– А фуры горят?
– Ещё как горят. Выливаем под машину две-три канистры бензина, делаем так называемую горючую подушку. Одну открытую канистру с бензином забрасываем в фуру, туда же кидаем пиротехнический патрон. У нас этого добра полно. Полыхнёт – в Ростове будет видно. Хотя лишняя зрелищность нам не нужна.
– Насколько это безопасно?
– В смысле?
– Без проколов и ментовских облав, на которых можно попасться. Фура – не спичка в стогу сена.
– Согласен. Север по таким делам спец. Захваты – его конёк. В своё время он за это оттянул десять лет.
– Думаю, данную тему нужно пустить в работу, – согласилась я со Стасом. – Ещё предложения есть?
– Есть одна хорошая наколка, – вновь предложил Стас.
– Слушаю внимательно.
– На Елоховской раз в неделю, по субботам, идёт большая карточная игра. Не катают, но играют серьёзно.
– На квартире?
– Да.
– И в чём наколка?
– На кону порядка трёхсот тысяч евро. Играющих шестеро. Все друзья детства. Но нас интересует не игра, а хозяин квартиры.
– Кто он?
– Раньше был капитаном дальнего плавания. Всё, что имел, включая контрабанду, вкладывал в редкие драгоценные камни. По моим сведениям, там лямов на десять долларов в нынешних ценах. Ты знаешь, он очень интересно хранит драгоценности. В квартире стоит огромный старинный сейф, но в нём ничего нет. А камушками набита подушка для иголок, которая висит на самом видном месте на стене. Хитро придумано, да?
– А разве камушки на такую сумму могут поместиться в подушку для иголок?
– Легко. Камень с горошину – это очень большие деньги, а их там сто с лишним штук.
– Откуда ты всё знаешь?
– Навёл на хату Коля Шпиля. Он в этой компании с седьмого класса. Но Коле последний год нет никакого фарта. В долгу как в шелку.
– Его доля?
– Я обещал ему все деньги с игры.
– Как собираешься провернуть дело?
– Всё продумано. Понятно, что в квартиру чужого не пустят. Плюс на игру нанимают вооружённого охранника. Деньги на кону немалые. План такой: Шпиля начнёт умышленно сдавать игру и часа через два скажет, что ему нужно сходить за деньгами домой. Живёт он в соседнем подъезде. Минут через двадцать он вернётся, но уже с нашим человеком. Человек – мокродел опытный. Ты, может, слышала погоняло – Крест?
– Знаю.
– Шпиля позвонит в дверь. Охранник, посмотрев в глазок, увидит только Шпилю. Крест присядет на корточки и закроется Шпилей. Ничего не подозревая, охранник откроет дверь, а Крест даст огонь на поражение. Стреляет снизу вверх из ствола с глушителем. Заходит в комнату игроков. На каждого по одной пуле. Забирает камушки, кончает Шпилю.
– А зачем так со Шпилей? Отдай ему честную долю.
– Нет там его доли. Не по чину запросил.
– Совсем ты перестал смерти бояться – и чужой, и своей. Ты только подумай, сколько покойников… Не проще квартиру обнести, чем на такую мокруху идти?
– Надо поднимать наш авторитет среди московской братвы. Братва уважает силу.
– А разве сила в мокрухе?
– В моём понимании – да.
– На дворе не девяностые годы. Сейчас вся сила в связях с чиновниками и органами правопорядка.
– Так ты даёшь добро?
– Да, – кивнула я и нервно закурила сигарету.
– Эля, мне тоже есть что сказать, – напомнил о себе Крюк. – По моему поручению ребята выяснили, кто слил конкурентам информацию по левой водке. Ты помнишь, что цех сгорел? Это залётный бычок из группы Клопа. Видать, на бабки повёлся, дурачок. За это и заплатит. При любых раскладах его нужно ликвидировать. И сделать это надо публично, чтобы узнала вся братва.
– Что предлагаешь?
– Всё очень просто. Он сейчас живёт на хате в центре у одной шалавы. Живёт не таясь, это нам на руку. Я пошлю ребят, они встретят его в подъезде. Дождутся и на лестничной клетке в два ножа ликвидируют. Проститутку, которая с ним живёт, «сделаем» тоже. Чем больше крови, тем лучше, чтобы другим было неповадно. Я позвоню в редакции нескольких газет и на телеканалы и наведу их на место, чтобы они там были ещё до мусоров. Завтра об этой двойной мокрухе будут звонить во всех утренних новостях. Дам журналюгам наколку, что это – месть. А ты знаешь, для братвы месть – дело святое. «Дятлам» и «крысам» среди честной братвы не место. Вообще, я считаю, на такие факты нужно отвечать крайне жестоко. Твари уважают две вещи: силу и страх, ничего другого не понимают. Единственное средство при нашем роде деятельности – отвечать на любое неповиновение устрашением. Здесь есть чему поучиться у палестинских и прочих террористов. Израильтяне, пятьдесят лет опираясь на мощь Америки, пытаются заткнуть им рот. Пока не получается и, я думаю, не получится.
– Хорошо, с этим понятно. Даю добро. А как у нас прошла операция «Депозит»?
– Эля, увы, на этот раз ребятам не повезло. Попали в засаду. Как ни странно, охрана банка состояла из настоящих профессионалов. Это большая редкость. Вся смена – отставники спецназа. Я понимаю, это не оправдание, но человеческий фактор – одна из главных причин срыва операции.
– Как было?
– Всё происходило по договорённости с вице-президентом. Ты же помнишь, как мы вышли на этого человека? Ему налёт был нужен как воздух. Вклады клиентов банка систематически расхищались, и под это дело он списал бы все свои долговые обязательства. Но не срослось. Сигнализацию он отключил. Группа вошла в банк, как договаривались, через дверь, ведущую в подсобку столовой. Всё необходимое оборудование достали на складах МЧС. В частности, у них был специальный домкрат, снимающий двери с петель. Мы надеялись проникнуть в депозитарий без осложнений. Перед входом в банк находилась молодая женщина, которая имитировала позднюю прогулку с ребёнком в коляске. У неё была коротковолновая рация, по которой она поддерживала связь с группой и сообщала обстановку на улице. В принципе всё было предусмотрено. Эвакуироваться ребята должны были на машине «скорой помощи», она ждала в соседнем дворе. Но, видимо, дежурный охранник увидел наших на экране теленаблюдения сразу после того, как они вошли в банк. Он подал сигнал тревоги напарнику о проникновении на объект и нажал тревожную кнопку вызова вневедомственной охраны. В депозитарий ведёт всего один коридор, его не миновать. Эти два охранника перегородили его огромным кожаным диваном. Сами же затаились за углом. Когда появились наши, а они не могли знать о действиях охранников, те резко включили дневной свет и открыли огонь на поражение из пистолетов. Конечно, их служебные «ижи» – машинки слабые, но с пяти метров пуля летит как из ПМ. Нашим пацанам хватило. Одного убили на месте, двоих ранили и скрутили. Что ни говори, а эти гэрэушники – волкодавы настоящие. К счастью, таких мало. В общем, операция не удалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
