— Ладно, вот и оставайся беззащитной, а у меня дела.
— Подожди! Выслушай меня!
По большому счету, ей не следовало слушать… Но сейчас речь шла не о простом любопытстве, ведь это было связано с ним.
— Слушаю… Только квакай быстрее, я занята.
— Да я и не буду совсем уж назад возвращаться, потому что тогда по-настоящему долго будет. Ты хочешь узнать, как я выжила во время нашей ссоры? А я и не выжила! Я не ожидала, что он такую сильную магию привлечет… А он, неопытный, тоже не ожидал. Это все равно что мальчишка до настоящего лука добрался — всех кур перестрелял! Дом рухнул, а я только и успела, что свой разум в тело жабы перенести, да отключилась… А когда проснулась, его уже не было, и тело мое исчезло. Я застряла здесь, потому что в этом облике я ничего сделать не могу, осталась только способность раны свои заживлять да мысли читать. Куда я жабой уйду? Между прочим, местные жаб едят! Так что любая попытка путешествовать могла закончиться на чьем-то столе. Это было до твоего прихода… Теперь ты здесь, и ты можешь помочь мне!
— Я не буду спрашивать «как», хотя это немаловажный момент. Я лучше спрошу «зачем». Не могу сказать, что он невинный и беспомощный ягненок, но все же ты воспользовалась его благодарностью, признай, чрезмерно.
— А я и так признаю! За эти годы у меня было немало возможностей подумать, прикинуть, где и в чем я пошла не так… — жаба резко подняла голову. — Сюда кто-то едет!
— А, это мой спутник…
— Нет, всадников много! Знаешь, я сначала проверю, выживешь ли ты, а уж потом буду просить о помощи!
Жаба спрыгнула с колонны и укрылась под руинами. Тесса кинула ей вслед осколок черепицы, но промахнулась. Сама она спрятаться не могла, обломки дома были слишком плотно сдавлены, да и убегать времени не было. Ей оставалось только ждать на месте, она уже слышала топот копыт.
Всадников было трое, они приехали с той стороны, куда Тесса и Рамел только направлялись — со стороны границы. Кони у них были одинаковые: серые в яблоках, настолько мелкие, что ноги всадников почти доставали до земли.
Они окружили девушку, которая стояла, скрестив руки на груди, и спокойно ждала, что они будут делать дальше. И все же одной рукой она сжимала кольцо, готовая уйти в любой момент…
— Она хорошенькая, — наконец заявил один из всадников. — Она будет моей женой!
— Нет, — тут же возразил его спутник. — Она будет моей женой!
— Вы оба ошибаетесь, она будет моей женой!
— Да что ты понимаешь!
— Я вот сейчас как двину кому-то…
— Неблагодарная крыса…
— Ребята, выясняйте отношения скорее, мне надо идти, — сказала Тесса. — Как только решите, кто станет моим мужем, сообщите мне, чтобы я знала, кому отказывать.
Ее, судя по всему, не услышали, спор продолжался. Когда стало ясно, что согласия просто так не достигнуть, всадники спешились и выстроились перед девушкой.
— Не можем мы решить, кому ты достанешься, — признал тот, что стоял посередине. — Поэтому твоим мужем станет тот, кто выдержит испытание. Возьми каждого из нас за усы да перекинь через плечо. Тот, кто не заплачет, достоин тебя получить.
Несколько секунд царило молчание, во время которого стороны разглядывали друг друга. Потом Тесса вскрикнула неожиданно для себя высоко:
— Совсем с ума сошли?! Ну у вас и фантазия, даже я бы да такого не додумалась… Вашу фантазию да в нужное русло… деньги бы гребли лопатой… Только есть одна ма-а-ленькая неувязочка… я вас даже на руки не подниму, не то что эти броски через плечо! Да еще и за усы! Вы свои усики видели-то? Лермонтов отдыхает! Да этот плевочек только пинцетом ухватить можно, а пинцета у меня нет.
Они переглянулись между собой и одновременно пришли к выводу:
— Слишком много болтает. Хорошо, девушка, мы обойдемся с тобой милостиво. Мы оставим тебе твою свободу и даже сделаем тебе ребенка!
— Скворечник лучше сделайте! Ребята, без обид, но я замужем. Неоднократно.
— Да? Это за кем же?
— За мной.
Рамел приближался из клочьев тумана медленно, не подгоняя и не останавливая верблюда. Серые в яблоках лошади при виде странного зверя испуганно заржали, их хозяева схватились за ножи. Тесса отметила, что в этот момент ее муж выглядел бы даже грозно, если бы верблюд не затек спросонья слюнями.
«Верблюды все портят… Что в этом мире, что в нашем».
Рамел спрыгнул на землю, приблизился к всадникам. Ножа у него не было, тогда как его соперники не спешили прятать оружие.
