Читаем без скачивания Саманта - Юрий Яковлев

Маленький моряк покачал головой.

- Я хочу плавать во льдах, - наконец сказал он. - Это очень интересно, хотя опасно. Но человек должен покорить льды!

- А Соединенные Штаты ты не хочешь покорить? - прямодушно поинтересовалась Саманта.

- Зачем? - удивился Сережа. - Я мечтаю побывать в Америке... на реке Миссисипи, где жили два друга - Том и Гек.

- Ты знаешь про Тома и Гека? - удивилась Саманта.

- И еще мне нравится Бекки, - признался Сережа.

- Ваш президент написал мне, что я похожа на Бекки, - не удержалась, сообщила своему новому знакомому Саманта. И тут рядом послышался голос мамы:

- Сэми! Где ты пропадаешь? Мы с папой ищем тебя...

- Сейчас! Одну минуточку, - крикнула девочка маме и кинулась за уходящим строем.

Раз, два, левой! Левой! Левой!

- Я напишу тебе письмо, Саманта! - печатая шаг, пообещал Сережа. - Но я не знаю адреса.

- Манчестер. Штат Мэн. Соединенные Штаты. Запомнишь?

- А мой адрес проще, - зазвучало в ответ. - Ленинград. Крейсер "Аврора". Пришли мне фото!

- Пришлю! Мы еще встретимся!

Саманта остановилась, словно осталась на берегу, а корабль уплыл в море. Она смотрела вслед морякам и махала рукой, как машут на причале.

- Ни одна девочка в мире не может остаться равнодушной к шагающим под звуки оркестра морякам, - зазвучал рядом папин голос.

- Но при этом не надо терять голову, - заметила мама.

Музыка звучала все тише, тише и наконец растворилась в разноголосице большого города.

А фантазия девочки заработала, устремилась вперед, и перед ее глазами возник взрослый Сережа. Он был высокий, крепкий и, как все полярные капитаны, с большой бородой. Но при всей суровости облика глаза его остались прежние и голос не изменился: "Я хранил твое фото всю жизнь!" "Я же говорила, что мы еще встретимся".

Но мечте о новой встрече суждено было сбыться не через много лет, а в тот же день: Саманту и ее родителей пригласили на крейсер революции "Аврора".

Взрослые осматривали корабль, а Саманта краешком глаза все искала среди маленьких моряков своего знакомого Сережу.

Но вместо Сережи лицом к лицу столкнулась с Попрыгунчиком Полом.

- Хелло, Саманта!

- Хелло, мистер Пол! Вы снимаете торпедные аппараты?

Но Пол как бы не почувствовал насмешки в голосе девочки. Он широко улыбнулся:

- Я снимаю потрясающие кадры: американская девочка взяла в плен русский крейсер.

Саманта оглянулась и увидела, что корабль штурмуют фотографы и телевизионщики. Они примостились на торпедных аппаратах, надстройках, а один из них, рискуя упасть в воду, забрался на мачту.

Когда Саманта снова посмотрела на Пола, лицо его было серьезным.

- Нам надо поговорить, Сэми, - сказал он. - Я должен сообщить тебе нечто важное.

Но поговорить им не удалось. Саманта увидела Сережу и побежала к нему. Оркестр заиграл любимую мелодию из оперы "Порги и Бесс", и мальчик с девочкой закружились в танце.

Вкус черного хлеба

Саманта была обыкновенной девочкой. И отметки у нее были обыкновенные. Она так и говорила про свои отметки о б ы к н о в е н н ы е. И любила она играть в простые ребячьи игры. И конечно, рядом с ней была собака. Саманта была девочкой, и ее главные человеческие черты только начинали проявляться. А то, что она была фантазеркой - дети и должны быть фантазерами.

Фантазия может поднять человека в небо, из настоящего перенести в прошлое, а если поднатужиться, то и в будущее.

Но фантазия не может злого сделать добрым, скупого - щедрым, труса храбрецом. Вы даже не представляете себе, как многого не может фантазия!

Фантазия не забава. Это скорее труд.

И если Саманта представляла себе, как танк, разбив стекло телевизора, врывается в ее дом и оставляет на ковре грязные рубчатые следы, то это не просто игра фантазии.

Это было предвидением - так могло случиться, если кто-то развяжет войну. И девочка боролась, чтобы этого не случилось, искала правду в нашей стране. Правда не всегда лежит на поверхности, к ней надо прокладывать путь самой.

В Ленинграде Саманту постоянно окружали взрослые. Они приветливо улыбались ей, ласкали ее, старались сделать ей приятное. Порой девочке казалось, что она попала в страну родственников, где у нее полно любящих дядей, тетей, бабушек и дедушек. И все-таки Саманта чувствовала себя пленницей взрослых.

