Светлана даже шиноби увидела всего несколько раз, остальные были обычными гражданскими. И как только эта деревня еще умудряется существовать? Судя по воспоминаниям Асэми, из постоянных систем обороны здесь была только высокая стена и несколько сигнальных барьеров накрывающих город. И бывшая убийца Корня знала более двадцати способов, как незаметно проникнуть в Коноху, так и выбраться из нее. Ужасающее разгильдяйство местных военных.
Все же решив для себя, что хвоста нет, Волкова прошла еще пару кварталов, в поисках достаточно безлюдного места. Им оказался небольшой, незаметный переулок между домами.
Устало прислонившись к стене, девушка прикрыла глаза. Конечно, можно было найти и более укромное место, да и вероятность слежки проверить еще более тщательно, но у Светланы уже не осталось сил. Последние дни окончательно ее измотали.
Глубоко вздохнув, девушка сосредоточилась и начала постепенное отключение органов один за другим. В этот раз Волкова решила перестраховаться, и не ограничиваться одним сердцем…
— Сестренка, тебе плохо? Может мне сбегать за врачом?
Светлана вздрогнула, едва удержавшись, чтобы не метнуть кунай на голос. С трудом подняв ставшие будто свинцовыми веки, девушка увидела стоящего рядом с ней и обеспокоенно вглядывающегося ей в лицо светловолосого мальчика лет одиннадцати-двенадцати. На вид явно беспризорник. Чумазое лицо, заплывший от синяка глаз, разбитые губы и сломанный нос, одет в оранжевый комбинезон, испачканный пятнами краски вперемешку с грязью… тут взгляд девушки зацепился за неестественно вывернутую аж в двух местах левую руку. Определенно вывих, с закрытым переломом.
Волкова мысленно тяжело вздохнула. Очередная задержка. В принципе можно было продолжить процесс и не отвлекаться, но умирать на глазах ребенка… вряд ли это будет правильно. Да и мальчику наверно все же стоит помочь. Вообще было не понятно, почему он все еще расхаживает вдалеке от больницы и так до сих пор не обратился к медику. Судя по запекшейся крови, раны он получил довольно давно. Возможно, у него нет денег на лечение? Но здесь Волкова не была уверена, так как Асэми просто не знала платное здесь лечение для не шиноби или нет. В любом случае, ее друзья не простили бы, что она плюнула на раненого ребенка из-за своего эгоизма, они всегда говорили, что дети наше будущее и о них нужно заботиться и защищать. А умереть… умереть можно и чуточку позже. Резкое волевое усилие и практически отключившиеся органы начали восстанавливать свою работоспособность, разгоняя кровь и прогоняя слабость.
Между тем, стоило только мальчику увидеть, что девушка открыла глаза, как он повел себя довольно странно. Отступил на несколько шагов, и весь сжался, словно ожидая, что его сейчас начнут бить, правда, сбежать даже не попытался. Светлана недоуменно моргнула, не понимая, какие ее действия могли вызвать такую реакцию. Хотя она вообще мало что понимала в детях, обращении с ними и самой детской психологии, поэтому, подумав, решила, что раз что-то делает не так, нужно не изобретать велосипед и просто воспользоваться чужим опытом.
Быстро промотав в голове воспоминания о времени, когда ей удавалось понаблюдать за Вячеславом и Игорем с их семействами, Волкова постаралась скопировать то выражение лица, с которым мать разговаривала со своими детьми. Судя по результатам наблюдения, это хорошо действовало на детей, успокаивая и вызывая у них положительные эмоции. Сложно сказать, насколько Светлане все удалось, но мальчик вроде слегка приободрился и даже подошел ближе.
— Спасибо за беспокойство, но со мной уже все в порядке.
— Точно? — Мальчик скептически оглядел все еще бледную и не очень твердо стоящую на ногах Волкову.
— Точно. А вот тебе, явно не помешает помощь врача…
— Не… нет! В больницу я не пойду! — В глазах ребенка появился ужас, будто девушка предложила ему прогуляться на минное поле.
Светлана снова мысленно тяжело вздохнула. Кажется, в детях она понимала еще меньше, чем думала.
— Но ты ведь предлагал сбегать за врачом…
— Я думал, ты умираешь, вот и предложил. Это был крайний случай. А мне врач не нужен, пара дней, чашка вкусного, горячего рамена и я буду как новенький!
— Хм… — Теперь уже Светлана скептически оглядела беспризорника. — Очень маловероятно. Почему ты боишься больницы?
— Я ничего не боюсь!
— Извини, я не так выразилась. Почему ты не хочешь идти в больницу?
— Нууу… Как то я туда заходил… Но мне сказали… В общем если я еще раз туда приду, то мне отрежут руку или ногу.
Светлана задумчиво посмотрела на ребенка. Судя по всему, один из врачей над ним просто глупо подшутил, но теперь вряд ли удастся уговорить его пойти в больницу добровольно, а заставлять силой очень не хотелось. Быстро прикинув различные варианты, девушка решила, что пока, наверно, лучше подержать ребенка при себе, а потом просто приказать какому-нибудь генину или чунину привести медика. Конечно, можно было сходить и самой, но не факт, что беспризорник станет ее дожидаться. И, в конце концов, рядовые для того и существуют, чтобы исполнять поручения вышестоящего начальства, а ее звание — джонин вполне позволяло отдавать им такие приказы. Вот только этих рядовых еще нужно найти…
— Однако за врачом для меня ты все же собирался сходить. Очень смелый поступок. Спасибо.
— Я же сказал, что это был крайний случай. — Мальчик отвернулся, пытаясь скрыть смущение, но было видно, что ему приятна похвала. — Одна рука не стоит жизни.
— И ни один смелый поступок не должен остаться без награды. Как ты смотришь на то, что я угощу тебя этим… раменом, кажется?
— Отлично!!! Тогда скорей идем в «Ичираку», там готовят потрясный рамен! — Беспризорник радостно запрыгал, видимо даже забыв про свою руку, но потом остановился и подозрительно посмотрел на Светлану — Если конечно ты не врешь и с тобой действительно все в порядке.
— Я очень редко вру.
Мальчик некоторое время недоверчиво глядел на Волкову, но потом, видимо, все же решил, что она действительно чувствует себя лучше и пошел вниз по улице. — Кстати, меня зовут Наруто. А тебя?
— Асэми. — Коротко ответила девушка, направляясь за Наруто и немного удивленно раздумывая над новой информацией.
«Значит это не беспризорник… Разумеется, если это тот самый Наруто. Но Асэми известно лишь об одном человеке с таким именем во всей Конохе — джинчурики Девятихвостого Демона Лиса. Лицо из-за грязи, краски и запекшейся крови толком разобрать практически невозможно, и все же возраст, светлые волосы, рост и телосложение примерно соответствуют описанию… Но как такое возможно? Джинчурики являются одним из ценнейших сокровищ Скрытых Деревень, однако, мальчик сильно избит, его охрана, или хотя бы слежка за ним, отсутствуют, а сам он даже боится обращаться в
