Рядом с Фэном умостилась Эльфа. Когда-то она была полноватой, но сейчас олицетворяла собой грацию и ловкость. Стройная, поджарая, одетая в тёмно-зелёный охотничий костюм. Она с улыбкой смотрела на меня, поигрывая в руке оперением для стрелы.
Правее Эльфы сидела Маша. На её шее был шарф, в который вселился Одёжный Монстр. В руках девушка держала голубой комок слизи — одного из своих друзей. Хорошо, хоть Мясного Монстра не притащила.
Торнадо и Пиро присутствовали удалённо. На стене висел большой экран, на котором я и заметил эту парочку. Ну, хоть так. Рядом с экраном, прямо на полу, сидела Алиса и что-то быстро набирала на Илонке.
Позади Маши и Эльфы хмурился Стрелок, руку и глаз которому я обещал восстановить. Если Пиро захочет отказаться от своих крутых протезов — верну конечности и ему.
Сохатый тоже был тут. Что странно, он стоял с Федей и о чём-то с ним тихо разговаривал. И Леру я увидел. Она выглядела, как всегда, строго и сосредоточенно. Интересно, а Широ выполнил её желание?
Самурай был со Златой. Ну, неудивительно. С ними же рядышком сидел и Альфред. Миша Топор о чём-то шептался с Госпожой. Ещё одна пара в Ядре? Интересно.
— Начинай, Эйко, — Мэй стояла у стены с папкой в руках. Она кивнула японке, и та, глубоко вдохнув, начала:
— Я предлагаю попробовать вернуть интерфейс.
Мои брови поползли вверх. Ну ничего ж себе заявление.
— То есть не вернуть, — Эйка взяла стакан с кафедры и сделала глоток воды. Было видно, что она сильно нервничает. И эти её взгляды, которые она то и дело кидает на меня и Аню…
— Создать интерфейс, — продолжила японка. — Свой. И сделать так, чтобы у каждого члена клана имелась возможность увидеть свои характеристики. И если получится — использовать навыки.
— Как? — Мэй явно заинтересовалась. — Через смартфон?
— Да, — Эйко кивнула. — Но для этого нам нужно начать выпуск своих гаджетов.
— У тебя намечен план, как это можно реализовать? — у меня возникла интересная мысль.
— Кэтсуми создаст гаджет. Она вычислила, как можно измерить характеристики отдельного человека. Единственная проблема — привязка, время и безопасность. Это очень сложно, — Эйко разговорилась. Явно почувствовала наш интерес.
— Можно попробовать соединить новую технологию с клановым навыком, — задумчиво сказал я и поймал удивлённый взгляд Мэй. — Тогда проблем с безопасностью личных данных не будет — завяжем идентификацию на кровь и татуировку. А мы в свою очередь получим максимально подробную информацию о каждом члене Архитекторов. И если получится — установим жучки во всех устройствах.
— Очень здравая мысль, босс! — воскликнул Федя.
— А как же личная свобода? — неуверенно выдала Маша.
— Сейчас важнее ускорить развитие Сангиса. Иначе мы проиграем зомбакам, — пожал я плечами. — Да и не сможем мы каждого прослушивать. Но если возникнут подозрения в чьей-либо верности — почему бы не воспользоваться жучком.
— Насчёт времени, — Аня подала голос. — Я думаю, что мои способности увеличились, пока я была… без памяти.
— Увеличилось время существования копий? — понял я.
— Думаю, что да, — неуверенно кивнула Аня. — Где-то на неделю.
Я задумался. Если Аня сможет создать сотни копий гаджетов — это не сильно поможет. А вот если она сделает копии станков, которые создают детали гаджетов…
— Остальные способности тоже улучшились, — продолжила Аня. — Изменения размера и веса. Я даже научилась новому. Теперь могу не только умножать, но и делить.
— Ого, — я удивлённо уставился на Аню.
— Может, это сила одарённых? — задумчиво предположила Мэй. — Их “души” сами собой развиваются? С течением времени? Твоя сестра, Андрей, тоже сейчас гораздо способнее. Её куклы заменяют слаженную рейд-группу.
