дама будет разглядывать её обнажённое тело.
– Как прикажите. Я приготовлю для вас ванну. Вы предпочитаете воду потеплее или попрохладней?
– Вы можете быть свободны. Я справлюсь сама.
– Но милорд будет недоволен. Позвольте мне всё же приготовить для вас ванну.
– Хорошо, только ради того, чтобы милорд не брызгал на вас ядовитой слюной, – съязвила Вероника. Перед глазами возник образ Ричарда. Она невольно поёжилась.
– Герцог очень хороший хозяин. У него превосходное образование. Только после этого несчастья он сильно сдал, – постаралась защитить работодателя преданная хозяевам служанка.
– Какого несчастья? – не придавая особого значения сказанному Генриеттой, спросила Вероника.
– Его только вчера помиловали. Он два года провёл на каторге по обвинению в несуществующем преступлении.
– Я… Я не знала, – Вероника удивлённо смотрела на Генриетту. Женщина стояла к ней спиной и доставала из гардеробной стопку больших белых полотенец, красиво расшитых по краю золотыми нитями.
– Молодой герцог был осуждён на пожизненную каторгу и посмертное забвение. Его отец скончался сразу же, как услышал приговор. Хорошо, герцогиня нашла в себе силы, чтобы доказать невиновность сына. Вы даже не представляете, каким он был красивым.
– Вы правы… Не представляю, – скептически усмехнулась Вероника.
Генриетта открыла одну из дверей, за ней оказалась ванная комната. Вероника вошла в неё вслед за служанкой. Большая роскошная круглая ванна из нежно-розового мрамора стояла в центре комнаты на небольшом возвышении. Изысканная белая плитка покрывала пол. Стены были так же отделаны белой плиткой. На одной из стен находилось керамическое панно с изображением золотого дракона. Веронику поразило огромное окно в пол, из которого был виден ухоженный, утопающий в цветах сад. Генриетта тут же подошла к окну и опустила римскую штору из ткани цвета спелого персика.
– Зачем такое большое окно в ванне? – удивилась Вероника.
– Здесь планировали сделать зимний сад. Поставить стол, стулья, растения в горшках. Но потом передумали.
– Понятно.
Вероника подошла к наполняющейся водой ванне и опустила в неё кисть. Приятно тёплая вода успокаивала. Захотелось немедленно раздеться и смыть с себя поцелуи уродливого герцога.
– Я на пару минут вас оставлю. Принесу вам шампунь и мыло. К сожалению, кроме полотенец, я вам пока ничего не могу предложить. Но я немедленно попрошу одну из служанок приобрести для вас одежду на первый случай. Скажите, может, вы пожелаете что-нибудь ещё?
– Зубную щётку, зубную пасту и расчёску.
– Как прикажите, – присела в реверансе Генриетта.
В список пожеланий Веронике захотелось добавить яд для герцога, но служанка поспешила удалиться.
Как только служанка ушла, Вероника незамедлительно сняла с себя одежду. Она искала глазами хоть что-то, напоминающее стул, чтобы положить свои вещи. Но ничего не нашла. На невысокой табуретке рядом с ванной лежали полотенца, но скидывать их на пол совершенно не хотелось. Вероника не долго думая положила свою одежду на пол. Придерживаясь за край ванны, она медленно, наслаждаясь ощущениями, погрузилась в воду. Приятно тёплая вода ласкала кожу. Вероника закрыла глаза.
"Мама, наверное, уже сошла с ума. Ищет меня. А её дочь непонятно где. И непонятно кто. Подстилка для высокородного уголовника",– по щеке вновь покатилась слеза.
Вскоре дверь открылась, и в ванную комнату вошла Генриетта. Она несла перед собой прямоугольный серебряный поднос. Несмотря на отвратительное настроение, Вероника не смогла не обратить внимание на лежащие на нём красивый флакончик из зелёного стекла и коробочки из белого фарфора. Вероника присмотрелась. Одна коробочка оказалась прямоугольной формы с изображением морской раковины на крышке. Вторая – круглая с крышкой в виде ягодки, напоминающей ежевику. Помимо них на подносе лежали зубная щётка и деревянный гребень для волос.
– Я всё принесла. В бутылочке шампунь. Здесь мыло, зубной порошок. В общем, всё, о чём вы просили.
Генриетта ловко выдвинула у подноса крепления и повесила его на край ванны.
– Спасибо, – не могла скрыть удивления Вероника.
– Хорошего отдыха. Я подойду через час навести здесь порядок.
– Благодарю вас, – всё сильнее удивлялась Вероника.
"Похоже, мой уродливый любовник решил обхаживать меня как принцессу. Ничего у него не выйдет!"– усмехнулась девушка, глядя вслед уходящей Генриетте.
Вероника открыла зелёный флакончик. Его содержимым оказался приятно пахнущий мелиссой шампунь. В коробочках лежали кусок ароматного мыла и зубной порошок. Вероника тут же нанесла на голову шампунь. Запах мелиссы успокаивал. Ароматное мыло нежно касалось кожи. Забыв обо всём, она погрузилась в банные процедуры.
После ванны она замоталась в большое пушистое полотенце. Босые ноги приятно касались мягкого тёплого ковра. Вероника добралась до кровати и, аккуратно повесив полотенце на спинку стула, обнажённая прыгнула под одеяло. Шёлковое постельное бельё ласкало кожу. Голова утонула в мягкой подушке. Веронике казалось, что от всех вещей, находящихся в комнате, веет чистотой, заботой и любовью. От переизбытка впечатлений веки сами сомкнулись. В приятной неге Вероника задремала. Её разбудил звук открывающейся двери. На пороге стояли Генриетта и незнакомая Веронике служанка. Обе присели в реверансе.
– Добрый вечер, госпожа. Мы принесли ваш ужин и чистое бельё.
– Спасибо, – Вероника удивилась непривычному к ней обращению. Лежа в кровати, она наблюдала, как Генриетта красиво расставляет на прикроватном столике фарфоровые тарелки с едой. Тем временем вторая служанка раскладывала на кровати ночную сорочку из шёлка цвета шампань на тонких бретелях с лифом, отделанным нежным кружевом в тон ткани.
– С вашего позволения я уберу нижнее бельё, – почтительно присела вторая служанка и исчезла в гардеробной.
– Генриетта, простите за бестактный вопрос, но почему ко мне столько почтения? – любопытство одержало верх. В голове не укладывалось: если её подарили для забавы, как неодушевлённую мебель, зачем герцогу проявлять столько заботы о ней?
– Милорд распорядился проводить вас в покои, предназначенные для его будущей жены. И назвал вас своей девушкой.
– Вот как? – недовольно прикусила губу Вероника. Такой ответ она никак не ожидала услышать. В голове возникали жуткие картины, что ей придётся везде сопровождать ненавистного мужчину, держать его за руку, терпеть его присутствие.
– Мы не будем вам мешать. Через час я заберу посуду, – Генриетта и её спутница снова присели в реверансе и вышли из спальни, оставив Веронику в одиночестве.
Вероника с грустью взглянула на свой ужин. Красиво сервированный стол, дорогая посуда услаждали взор. Аромат еды не мог оставить равнодушным. Захотелось всё попробовать. Откусив кусочек нежного сыра, Вероника поняла, насколько голодна. Надев ночную сорочку и удобно устроившись на кровати рядом с накрытым столиком, она с аппетитом приступила к ужину.
Глава 14
После ужина в обществе любовниц Инвар ушёл в кабинет отца. Он долго сидел за столом, за которым ещё не так давно
