торговом центре рядом со своим домом. И ее дедушка, и его прадедушка были лауреатами Сталинской премии.
Все это вместе почему-то вызывало у нее горькую иронию, точно он и она были несчастными осколками империи, к которой никогда не хотели принадлежать, и при этом людьми, явно не способными к таким большим достижениям. Зачем родилась она? Зачем родился он? Как будто распад был заложен и в нее, и в него еще при зачатии.
Он говорит ей:
– Я хочу купить первое издание «Доктора Живаго», если снова заработаю много денег.
Она отвечает ему:
– Итальянское.
Он кивает.
«Доктор Живаго» – единственное, о чем они говорили долго после всего, после общих знакомых и политических заключенных; все это быстро становилось фоном, а этот роман странным образом сближал их.
Странно, что они оба любят этот роман, она как истеричка, он как наблюдатель. Вечный снег и вечная дача. Она хорошо помнила, как с температурой читала фрагменты про дачу и плакала.
И после каждый из них проваливался в свое страдание: он мучился оттого, что не выходит уехать, она – из-за смерти собаки и из-за того, что разлюбила человека, с которым у нее была многолетняя связь, любовь для нее не подтвердила себя, и осталась пустота. Посреди ■■■■■.
Ей очень нравилось его тело; когда он одевался, ей всегда становилось грустно, и между ними наступала обоюдная пустота. Ей не хотелось с ним говорить, ей вообще ни с кем не хотелось говорить уже несколько месяцев. Она отупела от боли. Боль устроена так, что вначале она шокирует тебя своей силой, а потом ты тупеешь от нее. Как и от постоянного чувства вины.
Последние месяцы любую попытку приблизиться к себе она воспринимала как насилие. Хотя ей хотелось, чтобы он стал Живаго, а она Ларой, и чтобы была глубокая зима, чистая и совершенная. Безгрешная. И в их связи было что-то еще, кроме порнографичности и изгнанности, вынужденного самоустранения из окружающего пространства. Но он и она были поломанными, уже не способными давать тепло. Она бы скорее разделась перед незнакомым человеком, чем заговорила с ним. Разговор виделся ей крайне мучительной формой коммуникации и требовал слишком много усилий, а любые усилия для сломанного человека почти невыносимая вещь. Ей нравилось только смотреть в точку, заниматься сексом, часами лежать в теплой воде в ванне. И не нравилось разговаривать. Совсем.
И вот она выходит от него, идет через зимний двор к такси, и редкий снег ложится легко и страшно, как в детстве. Водителем неожиданно оказывается глухонемая девушка, они улыбаются друг другу и два раза за время поездки сквозь зимний черный город пишут друг другу уточняющие записки.
А потом длинные каникулы, его статья в «Новой газете», ее попытки закончить книгу, тщетность всех усилий. И вот снегопад, ему нет конца, бесконечные крупные белые снежинки; кажется, что они правда метут во все пределы, такой снег мог бы укрывать дачу для Лары и Живаго, но не ее – все это далеко от нее и посреди ■■■■■, и посреди той пустоты, что все ближе подступает к ней.
Она заходит в ванную, включает горячую воду, а через двадцать минут эта вода становится красной, и, закрывая глаза, прежде чем исчезнуть, она видит: март за два года до ■■■■■, она и ее бывший возлюбленный, и она еще бесконечно любит его; он спрашивает ее, чтобы она сделала, если бы они не смогли увидеться, и она отвечает:
– Покончила бы с собой.
Он снова спрашивает ее:
– Как?
И она говорит:
– Я бы вскрыла вены.
И он гладит ее руку, пальцы, между ними та самая хрупкая нежность, которая бывает только вначале.
А потом она видит еще безмятежный июль, солнце, ее собака входит в комнату и зовет ее гулять, и она гладит ее, зарывается лицом в ее рыжую шерсть. И не слышно ни дронов, ни бомбежек. Только тишина.
Сноски
1
Facebook принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской организацией, деятельность ее сервисов на территории РФ запрещена.
2
Facebook принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской организацией, деятельность ее сервисов на территории РФ запрещена.
3
Facebook принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской организацией, деятельность ее сервисов на территории РФ запрещена.
4
Facebook принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской организацией, деятельность ее сервисов на территории РФ запрещена.
5
Минюст РФ считает Линор Горалик иноагентом.
6
Facebook принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской организацией, деятельность ее сервисов на территории РФ запрещена.
