Имя Эльдара Гоголадзе называлось в этой связи едва ли не в каждом втором случае. Практически неограниченная власть, которой в тот период обладал шеф охраны Шеварднадзе, давала ему возможность быстро и легко находить контакты на таможнях и среди «коллег по бизнесу» в спецслужбах соседних стран.
…
Косвенно эта версия подтверждается следующим фактом, в августе 1997 года полковник службы национальной безопасности Грузии Эльдар Гоголадзе был задержан полицией на контрольно-пропускном пункте «Сарпи» в Аджарии на грузино-турецкой границе. Его обвинили ни много ни мало в попытке контрабанды радиоактивных материалов, наркотиков и оружия. Через десять дней в его доме в Тбилиси провели обыск, но ничего не нашли, что, учитывая методы работы тбилисской полиции, представляется странным вдвойне. В ноябре Гоголадзе был освобожден из следственного изолятора и покинул Грузию. Другой пример: по данным газеты «Капитал-ньюс», глава грузинской разведки Автандил Иоселиани занимается наркобизнесом.
Более того, в декабре 2002 года в пригороде Тбилиси полиция задержала сегодня нескольких сотрудников министерства госбезопасности Грузии. При себе они имели большое количество наркотиков и оружия. Затем — среди депутатов грузинского парламента есть 20 наркоманов. Об этом заявил лидер фракции «Агордзинеба» Джемала Гогитидзе, сославшись на данные министерства госбезопасности Грузии. Парламент Грузии постановил, что все депутаты должны пройти наркологическое тестирование.
В 1996 году произошел скандал, связанный на этот раз с именем нынешнего министра безопасности — Шота Квирая. Главной «разрушительницей спокойствия» стала председатель Национал-демократической партии Грузии Ирина Саришвили-Чантурия, которая передала в специально созданную временную парламентскую комиссию документы, свидетельствующие о незаконном (без санкции суда) прослушивании телефонных разговоров редакторов тбилисских газет, а также видеопленку, на которой зафиксирован момент расстрела в ноябре 1993 года самим Шота Квирая (который тогда был министром внутренних дел) нескольких мародеров — членов военизированной группировки «Мхедриони», застигнутых на месте преступления в городе Зугдиди. Расстрел происходил на глазах у главы грузинского государства Эдуарда Шеварднадзе.
На заседании грузинского парламента во время обсуждения этого вопроса Квирая пытался оправдаться: расстрел мародеров он объяснил необходимостью суровых мер, предусмотренных законами военного времени — в Западной Грузии тогда полным ходом шла гражданская война. Обвинения в связях с «сигаретной мафией» он отверг категорически. А что касается прослушивания телефонных разговоров сотрудников тбилисских газет, то глава грузинского МГБ попытался все списать на «стрелочников», которые якобы занимались этим без его ведома. Причем, один из редакторов оппозиционных газет дословно узнал свой прошлогодний разговор с лидером оппозиционной Объединенной республиканской партии. Примечательно, что парламентская комиссия заслушала бывших сотрудников МГБ Гоголадзе и Суладзе, которые были арестованы по приказу Квирая и обвинялись в причастности к теракту 29 августа 1995 года против Эдуарда Шеварднадзе.
Более того, грузинский парламент было решился задействовать механизм импичмента (согласно грузинской конституции, парламент имеет право подвергнуть импичменту не только президента, но и любого министра в случае нарушения им конституции). Но после бурных дебатов все-таки решил рекомендовать президенту самому принять соответствующее решение, поскольку большинство членов парламента уже не доверяет министру госбезопасности.
Шеварднадзе оказался в деликатной ситуации: Шота Квирая — его ближайший соратник, который спас главу грузинского государства от абхазского плена или даже смерти, эвакуировав его из объятого пламенем Сухуми. В дальнейшем МВД Грузии под руководством Квирая разгромило «Мхедриони», раскрыло заговор против Шеварднадзе, арестовало организаторов теракта 29 августа 1995 года и т. д.
