— И?
— Это издательство ты знаешь. Это…
— Ты к Але ходила что ли? — выпалил, догадавшись о её сподвижках.
— Ромик, пойми. Издательство твоей жены самое подходящее для новичка-копирайтера вроде меня.
— Нет, Маришка! Не смей туда соваться! — прорычал сквозь зубы, и Марианна отступила на насколько шагов от меня. — Ты вконец зарылась!
— Мне нужна работа, именно в сфере издательства. Ром, подумай сам, кто меня возьмёт без опыта и рекомендаций? — зашептала Маришка, озираясь по сторонам. Наконец-то голос разума в ней хоть где-то зашевелился. — Начать работать в небольшом издательстве с самых низов и вырасти — моя цель. Твоя жена, обещала подумать.
— Марианна, забудь об этом! — гневно прошипел также шёпотом. — Я догадываюсь, куда ты метишь. Предупреждаю один раз. Если сунешься к моей жене, я тебе этого не прощу.
Глава 18
Аля
С лёгким сердцем я отправилась в офис после беседы с Буланским. Возникшие трудности поправимы, а это самое главное для издательства сейчас. Честно говоря, когда я выслушала рассказ Игоря о его жизненных перипетиях, посмотрела на него иначе. Образ «гламурного мачо», создаваемый им годами, растворился в воздухе без следа. Простая манера общения, уверенность и спокойствие, исходившие от него в момент доверительного общения, породили во мне безмерное уважение. Он открылся с иной стороны. Предстал самым обычным земным человеком и боюсь, что начинал мне нравиться.
Окрылённая новыми идеями, я проработала вторую половину дня с большим энтузиазмом. Моя помощница получила список требующихся кадров. На открытые вакансии в течении часа поступило не менее полусотни резюме. Я просмотрела несколько и на фоне потенциальных кандидатов шансы Марианны на получение желаемого места уменьшились. Размышлять, почему Игорь был явно против трудоустройства кузины не стала. Разумная отсрочка, взятая для принятия решения, расставит всё по своим местам.
Когда я пришла домой, мужа ещё не было. Марья Ильинична возилась на кухне. Она протирала полотенцем вымытую посуду. Я предложила ей оставить это занятие и составить мне компанию за кружечкой цветочного чая.
— Не откажусь, — согласилась Марья Ильинична. Поставив чайник на плиту, она слегка стукнула себя по лбу. — Александра, чуть не вылетело из головы. Роман Андреевич недавно домой приходил. Переоделся и попросил вам передать, что вернётся около десяти вечера.
— Раньше Рома записки писал, теперь оставляет словесные послания? — развеселилась от его новенькой манеры. Он мог бы позвонить, но видно, не судьба.
Незапланированная отлучка мужа привнесла очередной привкус горечи к тому, что появился позавчера вечером. Прикинув, что проведу вечер до сна одна, не стала заморачиваться с ужином. Попросту впервые появилось желание не готовить для Ромы. Пусть идёт к чёрту! Почему бы не потратить свободное время на себя?
На первом этаже нашего дома располагался первоклассный SPA-салон. Переодевшись в удобную одежду, я отправилась к мастерам-косметологам. Два часа необычайного удовольствия. Массаж лица, омолаживающая маска, расслабляющий массаж и эпиляция. Из салона я выходила обновлённой, с нежной благоухающей кожей, как у младенца.
Двадцать два — ноль один отображалось на электронном будильнике. Рома к обещанному часу не появился. Я привыкла к подобному, за последние несколько лет.
Закутавшись в тонкое одеяло, я удобно устроилась на диване в гостиной. Пульт от телевизора в самый раз обнаружился под рукой. Пощёлкав по каналам, остановила свой выбор на кассовом фильме, который давно хотела посмотреть.
Шла пятая серия первого сезона «Открытие ведьм», когда муж вернулся домой. Он очень тихо закрыл дверь. Я прислушалась. Звук опустившегося кейса на комод, стук снятых ботинок, шорох, исходящий, когда он снимал пиджак, ещё какой-то шелест. Муж осторожно выдвинул ящик комода. У него это действие не просто вошло в привычку. Для Ромы спрятать гаджет под платками и перчатками — событие, переродившееся в обязательный ритуал. Уменьшив звук, я свернулась калачиком, проигнорировав приход мужа. Неделю назад, я бы летела к порогу на крыльях. С этого дня больше нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я не желала более интересоваться, как прошёл его день, где он был и почему вернулся за полночь. Последняя «близость» с мужем что-то непоправимо сломала во мне.
