невзгоды с поднятой головой, но шли они так долго, что ноги заныли. Даже многолетние упражнения с мечом не помогли – старость есть старость, ничего не поделать. Больше ему не угнаться за молодыми, как бы он ни старался.
Дарий предлагал сделать привал, Варна почти согласилась, но с таким лицом, что Ёрш понял: если остановится, навсегда упадет в ее глазах.
Казалось бы, что сложного в том, чтобы выследить огромный дом на куриных ногах? Такая громада должна оставлять следы, пропустить которые невозможно. Однако за полдня пути они не нашли ничего, что могло указывать на существование Ягини и ее избы.
– Может, морок все-таки. – Варна устало опустилась на большой камень. – Ни следа, ни намека. Ничего не понимаю.
– За ночь следы замести могло.
– Такие не заметет и за неделю, – упрямо ответила она. – Клянусь, если…
Земля затряслась, задышала под ногами. Варна скатилась с камня и повалилась в снег. Дарий оттащил ее в сторону как раз вовремя – кряхтя и подрагивая, на поверхность выбиралось что-то огромное.
Сначала показался дымоход, затем – резные коньки крыши. Ёрш отшатнулся, чуть на задницу не упал, настолько перепугался. Смотрел, онемев от ужаса, как из земли изба поднимается.
Опираясь на мощные лапы, изба выбралась из укрытия, встряхнулась, как птица, остатки снега стряхнула на землю. Варна отчаянно махала руками, пытаясь что-то ему сказать, но Ёрш не понимал, он едва держался на ногах от потрясения.
Не обманули, Ягиня и правда существует! Как же так, что же творится?!
В голове роились мысли, колени подгибались, а он не мог взгляда отвести от занавешенных аккуратных окошек. Изба не двигалась, только переминалась с ноги на ногу.
Вдруг дверь распахнулась, на пороге моложавая женщина появилась – сарафан на ней белый, на плечи платок накинут, волосы под косынку убраны, босая. Стоит, смотрит на них сверху вниз, как птица головой дергает, то к одному плечу ее склонит, то к другому, щурится, длинным носом воздух вдыхает так громко, что с земли слышно.
– Ну, что развалились? – бойко выкрикнула она. – Долго валяться в снегу будете? Почки застудить хотите?
– А ты кто будешь? – крикнул Ёрш.
Он отыскал рукоять меча под плащом и приготовился отбиваться от чертей, которых Ягиня на него натравит.
– А то ты не знаешь, старый! – Женщина расхохоталась. – Не оскорбляй богиню, не делай вид, что не слышал имени моего!
– Богиня? И над чем ты властвуешь? – подала голос Варна.
– Над лесами, над мертвыми, над… – Женщина загибала крючковатые длинные пальцы. – Зверье дикое тоже мне подчиняется, и врата Нави я охраняю.
– И детей жрешь, сволочь! – прорычала Варна.
– Да было-то всего пару раз, – отмахнулась Ягиня. – А вы зачем пришли-то? Разбудили меня болтовней своей, воняет от вас оберегами какими-то, фу, колдовство ведьмовское, дрянь какая. Кто из вас этой гадости налепил?
– Мы из Мрачного Взвода, – сказал Ёрш. – И мы пришли спросить с тебя за детей убитых!
– Каких именно? – деловито осведомилась Ягиня. – Не припомню, чтобы кого-то ела недавно.
– Ты их останки на болоте бросила! – крикнул Дарий.
– А, нет, тех я не трогала, когда пришла, все уже закончилось.
– Врешь, – прошипела Варна.
– Думаешь, если бы поживилась ими, отнекивалась бы? – говорила Ягиня с насмешкой. – Да я вас разорвать на клочки могу одним желанием, только подумаю и – пф! – Она взмахнула руками. – Не станет вас.
– Как тех детей?
– Да не ела я ваших детей! Посмотрите на меня, отощала вся, какое тут! Одних зайцев ем, белок, да что под руку попадется. Деток я в Навь проводила, остановилась, чтобы забрать малышей с собой. – Женщина шмыгнула носом. – Холодно, ужас, долго вы меня на морозе держать будете? Никакого уважения к старым богам.
Ёрш совсем растерялся. Говорила баба складно – непохоже было, что врет, но выглядела подозрительно. Еще и глаз один белой пеленой затянут, как у Дария, оттого она голову и поворачивает то в одну сторону, то в другую – чтобы видеть, с кем говорит.
– Долго стоять на морозе будем? – повторила вопрос Ягиня. – Если спросить хотите что-то – входите, а коль все еще убить меня желаете, так знайте: невозможно это. Ни мечом, ни ядами, ни огнем.
