К противостоянию Холмса и профессора Мориарти Дойл вернулся в романе «Долина страха». По времени действия это предыстория «Последнего дела Холмса», хотя сюжетно с рассказом роман никак не связан. Традиционное развитие действия в первой части (убийство в замке, сомнительные улики, таинственная метка на руке жертвы) приводит к неожиданной развязке, которую можно объяснить тем, что на арену детективной литературы в это время вышли американские сыщики. В литературной реальности они — знаменитый англичанин и лихие янки — не могли не встретиться. И вторая часть романа — это созданный в духе американского уже крутого детектива сюжет о борьбе заокеанской полиции с тамошними вожаками организованной преступности, членами масонской ложи. Именно в это дело оказался вовлечен Холмс, наживая себе смертельного врага в лице главы международной мафии — профессора Мориарти. Не вдаваясь в спор о правомерности дойловской трактовки масонства и принципов деятельности мафии, следует отметить, что перед читателем все же не документальное свидетельство, а фантазия художника, использовавшего популярные сюжеты современной жизни в своих целях.
Попытки привлечь читателя популярными темами видны во многих поздних рассказах о Шерлоке Холмсе. Это и отзвуки англо-бурской войны («Побелевший воин» — кстати, единственный рассказ, в котором Холмс выступает в качестве рассказчика), и вошедший в расцвет мистицизм («Вампир в Суссексе»), и проблема омоложения человека («Человек на четвереньках»).
Нельзя не отметить и явную перекличку с крутым детективом, например, в рассказе «Конец Чарльза Огастеса Мильвертона», где Холмс и Уотсон откровенно нарушают закон и даже прикрывают убийцу, ибо, по мнению Холмса, «есть преступления, на которые не распространяется закон. Личная месть иногда бывает справедливой». Впрочем, это уникальный в своем роде случай из их практики.
В поздних рассказах нередки ситуации, когда Холмсу и Уотсону достаточно, условно говоря, оказаться «в нужном месте в нужное время», чтобы великий сыщик благодаря своему авторитету просто получил необходимые сведения от лиц, по разным причинам предпочитавшим скрывать их ранее от полиции и окружающих («Дама под вуалью», «Происшествие на вилле „Три конька“»). Это, конечно, заметно ослабляет интригу.
Любопытно отметить другое: от литературных упражнений в логике расследования преступлений Дойл в 1900–1910 гг. перешел к практическому применению своих способностей: известно два случая, когда он включался в борьбу за оправдание невинно осужденных британским судом людей и оба раза сумел доказать свою правоту.
В 1914 г. разразилась первая мировая война, и писатель вновь обратился к публицистике; к 1920 г. из-под его пера вышло шесть томов истории боевых действий британской армии; в войне он потерял многих своих родственников, в том числе и сына. Биографы склонны связывать с этими событиями активно проявившуюся страсть Дойла к спиритизму. «Не могу делать ничего иного. К этому меня ведет вся моя жизнь, — писал он. — Это величайшая в мире ценность». Многочисленные лекции по спиритизму, статьи, двухтомная «История спиритизма» — тоже своего рода детективный сюжет в биографии писателя.
Все страницы жизни и творчества сэра Артура Конан Дойла имеют свою ценность. Но нельзя не признать, что мировую известность принес ему только Шерлок Холмс. Четыре романа и 56 рассказов «холмсиады» содержат в себе зерна множества более поздних детективных произведений писателей разных стран; образы Холмса и Уотсона послужили толчком к созданию многих запоминающихся персонажей. Лихие сыщики, днем и ночью преследующие бандитов, и серьезные аналитики, просчитывающие в кабинетах хитроумные ходы преступников, могли бы, пожалуй, сказать: «Все мы вышли из квартиры на Бейкер-стрит».
Издания произведений А. К. Дойла
Собрание сочинений: В 8 т./Пер. с англ, под ред. К. Чуковского. — М.: Худож. лит., 1966–1967.
T. 1.— Этюд в багровых тонах. Знак четырех. Приключения Шерлока Холмса (Скандал в Богемии. Союз рыжих. Установление личности. Тайна Боскомской долины. Пять апельсиновых зернышек. Человек с рассеченной губой. Голубой карбункул. Пестрая лента. Палец инженера. Знатный холостяк. Берилловая диадема. «Медные буки»).
Т. 2.— Записки о Шерлоке Холмсе (Серебряный. Желтое лицо. Приключение клерка. «Глория Скотт». Обряд дома Месгрейвов. Рейгетские сквайры. Горбун. Постоянный пациент. Случай с переводчиком. Морской договор. Последнее дело Холмса). Возвращение Шерлока Холмса (Пустой дом. Подрядчик из Норвуда. Пляшущие человечки. Одинокая велосипедистка. Случай в интернате. Черный Питер. Конец Чарльза Огастеса Мильвертона. Шесть Наполеонов. Три студента. Пенсне в золотой оправе. Пропавший регбист. Убийство в Эбби-Грейндж. Второе пятно).
Т. 3.— Собака Баскервилей. Его прощальный поклон (В сиреневой сторожке. Картонная коробка. Алое кольцо. Чертежи Брюса-Партингтона. Шерлок Холмс при смерти. Исчезновение леди Френсис Карфэкс. Дьяволова нога. Его прощальный поклон). Архив Шерлока Холмса (Камень Мазарини. Вампир в Суссексе. Три Гарридеба. Человек на четвереньках. Львиная грива. Москательщик на покое).
