Очень важно правильно избрать объект. Среди магов крайне редки универсальные специалисты, способные подзаряжаться из любого источника. Одни пути даются легко, другие — тяжелы и мучительны. Проще всего обращаться к собственному сознанию, к собственному телу — ведь это самый ближайший и доступный источник.
Жаль только, что бездонных источников не бывает…
Вот цветы на горном склоне. Превосходный объект. Ванесса глубоко вдохнула и потянулась сознанием к распустившимся лепесткам. Тело, разум и душа вмиг наполнились дивным ароматом.
Постепенно девушка ощутила, почувствовала саму себя этим цветком. Почувствовала листья, лепестки, корень, тянущий капли влаги из скудной почвы. Почувствовала силу солнца и земли, что дают возможность расти и цвести. Почувствовала так, словно родилась и всю жизнь росла на этом склоне, будучи простым горным растением…
И вместе с этими чувствами по духовным линиям хлынула мана. Свежая, чистая, подобная сырой глине, из которой умелый скульптор может вылепить все, что угодно…
Но на этом все, увы. Пока что медитация для Вон — просто тренировка. Получение энергии из окружающего мира — лишь самое начало обучения. Как для пловца — умение задерживать дыхание.
Гораздо, гораздо сложнее — научиться правильно ману применять. Обратить ее из пока что бесполезных эфирных потоков во что пожелаешь. Боевое заклятие или защитный экран, материальный предмет или бесплотную иллюзию, изменить самого себя или же то, что тебя окружает.
Первая сложность в том, что «сырая» мана, полученная из внешнего мира, пока еще непригодна для магического действа. Чтобы подготовиться, она должна пройти обработку внутри мага, смешавшись с той маной, что производят чакры его собственной души.
Эта «родная» мана — наиболее эффективная и надежная. Поэтому некоторые маги предпочитают обходиться исключительно ею. К сожалению, объемы производства у отдельной человеческой души не слишком велики, и такой метод накладывает изрядные ограничения на продолжительность работы. После серьезного колдовства приходится подолгу восстанавливаться — иногда несколько дней и даже больше.
К тому же очень важны точный контроль и фокусировка. При колдовстве некоторый процент маны неизбежно будет израсходован впустую, просто рассеявшись по пути. Другое дело, насколько велик этот процент. Опытный и умелый маг потеряет лишь десятую или даже сотую долю маны. А вот неопытный и неумелый может выбросить на ветер пятьдесят, семьдесят, порой даже все девяносто процентов.
Именно поэтому на заявление «я могу удерживать столько-то маны!», человек знающий непременно уточнит — «а каков процент потерь?»
Подумав об этом, Ванесса грустно вздохнула. Ее собственная фокусировка пока что оставляет желать лучшего — почти сорок процентов вхолостую. Это совсем неплохо для зеленого новичка — но тренироваться все равно нужно больше, гораздо больше…
Столичная дорога пошла вниз. Здесь начинается перевал, выходящий к Рокушу. Вот лежит своего рода дорожный знак — груда камней, украшенная цветными ленточками. Рядом небольшой каменный алтарь — местные племена приносят здесь жертвы духам перевала.
Громыхающие автоматы спустились по склону и двинулись через развалины древнего города. Ванесса сразу поняла — это строили не гориане, а кто-то другой, живший здесь относительно недавно. Может быть, лет пятьсот назад.
Сразу чувствуются различия в архитектуре. Нет той глобальности, грандиозности, что присуща каждому строению Империи Гор. Да и вообще гориане предпочитали вырубать свои чертоги внутри скал, а не на открытом воздухе.
Нет, эти башни-обелиски в пять-шесть этажей выглядят совершенно иначе. Каждая стоит отдельно от остальных, постепенно суживаясь кверху и заканчиваясь аккуратной пирамидкой. Дверь не на первом этаже, а на втором — похоже, местные жители использовали для подъема приставные или веревочные лестницы. Видны узенькие бойницы.
Всякие мелкие постройки вроде домов и крепостных стен разрушило время, а вот башни до сих пор стоят почти неповрежденные…
— Кто здесь жил? — спросила Вон.
— Люди, — рассеянно ответил длик. — Это было семьсот лет назад — люди в те времена еще жили в Аррандрахе. Устраивали тут свои государства, тревожили горы глупыми войнами… Эти башни для того и предназначались — воевать.
— Да, они похожи на крепости… — задумчиво произнесла Ванесса, следя за крохотной фигуркой меж облаков. — Ой, какая странная птичка…
Но это оказалась не птичка. Постепенно снижаясь, фигурка из крохотной стала весьма внушительной.
Не птичка, совсем не птичка. Скорее уж звероящер.
Размером с некрупного слона. Задние лапы длинные, мощные, как у кенгуру. Передние, наоборот, коротенькие, скрюченные. Шея удлиненная, на конце — сравнительно небольшая голова с ярким гребнем. Крылья огромные, распахнутые парой корабельных парусов. Сзади извивается толстый хвост, усеянный шипами-колючками.
— Это что еще за птеродактиль?! - приподнялась Ванесса, разглядев чудовище как следует. — Дракон, что ли?!
— Это гаррата, — спокойно ответил длик, подняв голову к небу. — Судя по гребню — самец.
— Гаррата — это что?…
— Хищная летучая рептилия. Питается горными козлами и оленями, водится на юго-востоке Аррандраха.
— Мы не на юго-востоке, — напомнила Ванесса. — Мы на крайнем западе.
— Да, в этих краях они не водятся, — согласился длик. — Очень странно. Впервые вижу, чтобы гаррата залетела так далеко.
— Не само оно залетело… — проворчала Ванесса, крутя колесико бинокля.
Летучий монстр снизился еще сильнее, и Вон наконец заметила на его спине седока. Низко пригнувшийся колдун в красном плаще.
— Черт возьми, седьмой уровень… — простонала девушка, нашаривая пистолет. — Ну вот за что мне, молодой и красивой, столько неприятностей?…
Гаррата сделала вираж над колонной Стальных Солдат. Колдун в седле приложил ладонь ко лбу, внимательно разглядывая Ванессу, и начал снижаться.
— Эй ты, жокей долбаный!… - сердито окликнула его Вон. — Ты какого черта здесь забыл?!
— Что-о?… - удивленно приподнялись брови колдуна. — Это вы мне, дорогуша?…
— Ну не пеликану же твоему! — всплеснула руками Ванесса. — Давай, давай, разворачивай лошадку и двигай отсюда, пока не схлопотал! Горы большие, любуйся видами где-нибудь в другом месте!
У колдуна чуть заметно приподнялись уголки губ. Он легонько хлопнул гаррату по шее, и та развернула крылья, переходя на медленное планирование. Теперь летучий всадник движется почти с той же скоростью, что и топающие внизу автоматы. Совсем близко — камень можно докинуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
