Читаем без скачивания Бизнес - Йен Бэнкс

Нам посвящены десятки сайтов (среди них – ни одного, авторизованного нами). В зависимости от того, на какой из них вы будете ориентироваться, мы предстанем в одной из следующих ипостасей:

а) главная сила, поддерживающая Новый миропорядок (это, видимо, то, что американцы – не ведая в своей благости, что холодная война окончена, что они победили и мир принадлежит им, – превратили в очередной жупел, когда валовой национальный продукт Империи зла, как ее именовал Ронни, стал сопоставим с бюджетом «Дисней Корпорейшн»);

б) экстремистская, зловещая, еще более страшная ветвь всемирного сионистского заговора (попросту говоря,евреи);

в) долгосрочная группа глубокого внедрения, состоящая из проверенных кадров и подготовленная Четвертым Интернационалом для ниспровержения капиталистического строя изнутри за счет покупки большого количества крупных пакетов акций и последующей одновременной их продажи с целью вызвать обвал экономики (это, по-моему, самая занятная версия);

г) щедро спонсируемая, но малоизвестная секта приверженцев культа Нострадамуса, затеявшая устроить конец финансового света, по стратегическим целям близкая к Международным марксистам (не исключено, что данная группа отважных теоретиков пересмотрит в связи с этим свои позиции, если нам удастся перейти рубеж тысячелетия);

д) воинственное коммерческое крыло Римско-католической церкви (как будто ей нужен еще кто-то другой, если уже есть Банко Амбро-зио и Черные монахи);

е) столь же экстремистская исламская группировка, поклявшаяся превзойти евреев по всем статьям (самая маловероятная версия);

ж) зомбированное охвостье Священной Римской Империи, восставшее из гроба, насквозь прогнившее, но странно могущественное, имеющее целью восстановить европейское господство в Новом Свете, прежде всего в США, путем подрывных международных операций и введения евро (я бы дала первый приз за изобретательность);

з) прикрытие для картеля еврейско-негритянских финансистов, ставящих своей целью порабощение белой расы (признаюсь, буду благодарна тому, кто меня познакомит с еврейско-негритянским финансистом, но, наверно, я вращаюсь не в тех кругах... хотя, конечно, в тех самых);

и) заговор инопланетян, направляемый из космического корабля, зарытого в песках пустыни Нью-Мексико, имеющий своей целью вызвать крах... (можно не продолжать – смотри любой из предыдущих пунктов);

и, наконец,

к) пенсионный фонд Билла Гейтса.

Ну и облом, да еще при всех: ты восстановил подводную факельную линию для ночной посадки, расчистил озеро длиной в милю, лихой пилот стремительно пронесся в изящном гидросамолете над холмами и деревьями, белоснежный «Ил» легко коснулся воды и с шумом поплыл на другой конец озера под оживленные аплодисменты зрителей, сумевших вылезти из постелей до полудня, а твоя паровая катапульта – не далее как вчера гарантированно отлаженная лучшими механиками – не сработала. Вот дьявольщина, да? Но мне, честно говоря, показалось, что пилот, франтоватый иранец, вздохнул с облегчением.

– Черт тебя раздери!

– Ты ни в чем не виноват, дядя Фредди.

– Зараза! Черт тебя раздери! Пастуший посох дяди Фредди единым махом обезглавил два вазона астр и гортензий.

Итак, мы лишились удовольствия посмотреть, как экс-советский военный гидросамолет будет выстреливаться из катапульты через всю долину в направлении холмов – если внимательно приглядеться, в роще можно было различить воронки, оставшиеся от груженных сталепрокатом самосвалов, которые механики запускали из катапульты, чтобы проверить угол выброса, – но зато обновили электрический автодром.

Когда в тебя со всех сторон врезаются вошедшие в раж любители острых ощущений, не страдающие от похмелья и не обремененные навыками вождения, а ты сидишь скрючившись в аляповато раскрашенной жестянке, похожей на башмак, куда подается двести двадцать вольт, – это не лучший способ восстановить силы после безумной ночи, но я не могла обидеть дядю Фредди, которого совершенно убила неудача с катапультой.

Отв. на: К. У.

Кто что где?

К. Уокер. Обрати внимание.

В чем дело?

Подошла к нему вчера у д.Ф. Сказал, что прилетел накануне (т.е. в четверг). Нестыковка.

Верно; уточняю, как Адриан Джордж засек К. У. Первоначальное сообщение – фальшак (не мое, естественно). А. Дж. видел К. У. по пути в офис, а не внутри. Заметил его в такси на улице. Т. е. в среду. Что скажешь? Наверно, дата – тоже фальшак.

Об этом потом.

Ладно. Веселье в разгаре?

Какое веселье?

Разве ты сей[email protected]с не в Бл-ге?

Да, тут. Чинный вечер, как всегда, м. пр. А тебя куда занесло?

В Сингапур.

