Я резко подскочил на ноги, исполняя его волю лишь для того, чтобы тут же растянуться на полу от мастерски исполненной подсечки рукой моего учителя.
— Вставай, Ули Ри. — Ни один мускул не дрогнул на его лице.
Скрипнув зубами, я тут же подскочил, попытавшись отскочить от этого юмориста, но куда там, стальная ладонь изловила в воздухе мою щиколотку, заворачивая ее под болезненным углом и вновь укладывая меня на пол.
— Вставай, Ули Ри. — Желтокожий удав гипнотизировал меня, словно кролика, требуя невыполнимого.
Вставай, Ули Ри.
Вставай, Ули Ри.
Вставай, Ули Ри.
Как же я его ненавижу! Меня просто разрывает и трясет от одного только воспоминания о нем! Это мелкое чудовище доводит меня до истерики! Я боюсь в своем доме даже в туалет сходить, потому что в любой момент земля может выскользнуть из-под ног, а надо мной совершенно невозмутимо прозвучит сакраментальное: «Вставай, Ули Ри».
Сенька Ло устроил настоящую охоту на меня. У меня уже через две недели начал нервно дергаться глаз и трястись руки. После утренних занятий он вроде как отпускал меня до вечерних упражнений в очередных гимнастических танцах, при всем при этом периодически выскакивая из ниоткуда и упирая меня головой в пол. Вот ну совершенно без предупреждений и каких-либо намеков. Эта ниндзя втыкала меня башкой в кафель ванной комнаты, в навоз конюшни, дважды за это время я чуть не сгорел в камине нашего зала, чудом успев растопырить в полете руки! А уж сколько раз я своей спиной и задницей пересчитал ступеньки всех трех лестниц в усадьбе, я даже не берусь сосчитать. Но самое поганое, я не мог его послать. Просто не мог! Он нужен был мне! По прошествии времени с той первой глобальной дуэли Сенька Ло записал на свой счет еще пять десятков боев! М-да уж, палка о двух концах. Если еще первые дуэли были в защиту моей чести, то теперь к нам подходили исключительно из желания скрестить оружие со столь выдающимся бойцом. Маститые и самые известные школы мечников и других помахателей смертельным железом стали отряжать к нам гонцов в лице своих лучших учеников и воинов, которые делали что? Правильно, приходили и крутили свои толстые дули мне под нос, чтобы им бросил вызов мой непревзойденный мастер боевых искусств. Это стальные нервы надо иметь, чтобы вынести все это безобразие.
Ох и тяжело мне пришлось.
Одна радость, меня не забывала проведывать в моей истерии Ромашка.
— Ульрих, ты почему лежишь посреди зала на полу? — В один из дней она застала меня за писаниной моих работ по Маку, которые я теперь исполнял исключительно в лежачем положении, дабы не впечататься головой в стол.
— Господина Ло не видела по пути случайно? — Я затравленно огляделся по сторонам.
— Да, он во дворе беседовал с графом. — Она с интересом просматривала мои блок-схемы будущего амулета. — А что?
— Да так, ничего. — Я с удовольствием позволил себе встать на свои ноги, так соскучившиеся по ходьбе. — Как ваши дела, юная леди? Чем коротаете время в эти мрачные серые дни?
Она жила у дядюшки, особых каких-то обязанностей на нее не навешивали, посему девушка по большей части либо освежала в памяти уроки магии, либо же банально скучала, провожая взглядом капельки дождя, бегущие по окну ее комнаты. Мы все чаще и чаще встречались, в основном она приезжала ко мне, либо же мы выбирали для наших рандеву какой-либо из городских ресторанчиков. Я ей казался милым и забавным. Мне она казалась родной и теплой.
Не буду лукавить, мне не хватает такого общения. Милого, спокойного, без того чтобы меня втыкали в пол. Без делового налета и какой-то выгоды, мне до жути было просто по-человечески приятно видеть улыбку этой милой прелестницы, не ждущей от меня ничего, не смотрящей мне в рот, не оглядывающейся на мое прошлое, хоть она и знала, что произошло и что именно заставило меня покинуть мои земли.
Я рассказывал ей об этом, не ища в ней понимания или же осуждения, мне просто, как бы это глупо ни звучало, нужно было хоть с кем-то поделиться своими мыслями и той остаточной болью, что все еще налетом сажи покрывала мою душу.
