Читаем без скачивания Тайная война воздушного штрафбата - Антон Кротков

Говоря это, водитель был очень серьёзен.

Лишь однажды машина остановилась на деревенской площади возле колодца. Водитель с двумя канистрами отправился покупать у местных принадлежащую им общественную воду. А иностранца сразу обступила уже ставшая привычной толпа местных коробейников. Вежливыми жестами Нефёдов отклонял предложения о покупке разнообразных сувениров. Как вдруг толпа расступилась и в образовавшемся коридоре появилась колоритная фигура невысокого сухопарого старика. Гремя бусами, дед не спеша, с большим достоинством приблизился к Борису. На нём была длиннополая накидка из мешковины, на которую были нашиты разноцветные шнуры, бусы из ракушек, зубов хищников, пучки травы. На вид этому человеку можно было дать лет шестьдесят-семьдесят. Но дух его явно был намного моложе изношенного временем тела. Об этом можно было судить по очень энергичному взгляду лучистых глаз. Вокруг его носа ореолом расходилось белое пигментное пятно, которое резко контрастировало с угольно-чёрной кожей.

Старик долго и с явным интересом рассматривал чужестранца. Его взгляд казался снисходительно-доброжелательным. Неграмотный деревенский старик словно говорил представителю великой европейской цивилизации: «Ну что, мил человек, считаешь меня дикарём, неграмотным шаманом? А так ли ты всемогущ перед лицом великой матери Природы без своих машин и винтовок?»

Лёгким кивком старик пригласил Нефёдова сесть для разговора. Тут же двое мужчин из почтительно притихшей при появлении старика толпы расстелили прямо на земле циновки. В знак благодарности Борис приложил правую руку к своей груди и слегка поклонился старейшине, после чего опустился на циновку. Он старался вести себя со странным стариком с осторожностью исследователя-натуралиста и дипломата в одном лице. Правда, первая попытка Бориса наладить нормальный диалог не увенчалась успехом — колдун не понимал английской речи или же делал вид, что не понимает. Да и интернациональный язык жестов в данном случае оказался бесполезен. Старик лишь хихикал, глядя на то, как белый силился с помощью рук и мимики что-то ему сказать. Его явно очень забавляли попытки Бориса установить с ним контакт.

Подождав, когда иссякнет дипломатический запал пришельца, колдун с хитрым прищуром начал что-то говорить Борису на непонятном ему языке. К счастью, вовремя подоспевший водитель джипа тут же принялся переводить суть его речи, попутно быстро вводя своего пассажира в курс местных дел.

Оказалось, что старика зовут Хунгу. И он единственный на всю округу колдун, к которому жители со всей провинции приходят за защитой. Только он может защитить от лютой смерти в пасти львов-людоедов, которых особенно много развелось в последние два года. За защиту местные жители платили старику кто чем мог — лепёшками, птицей, коровами, деньгами. Даже государственные чиновники, полицейские и военные втайне от своего начальства наведывались к Хунгу.

Всё дело в том, что обычное оружие было бесполезно против страшной жёлтой смерти. Специально приглашённая властями провинции для того, чтобы отстрелять попробовавших человеческой плоти хищников, команда профессиональных «хантеров» оказалась беспомощна перед ними. Да, опытным охотникам ничего не стоило отстрелять за несколько часов целое стадо слонов, но оказалось, что даже оружие самого большого калибра стоит не дороже обычной палки, если имеешь дело с оборотнем. Единственный вернувшийся живым с охоты скаут рассказывал, что они долго шли в буше[19] по львиному следу, но на границе саванны и джунглей след вдруг превратился в человеческий…

После того случая даже опытные охотники со стажем стали трусливо прятаться по домам с наступлением темноты. А хвостатые людоеды между тем окончательно обнаглели и стали нападать на людей чуть ли не на окраине селений. То лев стаскивал с коня казённого почтальона, презрительно позволяя обезумевшей от ужаса лошади умчаться прочь, то одним ударом лапы ломал шею солдату-часовому возле армейских казарм. В конце концов эти дьяволы стали с наступлением темноты являться в населённые пункты и брать того, кого хотели, вытаскивая свои жертвы даже из кроватей. На провинцию опустился ужас. Свидетели страшных расправ, ощущая собственное бессилие, жили на грани нервного срыва. Участились случаи самосуда. В каждом подозрительном видели вату-симба — человека-льва. Заподозренных в обращении во львов-убийц соплеменников, а особенно представителей соседних племён убивали без суда и следствия. Но несмотря на казни предполагаемых оборотней, список погибших в пасти льва пополнялся каждую неделю.

