне вышел сам мастер Литтен. Взъерошенный. И облачённый в домашний халат умиротворяюще-мягкой расцветки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вышел и недовольно осведомился:
– Ну?.. Что тебе надо, парень?..
– Освидетельствовать вот эту вещицу, – вытащил я в ответ из кармана вновь упрятанный туда браслет.
– А до полудня это никак не может подождать? – достаточно язвительно поинтересовался мужчина, даже не покосившийся на предмет находящийся в моей правой руке. И ухватился за сворку двери, чтобы захлопнуть её со словами: – Приходи когда откроется лавка.