Хм. Если так, то, получается, и Настя выросла как Менталист. Хреново. Не думаю, что она смогла напрямую повлиять на моих родителей — они оба далеко не обычные люди. Но вот воздействовать как-то косвенно… Блин. Не хочу, чтобы она имела доступ к моему ребёнку. Может, убить её? Но тогда отношения с отцом и матерью точно разрушатся…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И я чувствую усиление, — заговорила Лера. А ведь она тоже одарённая — Телекинетик, вроде. — Но не настолько сильное, как от получения уровней или от слияния с Камнем Воли. Просто постепенно увеличивается контроль над способностью.
— Нужно исследовать этот вопрос, — я посмотрел на Мэй.
— Поняла, — та кивнула.
— И ещё, — я замешкался. — Попросишь Алекса подробнее изучить Луну? Нам нужен портал на неё. Пусть попробует открыть его там, где нет баз Авроры. И если получится — достанет нам лунный камень для изучения. Вдруг он поможет нам ускорить производство гаджетов.
— Я спрошу у него, — кивнула Мэй. — Алекс после потери интерфейса гораздо слабее контролирует некоторые свои способности. И порталы ему теперь строить в разы сложнее. Без сильного исследовательского центра он не сможет продолжить эксперименты.
— Что дальше?
— Ситуация в Японии очень сложная, — Мэй кинула быстрый взгляд на Аню. — Город Ханабира разросся, и, по моему личному мнению, по значимости он стоит выше наших баз в Африке и Америке. В том числе из-за особой ситуации, которая сложилась в Японии. К Ханибаре присоединяются не только люди, но и мутанты с Монстрами.
— Дальше, — спокойно сказал я, чувствуя, как внутри всё скручивается.
— Японцы ждут, когда ты и Эйко поженитесь. Протестные настроения в Ханибаре растут. Уже появились люди, которые публично обвинили тебя во лжи.
Я прикрыл глаза. Нужно что-то решать. Хотя тут нет выбора. Япония важна для меня. Без неё вероятность нашего поражения вырастет, даже если Эйко и Кэтсуми останутся в Сангисе. С прагматичной точки зрения привязать к себе Эйко, которая, по сути, является матерью Кэтсуми — единственно верный вариант.
Я открыл глаза и посмотрел на Эйко. Она вся покраснела и не знала, куда деть руки. Большие глаза, ямочки на щеках, чистое и белое лицо. Ещё одна красавица на мою голову.
— Нам надо пожениться, — констатировал я. — Но ты не будешь единственной женой. Надеюсь.
Я глянул на побледневшую Аню.
— Я дала своё согласие ещё в Японии, когда ты предложил озвучить перед всеми наш союз, — смело выдохнула Эйко. — Понимаю, что не смогу быть единственной у такого могущественного человека. Я не против.
Её слова смутили меня. Я заметил, как Топор показывает мне большой палец.
— К-хм. А ты?
Моя шея будто задеревенела, но я всё равно повернул голову к Ане.
— Я против, — пожала та плечами. — Но не могу потерять тебя. Мэй уже предупредила, что ты не сможешь поступить по-другому. И да, я надеюсь, что помимо Эйко никого больше не будет…
Я улыбнулся, чувствуя громадное облегчение. А ведь я не верил, что всё сложится удачно.
— Так. Это, конечно, всё интересно, но давайте вернёмся к делу. Следующий вопрос — новые исцеляющие способности Андрея.
Я кивнул Стрелку, и тот подошёл ко мне. Вёл себя так, будто ему скучно. Но он боялся. По сердцебиению чувствую. Стрелок открепил протез правой руки и вопросительно на меня посмотрел.
— Будет больно, — предупредил я и взял под контроль его же кровь.
Стрелок поморщился, когда рана на его культе открылась. А после все в зале стали свидетелями того, как секунд за тридцать у Стрелка выросла новенькая конечность.
— Охренеть, — подал голос Сохатый. — Так быстро!
— Стрелок — сильный Тёмный, — я смахнул пот со лба. — Обычному человеку я секунды за две отращу конечность. Так, теперь кое-что посложнее. Глаз.
— Нет, — Стрелок мотнул головой, сжимая и разжимая новенькую ладонь. — Глаз не нужно. Мой протез идеально усиливает мои способности сканера и снайпера.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пиро? — я посмотрел на экран.
— Не надо, — тот медленно покачал головой.
Так и думал. В нашем мире сила гораздо важнее внешности.
— Скольких людей сможешь исцелить за раз? — деловито спросила Мэй.
— Не уверен. Зависит от их силы.