…
ТО, ЧТО ОСТАЕТСЯ «ЗА КАДРОМ»
В этот период наблюдатели выделяют из «ближнего круга» Шеварднадзе три фигуры, способные оказывать влияние на политическую жизнь страны. Это — глава кабинета министров государственный министр Грузии Нико Лекишвили; председатель парламента ЗурабЖвания и министр государственной безопасности Шота Квирая. Правда последний, в отличие от своего предшественника Игоря Гиоргадзе не стремится продемонстрировать увлечения политикой. Что же касается Жвания и Лекишвили, то после известного публичного скандала, когда спикер парламента назвал госминистра денежным мешком, за что и получил оскорбительный намек на свою сексуальную ориентацию, — отношения между политиками превратились в постоянный, то скрытый, то явный антагонизм. Жвания, несомненно, претендует на президентское кресло и будет выставлять свою кандидатуру уже менее чем через четыре года.
Порой даже особам, приближенным к президенту, кажется, что последний не только покровительствует Жвания, но и видит в нем своего преемника. Однако, Шеварднадзе столь же быстро убирает от себя человека, сколь быстро приближает его к себе.
Значительная популярность Зураба Жвания на Западе, который воспринимает его как перспективного молодого политика западного образца, возможно, вызывает у президента некоторую ревность. А активность Жвания и его стремление к самостоятельности, вероятно, периодически раздражают Шеварднадзе.
Тогда внимательные журналисты из всего выступления Шеварднадзе на заседании парламента выделили четыре ключевые фразы.
Первая: «Парламент очень быстрыми темпами превратился в реальную законодательную власть».
Вторая: «Зураб Жвания быстро стал крупной политической фигурой».
Третья: «Между мной и Жвания прекрасные отношения и нет никаких проблем, и свои взгляды он защищает с принципиальностью, необходимой председателю парламента, как это и должно быть в демократическом государстве».
И, наконец, четвертая: «Я собираюсь баллотироваться на следующий срок».
Некоторые наблюдатели расценили эти слова как предупреждение, за которым может последовать что угодно в зависимости от того, как поведут себя и Зураб Жвания, и парламент.
Эта история породила множество слухов о скором конце карьеры молодого спикера. Государственный министр, для которого, по его собственному признанию, идеалом является мэр Москвы Лужков, в зависимости от ситуации демонстрирует либо свою лояльность к спикеру, либо свою независимую политическую активность.
В ответ на обвинения оппозиции МГБ развернуло бурную пропагандистскую деятельность. В частности, пресс-центр министерства продемонстрировал по телевидению видеозапись допроса граждан Грузии, завербованных российскими спецслужбами. Тем самым Квирая пытался доказать оппозиции, что он неустанно радеет за национальную безопасность своей страны и успешно ловит агентов иностранных государств. Российская разведка в этой связи выступила со специальным заявлением, в котором говорится, что она не ведет разведывательной деятельности против Грузии и других стран СНГ, однако ведомство Квирая утверждает, что речь шла не об агентах ФСБ, а о гражданах Грузии, завербованных ГРУ (то есть российской военной разведкой).
Кроме того, состоялось заседание временной парламентской комиссии, созданной по требованию бывшего шефа Тбилисской полиции Давида Зеикидзе. Комиссия расследует факты нажима силовых структур Грузии на сотрудников Давида Зеикидзе. Первые свидетели обвинения сообщили о применении к ним угроз и пыток по прямому указанию Квирая. Конфликт между Давидом Зеикидзе и Шота Квирая длится не первый год, но никогда он не разбирался на столь официальном уровне.
…
Тот же Игорь Гиоргадзе рассказывал, что в бытность Квирая шефом МГБ с его знаменитого шестого этажа выбросилось около семи человек. А министр финансов, выйдя из его кабинета, просто «застрелился».
Многие усматривали в этих событиях очередной хитроумный маневр Шеварднадзе, который, как правило, убирает слишком самостоятельных силовиков. Находясь на посту министра внутренних дел, Шота Квирая создал в своем ведомстве абсолютно коррумпированную структуру с огромным штатом. После покушения на Шеварднадзе (август 1995 г.) и отставки Игоря Гиоргадзе, Ш. Квирая возглавил министерство государственной безопасности. После ряда, мягко говоря, неумных выступлений на заседаниях правительства, он стал фигурой весьма одиозной. А Шеварднадзе не терпит рядом с собой людей, компрометирующих его имидж демократа и просвещенного правителя. Поэтому, когда в июне 1997-го парламентская следственная комиссия представила документальное доказательство того, что МГБ прослушивало телефонные разговоры редактора газеты «Сакартвело» и редакторов других газет министр государственной безопасности Грузии Шота Квирая был вынужден подать в отставку.
