на отдыхе, и вот вернулась. Мы с ней так давно не виделись. Ну пожа-алуйста, — упрашивала Настя.
— А ее родители против не будут?
— Нет, она у них уже спросила!
Черт, как же больно…
— А уроки ты сделала?
— Завтра же суббота.
Уже суббота. Мне казалось, что время куда-то неумолимо летит, не давая мне шанса на передышки.
— Ла-адно, — сдалась я.
Сестра вернулась на диван досматривать мультик, а вот Дима зачем-то встал. Он подошел к фильтру, чтобы налить себе воды, и заметил, чем я занимаюсь. Я как раз собирала таблетки в аптечку, чтобы поставить ее на место.
— Тебе плохо? — тихо поинтересовался он, блеснув на меня глазами.
Я отрицательно покачала головой.
Черт возьми, мне не то что было плохо. Мне казалось, что из меня вылезет Чужой.
Он хотел продолжить диалог и даже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать мне, но я повернулась и пошла в комнату, дабы найти свой телефон. На это ушло минут пятнадцать, пока я не обнаружила его в дебрях пододеяльника. Входная дверь хлопнула, и я поняла, что Настя вместе со своим новоиспеченным другом покинули квартиру.
— Оль… Оль, привези, пожалуйста, обезболивающее, — взмолилась я, набрав ее номер. — Мне так хреново, Оль.
— Месячные? — спросила она, чтобы убедиться в очевидном. — Черт, Лебедева! Ты опять половину зимы в короткой куртёнке прошлялась?! — начала она причитать.
Я еле-еле вышла из комнаты, слушая нотации от нее.
— Ну прости, не могу я сейчас. Я же на работе. — Она извинялась еще довольно долго.
— Ладно. Ничего. — Я положила трубку.
В квартире было темно, поэтому пришлось включить свет. Щелкнув выключателем, я чуть не закричала от неожиданности.
— Ты еще здесь что ли?!
— Обманщица. — Дима проигнорировал мой вопрос. — Тебе ведь плохо.
— Нормально мне. Настя уже ушла?
Он кивнул, а я подошла к плитке, чтобы поставить чайник. Нужно было собираться на работу, правда я не знала, как буду работать в таком состоянии. Боль словно распространилась по всему телу. Она будто ела меня изнутри. Хотелось просто лечь под одеяло и не шевелиться вообще. Как я ни пыталась подавлять ее, мне это не удавалось. В один момент я пошатнулась и чуть не упала. Дима, стоявший неподалеку, подлетел ко мне и поддержал за талию, чтобы я не продолжила свое падение.
— Чё-ёрт, — заныла я, садясь прямо на пол возле плиты и держась за живот.
— Да что с тобой? — Он присел на корточки передо мной.
На его лице отразилось недоумение и обеспокоенность. Он переводил взгляд от одного моего глаза к другому.
— Может, скорую?
— Может, я сама разберусь, что мне делать? — сказала я, и тут же мое лицо исказила гримаса боли.
— Какая же ты упрямая, — недовольно сказал он, поднимаясь на ноги. — Все, я вызываю скорую. Вдруг у тебя аппендицит.
— Нет… — Я продолжала сидеть на полу. — У меня такое бывает. Это просто месячные… — Я потупила взгляд от неловкости.
Не особо приятно было обсуждать это с малознакомым человеком.
— И ты в таком состоянии куда-то собираешься? — Дима нахмурился, смотря на меня сверху вниз.
— У меня сегодня смена в клубе. Я не могу не прийти.
Он взял телефон, брошенный на столешницу мною еще пару минут назад, и протянул его мне.
— Звони и говори, что не можешь.
Я взяла телефон и с огромным трудом поднялась на ноги.
— Да не буду я звонить!
— Ты реально упрямая, как баран! — Он отобрал у меня телефон. — Тогда я сам позвоню.
— Да ты даже понятия не имеешь, кому. — Я усмехнулась, но тут же почувствовала новую волну боли.
— Слушай, ты мазохистка?
— Почему?
— Да потому что только они могут работать в таком состоянии. — Он был непреклонен.
В тот момент я увидела в нем то, чего раньше не замечала. Какую-то силу что ли… Казалось, у человека действительно есть стержень.
— Да позвоню я. — Пришлось вырвать телефон у него из рук.
Чайник закипел, и, пока я искала нужный контакт, Дима достал пакетик чая и заварил мне его. Капец, он уже знал, где у нас чай лежит. Сложилось ощущение, что это я у него в гостях, а не он у меня.
— Звони уже. — Он бросил на меня недовольный взгляд.
Я тяжело вздохнула и приложила телефон к уху.
— Алло, — послышался знакомый мужской голос.
— Жень, можешь сегодня за меня смену в клубе отработать? Очень тебя прошу. — Я надеялась, что он согласится.
— Да я же уже год за бармена не выходил, ты че?
— Мне так плохо, Жень. Пожалуйста, — попросила я жалобным голосом.
— Э-эх, ну что ж с тобой делать, Лебедева? Должна будешь.
— Проси все, что угодно. — Мой голос все равно звучал как-то болезненно, хотя я и была безмерно рада.
— Тогда позвони админу и кидай адрес. Жертвую прекрасной ночью из-за тебя, Лебедева.
— Спасибо большое, Жень.
Я сделала еще один звонок, чтобы предупредить администратора, а Дима просто стоял и наблюдал за всем этим.
Чертова боль не отступала и я, глотнув чаю, бросила взгляд на парня.
— Ну все. Видишь, я остаюсь дома. Можешь идти, — сказала я сухо.
— У меня такое чувство, что ты боишься оставаться со мной наедине.
Я приподняла бровь.
— Неужели?
И тут боль охватила меня целиком, да так, что я чуть кружку из рук не выронила.
— Сука. Да за что мне это? — Я снова сползла на пол, схватившись за живот. — Как будто репетиция родов.
— Эй-эй, успокойся, — сказал он, наклоняясь ко мне.
Затем он сделал то, чего я никак не ожидала. Он подхватил меня на руки и понес в комнату.
— Да поставь меня. Мне нормально. — Я могла сопротивляться только словесно, ибо шевелиться боялась.
— Ага, я вижу.
Он уложил меня на кровать и накрыл одеялом.
— Чем тебе помочь?
— Вон там, на столе, бутылочка воды. Набери в нее горячую и принеси мне, пожалуйста. — Я уже смирилась с тем, что придется принимать помощь именно от него.
Когда он сделал это, я положила бутылку на живот в надежде, что это поможет.
— Лежи и не вставай. Пойду в аптеку схожу.
Он принес мне телефон с кухни, чтоб не было скучно, и покинул квартиру.
Я долго лежала, пока боль немного не отступила. Мне хотелось думать, что обо мне действительно хочет кто-то заботиться, но я понимала, что так вряд ли будет всегда. Если честно, хотелось всегда сидеть дома по вечерам, а не собираться на эту работу.
POV Дима
Я позвонил Юле и спросил, какие таблетки лучше. Она проконсультировала меня по этому поводу, после чего немного постебала и положила трубку.
Юля в это