На отдых? Швейцарцам только дай волю – они весь Восток превратят в сплошной Сингапур (не сочти за комплимент).

Понятно. Тебе известно, что здесь запрет на жевательную резинку?

Ага. Наверно, Ли Кван-Ю сел на комок жвачки и прилип.

Интересно, это у них контрабандный товар?

Осторожно, м. б., такие речи приравнены к уголовщине или мелкому хулиганству.

Да пошли они! Я смеюсь им в лицо за жестокие гонения на чуингам!

Будем надеяться, тебе это сойдет с рук. Не прилипнет.

Юмор понял. Счастливо.

– Кейт.

– Да, дядя Фредди? – После обеда, когда гости Блискрэга еще отходили от излишеств прошлой ночи и готовились к излишествам следующей, дядя Фредди вызвал меня в свой большой и неимоверно захламленный кабинет.

– Жебет Э. Дессу.

– Сочувствую.

– Шутки здесь неуместны, девочка моя. Он – руководитель Первого уровня.

– Знаю. Из Канзаса? Коллекционер танков и прочей военной техники?

– Он самый. О нем как-то даже в новостях говорили, когда он купил парочку этих... как их... Снарядов каких-то, что ли.

– Ракеты «скад»?

– Точно.

– Так это был он? А я думала, кто-то другой – говорили, из Южной Калифорнии.

– Ага. Ну, стало быть, того и поймали, а Жебету сошло с рук. Это больше похоже на истину. Что-то я запамятовал. – Дядя Ф. смущенно опустил глаза, и в поле его зрения оказался валявшийся на полу длинный, серый, лохматый тюк, в котором я признала волкодава. Зверюга потянулся, зевнул, лязгнул грозными челюстями, да так, что по кабинету прокатилось эхо, после чего, обессилев от такой бурной деятельности, с тяжелым вздохом повалился на пол и снова заснул.

Дядя Фредди раскрыл рот, вроде бы намереваясь заговорить, но тут его внимание привлек какой-то предмет из числа тех, что лежали на столе. Стол дяди Ф. был погребен под слоем всевозможнейшего мусора, главным образом бумажного, который высился над крышкой на целую ладонь. Из его недр дядя Фредди вытащил длинную, изящную металлическую вещицу в форме буквы "У" и стал вертеть ее в руках с видом крайней сосредоточенности, потом помотал головой, пожал плечами и засунул вещицу на прежнее место.

– Ну, не суть, – сказала я.

– Действительно, не суть. Так вот. Как ты смотришь на то, чтобы навестить старину Жебета?

– Это обязательно?

– А что? Он тебе не нравится?

– Не в том дело, дядя Фредди, просто я его в глаза не видела, хотя молва бежит впереди него. Почему я должна его навещать?

– Да вроде как он сам хотел с тобой встретиться.

– Это хорошо или плохо?

– В каком смысле? Для него или для тебя?

– Для меня, дядя Фредди.

– Ну-у... скорее, конечно, хорошо. Тебе не вредно будет познакомиться со стариной Жебетом; все начальство его уважает, да еще как! – Дядя Фредди помолчал. – Мозги у него, конечно, набекрень. Кстати, ты же знакома с его... хмм... племянником – или кем он там ему приходится?

– Дуайт?

Немного отвлекусь. Имя «Дуайт» можно произносить особым образом: Ду-у-у-вает, что я и делаю, когда хочу намекнуть, что перспектива встречи с Дуайтом заманчива примерно в такой же степени, как предложение пожевать комок фольги. Вот и на этот раз я не удержалась.

– Дуайт. – Дядя Фредди озадаченно уставился в потолок. – Разве ж это имя, как ты считаешь, Кейт? Правда, этого... Эйзенхауэра тоже так звали, как сейчас помню, но его все называли «Айк», и я всегда путал, где тут уменьшительное, а где – полное.

– По-моему, имя как имя, дядя Фредди.

– Серьезно?

– Да ты не бери в голову. Это американское имя.

– А, понятно. Буду знать. Так вот, Жебет хочет, чтобы ты с этим парнем побеседовала. – Дядя Фредди нахмурился и пощипал отвислую мочку уха. – С племянником. С Дуайтом. Он ведь пьесы сочиняет или вроде того, да?

– Вроде того.

– Вот о нем и речь. Парень-то стоящий?

– Как драматург?

– Ну, хотя бы.

– Судя по тому, что я видела, нет. Но, конечно, кому что нравится. Вроде считается, у него талант.

– В каком хотя бы стиле он пишет? В современном, да?

– Конечно – по определению.

– Хм.

– Дядя Фредди, почему мистер Дессу настаивает, чтобы я побеседовала с Дуайтом?

– Хм. Вопрос резонный. Понятия не имею.

– Разве нельзя связаться по электронной почте? По телефону?

На лице дяди Фредди появилось страдальческое выражение; он неловко поерзал в кресле.