Читаем без скачивания Медичи. Повелители Флоренции - Терпугова Ирина

Козимо и тут продемонстрировал свою щедрость: он заказал Микелоццо спроектировать новое здание библиотеки для аббатства и оплатил все расходы. Старинные манускрипты были его страстью, в монастыре их было много, поэтому он мог наслаждаться своим любимым делом – чтением. В то же время Медичи внимательно наблюдали издалека за тем, что происходило во Флоренции. Гонцы привозили им вести, или их передавали по эстафете из города в город. Друзья уговаривали Козимо собрать войско и двинуться на Флоренцию, но он не хотел завоевывать свой город мечом. Он вспомнил слова покойного отца: «Жди, когда тебя позовут». И он дождался.

Возвращение во Флоренцию

В это время во Флоренции наступил экономический кризис. Исчезли Медичи, а вместе с ними и их деньги. Строительство купола собора Санта-Мария дель Фьоре и церкви Сан-Лоренцо прекратилось, люди потеряли работу и остались без зарплаты. Многие торговые операции, в которых участвовал Козимо, были заморожены. Не к кому было обратиться за советом или помощью, Альбицци не очень-то охотно их раздавали. Вернее, вообще не раздавали. В такой ситуации флорентийцы продержались не больше года. Недовольство семьей Альбицци росло. Они потихоньку добивались изгнания приверженцев Медичи, но пополнить деньгами городскую казну не могли или не хотели. Флоренция опять ввязалась в войну с Миланом и потерпела поражение, народ еще больше обеднел. Не прошло и года, когда при выборах в совет приоров победили все сторонники Медичи. Месяц спустя Ринальдо Альбицци уехал из Флоренции по делам, тем временем в Венецию поскакал гонец с радостной вестью: Синьория просит Козимо возвратиться во Флоренцию. Вот он и дождался своего часа: к нему приехали сами, его умоляли вернуться. Вместе с братом и Микелоццо он отправился в обратный путь.

Тем временем во Флоренцию возвратился его враг Ринальдо Альбицци, и его вызвали во дворец Приоров. Ринальдо заподозрил неладное, поэтому во дворец не пошел, а начал потихоньку собирать своих сторонников. В планах было захватить правительственное знание и изгнать всех приоров вместе с гонфалоньером. Когда все сторонники собрались – они двинулись ко дворцу, но наткнулись на вооруженных стражников. Чтобы избежать кровопролития, гонфалоньер решил обратиться к папе Евгению IV, который как раз был во Флоренции. Понтифик тогда разругался с императором, и тот направил войска Милана на Рим. Население города из-за этого восстало против папы, тот был вынужден бежать из Рима и нашел убежище у флорентийцев. Евгений IV охотно согласился урегулировать конфликт между приорами и Альбицци. Встреча папы и Ринальдо состоялась в монастыре Санта-Мария Новелла, где остановился понтифик. Говорят, Альбицци сопровождало столько людей, что когда первый подошел к базилике – последний еще оставался около дворца. Кто был во Флоренции – знает, какое это расстояние. Пешком его можно преодолеть за 15 минут – примерно 1 км. Переговоры прошли удачно: Евгений IV дал слово, что не будет ни изгнаний, ни конфискации имущества. А слово папы железное, если он его нарушает – ему приходится отвечать перед самим господом богом, так считали тогда люди. Когда Ринальдо вышел от папы, он увидел, что почти все его союзники разошлись. А те, кто остался, успели сходить в ближайший кабак и были настолько пьяны, что еле держались на ногах. Выпить флорентийцы любят, вино для них – нектар богов. Да, именно так. Название винограда, из которого производят вино кьянти, – санджовезе. Сокращенно от sangue di giove (транскрипция: сангуэ ди джове, перевод: кровь Юпитера, или нектар богов). Пришлось Ринальдо отправляться домой одному, без охраны. Он не боялся, ведь дело закончилось миром.

Тем временем Козимо подъезжал к Флоренции, и гонцы каждый день докладывали жителям о его приближении. В день его приезда у ворот города и на улицах собралась огромная толпа. Братьев сопровождал эскорт из 300 человек, в окрестных деревнях люди выбегали на дорогу и восторженно приветствовали Медичи. Когда он проехал через городские ворота – его встретили оглушительными рукоплесканиями и сопровождали до самого дворца Приоров. Это был триумф не хуже тех, которые устраивали императоры в Древнем Риме после победы в сражениях. Вместо пурпурной тоги и лаврового венца было красное платье и алый головной убор. Вместо колесницы был верный конь. Не хватало раба с опахалом, который время от времени напоминал императорам: memento mori, что означает: «помни о том, что ты смертный». Но времена Римской империи давно прошли, и триумф Козимо был спонтанным, а не тщательно подготовленным.