Своим радушием взрослые старались уберечь американскую девочку от того, что им самим довелось пережить в годы войны, оградить ее от своих страданий. Сами того не желая, они мешали Саманте пробиться к правде, за которой девочка приехала из-за океана. Но маленькая американка делала для себя все новые важные открытия.

"Люди здесь кажутся мне такими же, как наши соседи, - открывала Саманта. - Они похожи на нас больше, чем я думала".

Дома от Саманты ждали правды. А чтобы открыть правду, надо все пережить самой. Как врачи-ученые прививали себе чуму и холеру, чтобы лучше изучить эти страшные болезни.

И хотя страдания войны давно стали памятью, Саманта упрямо прокладывала к ним путь.

Правда приходит к человеку из сердец друзей.

К Саманте правда пришла из сердца Наташи.

Однажды Саманта сказала подруге:

- Наташа, ты можешь меня похитить?

- Как похитить? - удивилась девочка.

- Ну, не знаешь, что ли? Приходят люди в масках с пистолетами шестого калибра. Хватают тебя. И под угрозой заставляют написать письмо родителям: "Дорогие папа и мама, меня похитили. Не поскупитесь на выкуп".

- Но у меня нет маски, пистолета и мне не надо выкупа! - засмеялась подруга. - И не могу же я похитить собственную подругу!

- Но подруга просит тебя об этом.

- Тогда скажи, зачем тебе это понадобилось?

- Хочу отдохнуть от взрослых, - ответила Сэми. - Они все так усложняют, что ничего не поймешь. Словом, завтра в семь утра...

В это утро Саманта рано встала с постели. Привела себя в порядок. И стала ждать. Ровно в семь часов кто-то тихо поскребся в дверь. Саманта быстро вышла в коридор. Перед ней стояла Наташа - без маски, без пистолета, с расстроенным лицом.

- Что-нибудь случилось? - спросила Саманта.

- Гостиницу осадили корреспонденты. Они ждут тебя. Мы не сможем выйти.

Саманта задумалась. Но только на минуту. В следующее мгновение у нее уже возник свой план.

- Идем! - скомандовала она и зашагала по коридору в другую сторону.

- Ты куда? - удивилась Наташа.

- Кто кого похищает? - усмехнулась Саманта. - Идем! В каждой гостинице есть служебный выход.

И вот уже две подруги спускаются по черной лестнице, ведущей во двор. Снизу доносились громкие голоса и пахло кухней. Мимо девочек проходили люди в белых халатах и поварских колпаках. На всякий случай Саманта приветливо улыбалась им. Так девочки очутились во дворе.

Двор был узким и тесным. В нем стояли машины-фургоны, в каких развозят продукты.

- Раз есть машины, значит, есть ворота, - тихо шепнула подруге Саманта. - А теперь представь себе, что мы узники и совершаем побег из замка.

Наташа только улыбнулась в ответ.

Одна машина тронулась с места и медленно двинулась к воротам.

Две беглянки последовали за ней. Машина въехала в похожую на тоннель темную подворотню. Прижимаясь к стене тоннеля, девочки зашагали рядом. Створки ворот распахнулись, и тоннель сразу заполнился светом.

Пока пожилой вахтер проверял у шофера документы, девочки протиснулись к выходу.

И вот желанная свобода!

Девочки выбежали на улицу и оглянулись. У входа в гостиницу, направив на дверь-вертушку объективы, стояли репортеры и операторы. Осада гостиницы "Европейская" продолжалась.

- Вот я тебя похитила. Что будем делать? - спросила Наташа, шагая рядом с подругой.

- Ты не знаешь, почему взрослые скрывают от меня правду о войне?

- Жалеют тебя, наверное, - простодушно ответила Наташа.

- Я слышала, у вас была блокада. Но я не представляю себе, что это такое... блокада.

Наташа внимательно посмотрела на подругу.

- Ты же побывала на стороне, "особенно опасной при артобстреле".

- Разве блокада - это только опасная сторона?

- Это, когда опасная... вся жизнь, - задумчиво сказала Наташа. - Я не пережила блокаду, но все мои близкие, весь мой город...

Некоторое время подруги молча стояли перед домом с кариатидами. Потом Наташа крепко сжала руку подруги и решительно сказала:

- Идем.

И они пошли в далекое - в чужое далекое, как в свое.

Очень трудно заставить машину времени завертеть колесо в обратном направлении. Очень трудно из настоящего шагнуть в прошлое - все пути в минувший день кажутся перекрытыми. Но преграды не должны останавливать тех, кто полон решимости.

Ступенька за ступенькой Наташа вела свою подругу в годы войны.

- Этот дом был ранен на войне. Но выжил... - говорила она, словно была очевидцем далеких событий. - И соседний дом был на войне. И вся эта улица... и весь город был на войне. Не сдался в плен. Выстоял.

- Покажи мне хоть один осколочек войны, - вдруг попросила подругу Саманта, - чтобы легче было поверить.