— В этом лесу запрещено находиться, таков указ верховного жреца, — сообщил наследник. — Что вы здесь делаете?
Всадники были либо несклонны ко лжи, либо решили не тратить время на разговоры. Они напали втроем, причем по первым же движениям стало видно, что они привыкли работать вместе. Один точно знал, что будет делать второй, третий прикрывал их. Тесса, которая ожидала, что они сходу столкнутся лбами, была впечатлена.
А вот Рамел искусство соперников не оценил. У одного он сразу же отнял нож и выбросил куда-то далеко. Разоруженный разбойник отошел в сторону и присел на корточки, по его смуглым щекам катились крупные слезы.
— Обалдеть, — Тесса уперлась руками в бедра и рассмеялась. — Рыдает!
— Не смейся, — всхлипнул всадник. — Я опозорен!
— Это я вижу.
Драка продолжалась недолго. Когда троица была разрушена, остальные двое стали двигаться скованно, что позволило Рамелу без труда обезоружить и их. Одной подсечкой он послал обоих на землю и начал отряхиваться.
— Мне бы следовало отвезти вас ко двору верховного жреца, но я не стану этого делать. У меня впереди долгий путь и я не могу возвращаться. Уходите прочь отсюда!
Их не нужно было простить дважды. Всадники вскочили на лошадок и сходу пустили бедных животных в карьер. Ни один из них не попытался вернуть себе нож.
Когда они скрылись за деревьями, Тесса захлопала в ладоши:
— Браво! Я бы сняла перед тобой шляпу, если б таковая имелась, а так просто выражаю свое восхищение! А я-то думала, что ты тетеха, слюнтяй и нытик!
— Спасибо… наверное, — усмехнулся Рамел. — Очень радует, что у тебя такое высокое мнение обо мне. Между прочим, тот факт, что у меня проблемы с женщинами, не делает меня слабаком!
— Все, все, пристыдил! Хочешь, чтоб я начала себе голову пеплом посыпать?
— Это еще зачем?
Из-под дома выпрыгнула забытая всеми жаба. При своем продвижении она цеплялась стрелой за любую преграду и тихо ругалась.
— Поздравляю, ты выжила, — радостно заявила жаба. — Теперь ты можешь меня спасти.
Тесса, не обращая на нее внимания, пошла к верблюду. Рамел чуть помедлил, но все же последовал за девушкой. Жаба забеспокоилась:
— Подожди! Ты не можешь меня просто оставить здесь!
— Поспорим?
— Но я одна не выберусь!
— Вот и сиди здесь!
— Дальше верхом ехать опасно, — сказал наследник. — Рядом всякое может быть… Обычно мародеры в этом лесу встречаются совсем близко от проклятой деревни. Существует поверье, что там есть клад, вот они и ищут… А нам с проклятьем встречаться не стоит.
— Это точно!
Рамел собирался повести верблюда рядом с собой, но Тесса остановила его:
— Можешь отпустить его… Когда мы пересечем границу, от него толку будет мало, а вреда много. Не хватало еще нарваться на неприятности из-за эксплуатации братьев-животных! Вещей у нас немного, и без него доберемся.
Он только кивнул и стал снимать со зверя сумки и седло. Пока Рамел возился с ремешками и веревками, жаба решила напомнить о себе:
— Неужели тебе совсем меня не жалко?
— Нет.
— А ведь я спасла ему жизнь!
— Можно подумать, что ты от этого выгоды не получила.
— Ты просто ревнуешь… Боишься, что, встретив вновь меня, он позабудет о тебе. Ведь это мне он подарил тот черный цветок!
— Ага, только посадил он этот цветок на твоей могиле.
Жаба задумалась. Рамел перебрал содержимое двух сумок, кое-что оставил, чтобы облегчить вес. После этого одну сумку, поменьше, он протянул девушке, а вторую взял сам. Они продолжили путь; жаба скакала следом, но отставала. При этом она продолжала приводить новые аргументы:
— Я обучила его магии, а он спас тебе жизнь!
— Ты его не для этого учила.
— Благодаря мне он научился выживать в этом мире!
— И по пьяни залез в бутылку.
— Я знаю его имя!
Тесса остановилась. Рамел прошел еще пару шагов, задумавшись о чем-то, пока не заметил, что девушки больше нет рядом с ним.
— Не только его имя, я знаю очень много о нем, — жаба воодушевилась, сообразив, что задела нужную струну. — Он рассказывал мне о своем прошлом… Ты ведь хочешь знать, да? А он сам не скажет, даже тебе!
— Ну и как же его звали? — с самым безразличным видом, на какой она только была способна, поинтересовалась девушка.
— Э, нет, так не пойдет! Если ты узнаешь сейчас, ты бросишь меня тут!