Есть другая версия их возвращения: за день до прибытия Медичи в городе собралось так много людей, что приоры отправили гонца навстречу братьям и попросили их задержаться на загородной вилле в Кареджи до наступления темноты. Только под покровом ночи Козимо и Лоренцо провели тайком через ворота города в палаццо Синьория, где они переночевали. И уже утром, когда они вышли из дворца, их встретила ликующая толпа. Как бы там ни было, а Медичи вернулись, и эта дата считается началом их неофициального правления Флорентийской республикой. Козимо будет управлять Флоренцией, но из-за кулис. Официально сохранится все та же республиканская форма, но всем будет ясно, кто на самом деле дергает за веревочки.

Альбицци и их союзники были изгнаны из Флоренции, как Медичи год назад. Получается, папа не сдержал обещания. Но вопрос об изгнании решался на городском совете, члены которого, под влиянием Козимо, единодушно проголосовали за. Получается, папа тут вообще ни при чем, так решил народ. Поэтому Евгений IV просто «умыл руки», как Понтий Пилат после фразы ecce homo. Тогда народ решил, что надо распять Христа, а не разбойника, Пилат был ни при чем. Говорят, перед отъездом Ринальдо с обидой сказал папе: «Как я мог поверить, что тот, кого изгнали из своего города, удержит меня в моем». А Медичи он велел передать, что «курочка несет яйца». На что Козимо ответил: «В чужом гнезде она, пожалуй, снесет не то, что нужно». Кроме Альбицци в изгнание отправились Строцци, Бранкаччи и другие их союзники.

Постепенно все начало налаживаться, друзья Медичи возвращались из изгнания. Вновь оживала торговля и пополнялась деньгами городская казна. Филиппо Брунеллески вышел из тюрьмы – и снова закипела работа над базиликой Сан-Лоренцо и куполом Санта-Мария дель Фьоре. Наконец, через три года, 1 августа 1436 года свод был завершен почти полностью. Аллилуйя. Наконец-то они победили и построили самый большой купол в мире. Козимо Старшему опять рукоплескала вся Флоренция, когда его пригласили в палаццо Синьория и вывели на балкон. Для освящения храма был приглашен папа Евгений IV, который до сих пор находился во Флоренции. Оставалась только самая верхняя часть: белый фонарь над кольцом, который стягивал ребра. Вновь был объявлен конкурс, который опять выиграл Филиппо Брунеллески. Он спроектировал фонарь высотой 13 метров и весом 750 тонн, но работы началась только в 1446 году, незадолго до его смерти. Заканчивали фонарь уже коллеги архитектора, среди которых был Микелоццо. Самый последний штрих – медный позолоченный шар с крестом на самом верху – был установлен в 1471 году, к тому времени прошло больше 170 лет после начала строительства собора в 1296 году. Над сферой работал Андреа Верроккьо со своими помощниками, среди которых был 19-летний ученик – Леонардо да Винчи.

Филиппо Брунеллески умер в возрасте 69 лет, так и не увидев свой свод полностью завершенным. Кроме фонаря он хотел, чтобы внутренняя отделка купола была выполнена в стиле византийской мозаики на тему Страшного суда, как и в Баптистерии. Что из этого вышло, вы узнаете во второй части книги. Филиппо успел спроектировать капеллу для семьи Пацци, но она не закончена. Но не из-за его смерти, а по совсем другой причине, о которой тоже рассказ впереди. Он полностью спроектировал церковь Святого Духа для монахов-августинцев в районе Ольтрарно, но строительство началось только через 10 лет после его смерти. Его проект с самого начала был почти полностью изменен, мало что осталось от его первоначального проекта. Если бы он увидел эту церковь такой, какая она сейчас, он бы взял топор и собственными руками разобрал ее на камни, которые выбросил бы в реку Арно. Возможно, Брунеллески спроектировал дворец для богатого купца Луки Питти, который потом купит герцог Козимо I Медичи. Но это только предположение, никаких точных сведений об этом нет. Архитектор был похоронен в соборе Санта-Мария дель Фьоре, рядом с Джотто ди Бондоне. Внутри храма можно увидеть его бюст, а на площади, справа от собора, в нише, его статуя. Филиппо изображен сидящим на табурете, в руках он держит циркуль и чертежи, лицо поднято вверх и его взгляд направлен прямо на купол, его творение. Рядом с ним в другой нише – статуя Арнольфо ди Камбио с проектом собора и карандашом в руках, он смотрит на свой храм.