Я закрыла глаза, сделав вид, что сплю, потому что он зашёл в гостиную.
— Аля, — тихо позвал Рома, присев на корточки возле дивана. — Ты спишь? Просыпайся. Завтра будет шея болеть от неудобной позы.
Он потряс за плечо. Губы Ромы приблизились к уху, он снова позвал меня и поцеловал в висок.
— Пошли в комнату. В кровать. Вставай, фиалка!
Ровный тон мужа казался приветливым, но что-то в нём давно не то. До чего мы докатились?
Поездки без связи, утайки без смысла, предупреждения, переданные через домработницу. В былые времена Рома нёсся домой, трепетно сгребал в объятья, страстно или за разговорами проводил со мной вечера. Всё, что у нас было, куда-то безвозвратно пропадало. То, что виделось сейчас — полуразрушенные замки из песка.
— Алька, — он уткнулся лбом в плечо. — Не сердись. Я был у Литвинова. Выбирал тебе подарок к нашей годовщине. Слово за слово. Так мы и засиделись допоздна.
— Рада, что ты помнишь о годовщине нашей свадьбы, — равнодушно ответила ему. Поразило, что он вспомнил. В прошлом году Рома нечаянно забыл. Он находился тогда на конференции в Брюсселе.
— Новенький «BMW». Как ты хотела. Белый. Машина уже в паркинге. Аль, вот ключи!
Над ухом раздалось типичное бряцанье. Я повернулась лицом к мужу. Озабоченный вид Ромы меня не растрогал. Я смотрела на расстёгнутый ворот его рубашки. Идеально отглаженный воротничок интересовал куда больше, чем он сам. Рома улыбнулся, словно чеширский котяра. Вложил ключи от «немца» мне в ладонь. Тёмный брелок, отдававший прохладой металла, абсолютно не обрадовал.
— Завтра ты едешь в издательство? — между прочим спросил Рома. Подобного вопроса он никогда не задавал.
— А не должна? — насторожилась я.
— Дерзкая ты сегодня, — шутливо ответил он. — И пахнешь ванильным шоколадом.
Муж потянулся рукой к моим ногам. Провёл по левой от лодыжки до бедра. Его прохладные шершавые пальцы слегка оцарапали нежную кожу. Неосознанно я подалась немного вперёд. Вдыхая запах, исходящий от Ромы, почувствовала, что флюиды немного дурманят меня. Он заигрывал, но отчего-то не хотелось мужа. Впервые я решилась ему отказать.
— Ты сам выбирал автомобиль или положился на Литвинова?
Я поднялась с дивана, прошагала на кухню за стаканом воды. Ключи от «BMW» временно перекочевали в вазочку, стоявшую на столе.
— Сам выбрал. И протестировал машину, тоже сам.
— Похвально, Рома. Правда, не ожидала от тебя столь щедрого жеста. Случилось, может, чего?
— Нет. Просто порой мне тебя не хватает. И если я могу почему не побаловать жену?
Так-то оно так. И вроде складно, логично, и всё равно что-то не так. Я озаботилась мучительной мыслью, что не укрылось от Ромы. Он забрал у меня стакан, притянул к себе, и я, кажется, уловила незнакомый запах.
— У тебя новый парфюм? — я глубже вдохнула воздух возле его шеи. Терпкие нотки шлейфа раздражали рецепторы. В виске, сразу же отдалось болью.
— Нет, фиалка. Он старый. Помнишь нашу поездку в Париж? Это запах того парфюма, что мы приобрели там.
— Испорченный продукт пятилетней давности. Точно, — съязвила, глядя в глаза Роме. — Уже поздно. Пойду спать. Ужин я не готовила, так что не обессудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я не голоден. Поужинал с Литвиновым, — доложил Рома, проследовав за мной.
Что ж, отлично! Мы поднялись по лестнице на второй этаж квартиры. В спальне было полутемно. Горел лишь ночник. Рома погасил его, прежде чем раздеться. На пять минут он ушёл, а когда вернулся, прижался к моей спине влажной кожей.