Последний случай, по словам осведомлённого обо всех здешних новостях водителя джипа, произошёл всего неделю назад. Гончар, проживающий в приграничной деревне, велел своему подмастерью, тринадцатилетнему мальчишке, сходить за козой, которая паслась на окраине села. Солнце ещё не ушло за горизонт, поэтому, посылая помощника за триста метров от мастерской, мужчина не предполагал, что это может быть опасно. Огромный лев напал на парня на глазах многочисленных деревенских жителей и утащил его в маисовое поле. Там к убийце присоединились несколько его родственников по людоедскому прайду. В считаные минуты от мальчишки осталось кровавое пятно на траве.

Хунгу вновь повторил для белого гостя, и его слова вызвали уважительный шёпот в толпе, что только он один может договориться с этими исчадиями ада.

«Бред, конечно», — сказал себе Борис, не слишком верящий в чёрную магию и прочую хиромантию. Но самое смешное, что, несмотря на доводы рассудка, непонятный страх начинал потихоньку вползать и в него.

Старик почувствовал состояние белого гостя и явно был доволен. Неожиданно он положил свою шершавую ладонь на лоб путешественника, и Борис вдруг почувствовал, как чужая рука каким-то образом проникла прямо в его голову и бесцеремонно копается у него в мозгах! Одновременно колдун на разные лады принялся произносить заклинания.

— Хунгу говорит, что ты должен на два дня задержаться у него в гостях, пока он будет договариваться со злыми духами — хозяевами саванны и леса, чтобы они пропустили тебя, — почтительно прошептал на ухо Борису водитель и добавил: — Тебе придётся отдать все деньги, что у тебя есть, если ты хочешь остаться в живых.

«Понятно, — очередной развод», — догадался Борис и новыми глазами взглянул на прагматичного кудесника, который нашёл золотую жилу благодаря кулинарным пристрастиям местных больших кошек. На избавлении от сглаза и прочих традиционных колдовских занятиях наверняка столько не заработаешь, сколько приносит выпущенный на свободу демон первобытного ужаса перед львами-оборотнями. Но по сути, это был такой же бизнес, как «впаривание» проезжим туристам сувениров, только обставленный с большей театральностью.

Благодаря сделанному открытию Нефёдов словно стряхнул с себя состояние оцепенения.

Борис решительно поднялся и протянул старику на прощание руку. У тщедушного на вид «пенсионера» оказалось очень сильное рукопожатие. Задержав руку Нефёдова в своей ладони, словно в тисках, колдун что-то гортанно воскликнул и вдруг повесил Борису на шею ожерелье из крупных длинных клыков.

Водитель джипа удивлённо перевёл. Оказалось, колдун назвал чужестранца великим воином и объявил, что для его народа великая честь, что такой человек был здесь.

Через десяток километров тряски по ухабистому бездорожью пережитое приключение окончательно приняло вид забавного эпизода с сильным привкусом местного экзотического колорита. Конечно же знахарь пытался загипнотизировать его, чтобы вытащить оставшиеся доллары. А вообще этот Хунгу был симпатичным стариканом, и Борис с удовольствием бы задержался у него в гостях на пару дней, если бы не необходимость спешить на выручку сына.

Между тем водитель вдруг, что-то вспомнив, залез в бардачок и вынул оттуда какое-то костяное блюдечко. Он вручил его Борису. Оказалось, старик через одного из своих помощников зачем-то передал его для белого путешественника — в качестве сувенира на память. В качестве комментария к подарку шофёр пояснил, что после того, как лев ломает своей жертве шею, он оттаскивает труп в кусты и спокойно пожирает его. Своим шершавым языком хищник (а чаще целый прайд) буквально слизывает мясо с костей. От съеденного человека остаётся только верхняя часть черепа, вылизанная языками изнутри до блеска. Зачем старик подарил этот страшный сувенир Нефёдову, пока оставалось загадкой. Уж не предупреждение ли это?

Впрочем, воспоминание о встрече с колдуном постепенно выветрилось из головы странника. Теперь им приходилось делать частые остановки возле блокпостов. И чем ближе они подъезжали к владениям президента Моргана Арройи, тем чаще их останавливали для проверки военные или полицейские кордоны. Борис выдавал себя за голландца. В столице сопредельного с самопровозглашённой «Демократической всеафриканской республикой» государства Нефёдов приобрёл за 25 долларов десятидневную туристическую визу.