подошла к окну. Вид открывался на внутренний зелёный двор. Посредине двора распологалась детская площадка с песочницей. Под большим деревом стояли скамейки, где сидели мамочки с колясками.
— Вот и мне скоро предстоит так сидеть и качать ненавистного ребенка от ненавистного мужчины. — подумала Даша. Настроение резко упало.
Пока девушка стояла и рассматривала вид из окна, Михаил успел переодеться.
— Дашенька, переодевайся, идём есть. Потом примешь ванну и будем отдыхать.
Мужчина вышел из комнаты. Даша открыла свой чемодан, достала лёгкое домашнее платье. Переоделась и пошла на звук идущий из кухни.
Аглая Дмитриевна уже накрыла на стол. Резала свой фирменный пирог на кусочки.
— Садись Даша. Бери пирог. Это был любимый пирог моего мужа. Когда он возвращался домой из командировки я всегда пекла ему его. А ещё он очень любил медовый торт. Как нибудь я обязательно его испеку для вас. Кушай, кушай девочка, ты что-то слишком худенькая. — она подвинула к Даше чашку чая и тарелку с пирогом. — Миша, а ты что мнешься садись рядом с Дашей и ешь давай. Я так рада, что вы приехали. Теперь мне не будет так одиноко.
Женщина болтала без умолку, было видно, что она искренне рада приезду родственников. После ужина проводила Дашу в ванную, показала ей где, что находиться. Девушке нравилось все в этой квартире. Было видно хозяйка умела и любила создавать уют. Здесь все отличалось от их провинциального городка, даже обстоновка в доме.
Приняв ванну вошла в комнату, которую им выделила Аглая Дмитриевна и замерла в нерешительности. Михаил уже разложил диван, превратив его в широкую кровать. Развернул поперек так, что к нему можно было подойти с двух сторон. Тетка выделила постельное белье и он как раз стелил постель, когда вошла Даша. Она с ужасом смотрела на действия мужа.
— Он что собирается спать со мной в одной постели?
— Диван один. Будем спать на нем вместе. Можешь не беспокоиться, я к тебе не притронусь.
— Я не хочу спать с тобой в одной кровати! Иди и найди себе другое место!
— Даша, давай поговорим серьезно. — обратился Михаил к жене. — Нам надо учиться жить вместе. Истерики только лишь усугубляют ситуацию. Я обещаю, что никогда не прикоснусь к тебе без твоего согласия.
— Да неужели? Что-то не помню, чтобы в прошлый раз ты просил моего согласия! — возмутилась Даша.
— Сейчас другая ситуация. И я уже не раз просил у тебя прощения. Да я раскаиваюсь в том, что сделал с тобой, но раз уж так получилось давай попробуем наладить наши отношения. Мне тоже нелегко.
— Я тебе не верю. И между нами никогда не будет никаких отношений. Слышишь? НИКОГДА! И я хочу, чтобы ты знал, я остаюсь здесь только до рождения ребенка. Как только он родиться я подам на развод и уйду. Своего, ублюдка, будешь воспитывать сам!
Михаил в шоке слушал, что говорит ему его жена и не верил.
— Ты сможешь, бросит своего ребенка?
— Смогу. Он будет такой же насильник, как и ты!
— Но это же глупо. — Михаил все больше и больше ужасался тому, что говорила его жена. — Он ведь не в чем невиноват. Он не может отвечать за мои грехи.
— Может. От насильника рождаются только насильники. Он будущий монстр, как и его отец! Я ненавижу вас обоих!
Не в силах больше это слушать Михаил выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. Даша разрыдалась.
Глава 15
Михаил нервно курил на кухне. Слова Даши о том, что она бросит их с ребенком больно задели его.
— Неужели она способна на такое. — думал он- Разве может мать бросить своего ребенка? Да конечно он согласен ребенок нежеланный, но она ведь женщина. Должна же она понимать, что дети не могут отвечать за грехи родителей? Или нет? Способна Даша на такой поступок? Может она говорит так, чтобы задеть его? Сделать ему как можно больнее? Это логично. А может она говорила правду? Может сама мысль о том, что она носит ребенка от насильника, ей невыносима? Поэтому она так ненавидит его? Если это так, то что он может сделать? — Михаил запустил руки в волосы. Хотелось биться головой об стену! Мысль о том, что Даша может уйти от него была, не выносима! Он вдруг представил, как по утрам будет просыпаться один. Будить ребенка, варить и кормить его манной кашей, собирать и вести в детский сад, а когда подрастет в школу и видеть каждый день грустные голубые глазки своего малыша.(О том, что этот ребенок может быть и не его он даже не думал. Принял его всей душой и сердцем.) Как отвечать на вопрос ребенка, где его мама? Что он скажет ему? Что мама их бросила потому, что их ненавидит? Михаил застонал.
— Что плохо тебе? — вдруг спросила тетя Глаша. Михаил не слышал, как она вошла.
— Ты все слышала?
— Да. — она подошла к племяннику погладила его поникшие плечи. — У нас слышимость хорошая. Я слышу о чем говорят соседи за стенкой. — помолчала и добавила. — Все будет хорошо, вот увидишь.
— Я не уверен.
— Наберись терпения, племянник. Со временем все уляжется. Все успокоиться. — утешала Михаила Аглая Дмитриевна. — Ей нужно время. Не торопи ее.
— Она хочет нас бросить. Меня и моего ребенка!. Мы для нее монстры!
— Вот, что я тебе скажу, Миша. Послушай меня внимательно. — женщина села напротив мужчины, взяла его руку в свою. — Я вижу Даша хорошая девочка. Просто душа ее сильно изранена. Ей нужно время, чтобы ее раны затянулись. И вот увидишь, этот ребенок вас объединит.
— Но она хочет бросить его! — перебил ее Михаил.
— Не бросит. Не сможет. Как только она почувствует, как он шевелиться. Как только возьмет его на руки и приложит хоть раз к груди, ее мир перевернется. Она уже больше никогда не подумает оставить его. Это я тебе как женщина и как мать говорю. Поверь мне. Есть женщины, которые могут оставить свое дитя и забыть про него, но твоя жена к ним не относиться. Так, что
