Слишком взволнованная, чтобы продолжать, она знаком приказала Питу ехать дальше. Когда он остановился перед переходом, они смотрели, как сестра перевозит через улицу свою парализованную пациентку. Молодая девушка в коляске улыбалась тому, что говорила ей женщина.
— Смотри хорошенько, Адам. Ты очень на нее похож. Но между вами есть и огромная разница. Она улыбается, а не злится. И ее болезнь неизлечима. — Лила жестом обвела весь комплекс. — Да, именно так. Все, кто находится здесь, никогда не расстанутся с инвалидной коляской. Но они рады даже такой возможности двигаться.
Она яростно провела кулаком по лицу, вытирая непрошеные слезы.
— Как ты смеешь… Как ты смеешь так вести себя, когда у тебя есть реальный шанс снова ходить, жить нормальной жизнью, а им этого не дано? — Лила дрожала от негодования. Глядя в глаза Адаму, она сдавленно произнесла:
— А теперь отвези нас домой, Пит.
За обратную дорогу никто не проронил ни слова.
На следующее утро Лила дала Адаму время позавтракать и побриться и только потом вошла в его спальню. Накануне вечером она отвезла его в комнату, при помощи Пита переложила в кровать и ушла, не сказав ни слова. Хотя это было нарушением профессиональной этики, она ни на секунду не задумалась перед тем, как отвезти Адама Кавано в реабилитационный центр. Он заслужил такую шоковую терапию. Ей не следовало оставлять его одного на всю ночь, но Лила именно так и поступила. Девушка боялась, что если хоть пальцем дотронется до Адама, то в следующую секунду схватит его руками за горло и задушит.
И вот теперь она остановилась на пороге его спальни, не зная, что ее ожидает на этот раз. Но, увидев ее, Кавано не запустил в нее кофейной чашкой, а аккуратно поставил ее на столик возле кровати и поздоровался:
— Доброе утро.
— Доброе утро, — ответила Лила. — Ты хорошо спал?
— Часа в три утра у меня были судороги.
— Мне жаль. Тебе следовало меня позвать.
Он пожал плечами:
— Я воспользовался трапецией, чтобы переменить положение тела. Все обошлось.
— Было больно?
— Очень напоминало разрыв мышц.
— Судороги были в икрах?
— В основном в задней части бедра.
— Тебе надо было принять болеутоляющее.
— Я выжил и без него. — Адам взглянул вниз, где простыня натянулась на его ступнях. Лила мудро решила дать ему возможность самому вести разговор. После короткого молчания он поднял на нее глаза и сказал:
— Почему ты вчера не дала мне хорошего пинка?
— Это когда весь зад у тебя в пролежнях? Ты точно принимаешь меня за монстра.
Уголки его рта изогнулись в подобие улыбки, но глаза оставались серьезными.
— Я вел себя как настоящая свинья.
— Ты не дождешься от меня возражений.
— Откуда… — он откашлялся, — откуда ты узнала об этом центре?
— Мне говорил о нем доктор Арно. Он предложил мне поработать там в свободное время. Там всегда нужны добровольцы, и их всегда не хватает.
— Я владею этим домом многие годы, но я даже не подозревал о существовании этого центра, — заметил Адам и отвернулся к окну.
Лила поняла, что ее пациент оказался во власти меланхолии. Визитом в центр она добилась того, чего хотела, но не следовало перегибать палку. Депрессия ее подопечному была совершенно ни к чему.
— Я тебе приготовила вчера не слишком приятный сюрприз, — заговорила она. — Но если ты меня за это простишь, то я прощу тебе то, что ты вел себя как настоящая свинья, договорились? И потом, если бы ты вел себя иначе, я решила бы, что с тобой не все в порядке. Все пациенты, особенно молодые спортивные мужчины, всегда проходят эту стадию.
— Потому что они боятся, что им никогда больше не переспать с женщиной.
— В первую очередь поэтому, — рассмеялась Лила.
— Но ведь у них есть серьезные основания для тревоги, разве не так?
— Так, — после некоторого колебания ответила Лила, — но сегодня тебе не следует об этом думать. Сейчас ты должен думать о том, как сам пересядешь с кровати в инвалидное кресло.
— Это невозможно. — Адам обреченно покачал головой. — Я никогда не смогу этого сделать.
— Разумеется, сможешь. Пройдет совсем немного времени, и ты будешь разгуливать по дому в свое удовольствие. К счастью, при строительстве дома не забыли о лифте.
— Откуда ты вообще о нем узнала? Предполагается, что это секрет. Тебе Пит рассказал?
— Нет, я сама его нашла, когда шныряла вчера по дому.
— А что еще ты нашла?
— Твои запасы бренди и коллекцию порнографических фильмов.
— Бренди пробовала?
— Конечно. Пару глотков.
— Понравилось?
— Восхитительное.
— Фильмы посмотрела?
— Отвратительное, возмутительное и отталкивающее зрелище.
— Это ты хватила через край!
— Но не оторваться.
Адам подмигнул Лиле:
— И сколько же фильмов ты посмотрела, прежде чем решила, что они отвратительные, возмутительные и отталкивающие?
— Четыре.
Он рассмеялся. Защищаясь, Лила сказала:
— Надо было хоть чем-то заняться. Я не могла уснуть.
— Почему?
— Потому что я знала, что мой пациент станет всячески отвлекать меня от работы, только чтобы не работать самому и не пытаться пересесть с кровати в коляску. Я старалась что-нибудь придумать, чтобы этого избежать.
— Ну и как, тебе удалось?
— Судя по всему, нет.
Теперь они засмеялись вместе, и оба с удивлением поняли, что за этим разговором совсем неплохо провели время.
Лила постаралась придать себе серьезный вид.
— Ладно, сейчас я превращусь в надсмотрщика, сурового и беспощадного. — Адам заворчал. — Давай садись как только можешь прямо.
— Даже в коляске я не смогу никуда поехать.
— Пит сейчас внизу с плотником. Он сделает настилы на все порожки в доме, во всех комнатах, и ты сможешь ездить по всем комнатам.
— Ничего себе, — дурачась, присвистнул Адам.
— Ты этого хочешь или нет? — Лила стояла перед ним, уперев руки в бока, футболка натянулась на высокой груди.
Адам незамедлительно оценил ее вид:
— Мне нравится, когда ты вот так скандалишь.
— Это еще что! Тебе следовало бы посмотреть на меня, когда я по-настоящему разогреюсь.
Его глаза широко распахнулись от удивления, потом он прикрыл веки и мечтательно произнес:
— Я не против.
— Я в этом уверена, — пропела Лила, улыбаясь ему многообещающей улыбкой, которую она быстро погасила. — Но только не сегодня.
— Тогда тебе следует быть поосторожнее.
— Поосторожнее?
— Я вижу твои соски.
У Лилы свело желудок, но она попыталась не показать вида.