Рассказы из «Архива Шерлока Холмса», не вошедшие в Собрание сочинений
Дама под вуалью/Пер. А. Башкировой и А. Шарова//Огонек. — 1986.— № 40; пер. также под назв.: Дело необычной квартирантки/Пер. В. Ильина//Звезда Востока. — 1987.— № 2.
Загадка Торского моста/Пер. А. Бершадского//Вокруг света. — 1967.— № 8.
Побелевший воин/Пер. Т. Левич//Наука и жизнь. — 1965.— № 8.
Происшествие на вилле «Три конька»/Пер. В. Ильина//Звезда Востока. — 1987.— № 2.
Ставка светского льва/Пер. А. Шарова//Дон. — 1986.— № 4; пер. также под назв.: Приключение в старом Шоскоме/Пер. А. Левенко// Уральский следопыт. — 1986.— № 9; Загадка поместья Шоскомб/Пер. В. Ильина//Звезда Востока. — 1987.— № 2.
Романы, не вошедшие в Собрание сочинений
Долина страха/Пер. А. Биргера//Смена. — 1986.— № 8–11; пер. также под назв.: Долина ужаса/Пер. А. Наумова//Звезда Востока. — 1966.— № 2–7.
Тайна Клумбера/Пер. В. Штенгеля//Звезда Востока. — 1968.— № 8–10.
Сборники произведений
Записки о Шерлоке Холмсе/Пер. с англ, под ред. К. Чуковского. — М.: Дет. лит., 1956.— (Б-ка приключ. Т. 5); Алма-Ата, 1969; Ташкент, 1974; Кишинев, 1977; Душанбе, 1978; 1979; М.: Дет. лит., 1978; 1979.— (Б-ка приключ. и науч. фантаст.); Ставрополь, 1978; Ленинград, 1980.— (Б-ка приключ. и науч. фантаст.); Хабаровск, 1980; Красноярск, 1981; М.: Машиностроение, 1981.— (Б-ка приключ. Т. 5); М.: Правда, 1983; Ашхабад, 1984; Казань, 1984; Л.: Дет. лит., 1984.— (Б-ка приключ. и науч. фантаст.); Минск: Вышэйш. шк., 1984; Мастац. лит., 1984; Нар. асвета, 1984; Полымя, 1984; Фрунзе, 1984; М.: Правда, 1986; Устинов, 1987.
Знак четырех. — М.: Худож. лит., 1975; 1981.
Из записок о Шерлоке Холмсе. — М., 1987.
Камень Мазарини. — Ярославль, 1989.
Красным по белому; Рассказы о Шерлоке Холмсе. — М.: Дет. лит., 1968.— (Б-ка приключ. Т. 14); Ташкент, 1986.
Приключения Шерлока Холмса. — М., 1988; 1989.
Рассказы. — Пермь, 1980; 1982; М., 1982; Томск, 1988.
Рассказы из цикла «Приключения Шерлока Холмса». — Пермь, 1979.
Собака Баскервилей. — М., 1974; 1987; Архангельск, 1980; Воронеж, 1980.
Союз рыжих. — Барнаул, 1980.
Отдельные публикации
Владелец Черного замка/Пер. Г. Дмитриева//Простор. — 1988.— № 6.
Кольцо Тота/ Пер. В. Штенгеля//Волга. — 1967.— № 6;//Азия и Африка сегодня. — 1969.— № 12.
Красные буки/Пер. В. Штенгеля//Наука и жизнь. — 1966.— № 4; пер. также под назв.: «Медные буки».
Семейный ритуал/Пер. А. Шарова//Дон. — 1987.— № 3.— [Новый перевод рассказа «Обряд дома Месгрейвов», ошибочно отнесенного к циклу «Архив Шерлока Холмса»].
Тайна старой штольни/Пер. В. Штенгеля//Искатель. — 1964.— № 5. Хирург с Гастеровских болот/Пер. В. Штенгеля//Искатель. — 1980. — № 6.
ФРИДРИХ ДЮРРЕНМАТТ (Friedrich Dürrenmatt)
Романы
Судья и его палач, 1951
Подозрение, 1953
Авария, 1956
Обещание, 1958
Правосудие, 1985
Ф. Дюрренматт, немецкоязычный писатель из Швейцарии (1921–1990), знаменит прежде всего как драматург. Его пьесы «Визит старой дамы», «Физики», «Играем Стриндберга», одна из самых загадочных — «Метеор» и другие при напряженной философичности, стремлении к гротеску, парадоксу, интеллектуальной игре самой манерой построения интриги напоминают детектив. Проза Дюрренматта в русских переводах представлена по преимуществу детективами, которые сохраняют философию писателя пятидесятых годов, видящего мир в его непредсказуемой и скрытой, а то и явной порочности. Именно с порочностью мира, а не с отдельной личностью ведут заведомо неравную борьбу «донкихоты от уголовного розыска» — старый комиссар полиции Берлах или комиссар Маттеи («Обещание»); уникальный пример юридической относительности представлен в «Правосудии», а герой «Аварии» прямо-таки упивается возможностью стать злодеем, ибо только это поднимает его в собственных глазах над болотом жизни…