– Пламя способно очистить все. – Варна достала из-за пояса бутылку с клубящимся оранжевым паром.
– Совсем народ озверел, – пробормотала Ягиня. – Думаешь, одна такая умная? Что не пытался никто до тебя голову мою с плеч снести? И где они теперь? В печи окажешься, даже глазом моргнуть не успеешь.
– Не думаю, что она зла нам желает, – сказал Ёрш. – Опусти зелье, Варна.
– С ума сошел?!
– Если бы она хотела, уже убила бы нас. – Сила, исходящая от Ягини, делала воздух густым и искрящимся. – Что творится-то, лесная владычица?
– Коляда. – Куриные лапы согнулись, порог дома оказался почти на уровне земли. – Кто ж детей одних отпускает в такие дни? Сожрал их кто-то, не я, не смотри на меня так, девчонка. А ты, значит, уже в Нави. – К Дарию Ягиня повернулась слепым глазом. – Вижу, вижу…
– Что видишь? – Тот непроизвольно сделал шаг к ней, но Варна преградила ему путь.
– Входите, у меня настойка на мухоморах, пальчики оближ… – Ягиня замолчала, а потом задумчиво добавила: – Вы, верно, помрете, если выпьете ее. Ну, ничего! Настой брусничный тоже есть, никаких мухоморов, обещаю.
По лицу Варны видно было, что никуда заходить она не собирается, но Дарий явно заинтересовался. Ёрш первым подошел к крыльцу, подтянулся и залез на ступеньку. Ягиня пожала плечами и сказала:
– Ниже старушка не опускается, извините уж.
– Ничего, полезно кости старые размять, – смущенно ответил Ёрш.
– Ох, будет тебе стариком себя называть. Знал бы ты, сколько лет на свете я живу… – загадочно проговорила Ягиня. – Ну а вы? Примерзли?
– Ладно. – Дарий подошел ближе, но Варна потянула его за плащ и заставила вернуться на место. – Пусти.
– Вы совсем с ума сошли? В пасть к нечисти залезть решили?!
– Кто тут нечисть? – возмутилась Ягиня. – Следи за языком, девочка. Неужели не хочешь узнать, кто детишек ваших убил?
– Я и так знаю.
– Ну, хотела же по-хорошему.
На ее ладони появилась зеленая пыль. Ягиня резко дунула на нее, и крошечные частички разлетелись, закружились в воздухе, превратились в туман.
Ёрш закашлялся, почувствовал, как слабеют руки. Навалилась дремота, нестерпимо захотелось спать. Не в силах противиться колдовству, он лег прямо на порог, подложил руки под голову и уснул.
Глава 7. Варна
Пот заливал глаза. Варна попыталась смахнуть капли, но оказалось, что ее руки предусмотрительно связаны за спиной. Она дернулась раз, другой, но освободиться не получилось.
– Не дергайся, красавица, натрешь ручки белые, – проворковала Ягиня. – Приглашала ведь по-хорошему в дом, но нет, заартачились, теперь вот, приходится держать вас связанными.
– Что ты делаешь? – язык Варны заплетался.
– Готовлюсь к званому обеду, а ты как думала? – Ягиня появилась в поле зрения. – Детки, конечно, повкуснее, но иногда и взрослыми не брезгую.
– Тварь лживая.
– А как, по-твоему, мы выживаем? Где это видано, чтобы божества и хранители объедками довольствовались? Нет, нет, хватит!
– Что ты вообще несешь?
Вопросами Варна попыталась отвлечь Ягиню и освободить руки, пока та была занята россказнями о сложной жизни в тени Зверя, но ничего не получилось – веревка крепкая, затянута так, что пальцы онемели.
– Ты не дергайся, не дергайся. Жесткое мясо мы не любим.
– Зубы нам заговаривала. – Варне нестерпимо захотелось плюнуть твари под ноги.
– А вы и рады верить. Вон, лопухи, уши-то развесили, ай, сами в печь полезли бы, не будь тебя рядом.
Только сейчас Варна увидела Ерша, лежащего на полу лицом вниз. Ягиня заметила ее взгляд и сказала:
– Не переживай, жив пока. А вот дружку твоему несладко приходится, я смотрю. Но есть среди моих друзей любители падали, мы…
Варна не дослушала, уставилась на привязанного к столбу Дария. Не соврала Ягиня, ему и правда было плохо – кожа стала темно-зеленой, на полу под ним расплывалось большое влажное пятно.
– Что ты с ним сделала?! – Варна дернулась. – Отвечай!
– Пустила ему кровушку, чтобы ослабить немного. Чуешь? Он воняет, как… – Ягиня окинула Дария раздраженным взглядом. – Как покойник.
От него действительно распространялось зловоние, оно