Ромка молодец, доподлинно не скажу, что именно всколыхнуло в ее душе мое прошлое, так как она промолчала. И спасибо ей за это. Все умудрились что-то сказать, как-то повести себя по отношению ко мне, и лишь она промолчала, не берясь судить, а оставляя мне мое и принимая меня со всеми моими тараканами. Это дорогого стоит, поверьте.
Милые прогулки под дождем, теплая рука в моей ладони, мягкая и такая обезоруживающая улыбка, это все, что мне нужно было от нее, и это все я получал с лихвой от нее и совсем даром.
— Ой, Ульрих, что-то совсем я засиделась дома! — Она сверкнула в мою сторону изумрудами своих глаз. — Не изволите ли, барон, прогулять юную леди по городу?
— Отчего же? — Я улыбнулся. — Изволю! Еще как изволю!
Время примерно пара часов до полудня, господин Ло закончил утреннюю экзекуцию, и до вечера я был свободен, так что, почему бы и не прогуляться с милой барышней, пусть и не в самую прекрасную погоду, не по самому прекрасному городу, виденному мной когда-либо?
Со сборами не затягивал, лишь на смену прихватил с собой пару плащей, если те, что на нас, вымокнут до нитки. Правда, пока ждали слугу, выводящего возок для нас да запрягающего лошадку, я успел растянуться под испуганным взглядом Ромки на спине, высоко задрав ноги над головой.
— Вставай, Ули Ри, — совершенно буднично произнес лысый злыдень, тут же скрываясь от нас где-то в доме.
— Это что было? — Девочка, широко раскрыв глаза, смотрела то на меня, валявшегося на спине, то на скрывшегося из вида монаха.
— Да так… — Я поморщился, потирая ушибленный бок. — Не обращай внимания, это некоторые аспекты обучения имперцев Мао. Ты… это… Глянь, ушел этот яйцеголовый?
— Э-м-м… — Она огляделась. — Вроде да.
— Ты хорошо посмотри! — У меня задергался глаз. — Он хитрый, может притаиться за углом!
Девушка, офигевая тихо от подобных речей, не поленилась заглянуть за угол, подавая мне знак, что все в порядке, никого нет, лишь после этого я, как подстреленный заяц, позволил себе взметнуться с земли и на всех парах влететь внутрь нашего возка.
— Давай быстрей забирайся внутрь, пока он не вернулся! — Я дико махал рукой, зовя ее, и шипел громким шепотом. — Быстрей-быстрей! Еще не хватало, чтобы он за нами увязался и подобные номера прилюдно стал исполнять!
Она заскочила внутрь, и слуга шлепнул лошадок мокрыми вожжами по спине, правя малым ходом наш лимузин прочь от усадьбы. Уже немного отъехав, я высунул голову из-под полога, оглядываясь и с непередаваемой радостью в сердце наблюдая за маленькой фигуркой монаха, стоящего под дождем и явно не успевающего нас догнать. Захотелось показать ему кукиш, но сдержался, негоже скатываться мне до таких ребячеств, лучше уж в следующий раз я ему средний палец выставлю или сразу голый зад из амбразуры своей повозки.
Выехав из загородного поселка, мы резво проделали остаток пути до ворот, где довольно быстро миновали очередь из желающих попасть в город. Нам как аристократам было положено без очереди.
Первые три кольца мы даже не выглядывали из-за полога, чтобы не цеплять взглядом то убожество, в котором тут прозябали люди. Это было печально, но я не борец за всеобщее благосостояние человечества, мне бы свое место не потерять под солнцем, а уж потом о других можно побеспокоиться.
— Ульрих, скажи, тебе как барону позволяется бывать в первом кольце? — как-то смущенно спросила она.
— Ну да. — Я посмотрел на нее. — А что?
— Мы с тобой уже практически весь город обошли. — Она отвела взгляд. — Почти везде побывали и лишь центра столицы так и не увидели. Меня как иностранку, пусть и с титулом, дальше пятого круга не пускают, не мог бы ты оказать мне любезность и проводить к дворцу, хотя бы одним глазком взглянуть на него?
Я задумался, в принципе ничего невыполнимого она не просила, но я не любил появляться в тех краях, просто переполненных чванливой знатью. Пусть даже сейчас истерия с моей персоной немного спала, притупившись об зубодробительную мотивацию посоха монаха, однако найдутся, наверняка еще найдутся господа, желающие отведать баронской крови. М-да, как назло я еще и сбежал от Ло, моего маленького, но незаменимого помощника в решении этих щекотливых вопросов.
