Пришлось наступить на хвост своему любопытству и вернуться к собственным идеям. Мне позарез нужен был концепт того, как продвигать спортивные мячи в этой глухой замороженной провинции. Я принялась источать идеи. Мальчик бежит по улице с мячом, у ребенка счастливое лицо, он будет играть с друзьями в футбол… «А тут вообще в него играют?» — задалась я вопросом. Потом пришла другая идея: девушки играют в волейбол. На деревьях натянута сетка, всё происходит на солнечной полянке рядом с берегом реки… «А реки тут есть?» — опять прервала себя.
Мучилась ещё час примерно, потом поняла: надо остыть немного. Мозг уже кипит. Тут вернулся Артур с пакетами, всё выложил на стол и ушёл в комнату. Я принялась разбирать продукты и начала готовить. Блин, придумала себе проблему! Могла бы сейчас спокойно сидеть и придумывать рекламу. Вместо этого, как дура, торчу у плиты. Эх, болтала б я поменьше!
Проходит ещё два часа, и я зову Артура есть. Он набрасывается на тарелку с супом, словно голодный зверь. Обжигает рот, но глотает, почти не жуя. Поглощает много хлеба, а я смотрю на него и ощущаю, как мне приятно. Выглядит всё со стороны очень по-семейному. Я — жена, которая ждала любимого с работы и основательно приготовилась. Он — муж, счастливый вернуться домой и насладиться вкусным обедом. «Прямо идиллия», — думаю радостно. И она рассыпается в прах, когда Артур, проглотив суп, отваливается на спинку стула и говорит:
— Ничего так. Есть можно. Недосолен и специй нет, а так, в принципе…
Будь я его женой, он бы сейчас огрёб по полной. Разделочной доской по макушке — это как минимум. Максимум — всю следующую неделю жил на бутербродах собственного приготовления. Но я ему не супруга, хотя обидно мне не меньше, а может даже и больше.
— Знаешь, что, Артур? — говорю сквозь зубы. — Ещё раз так скажешь, и я свои слова насчет полезного домашнего питания возьму назад. А теперь немедленно извинись.
— Прости, — опускает мой спутник повинную голову. — Не подумал.
— На первый раз прощаю, — снисходительно отвечаю. — А теперь поделись-ка своим креативом насчет тех треклятых мячей. Есть идеи?
Артур поднимает голову и хитро смотрит мне в глаза.
— Я исключительно с целью обмена опытом, — заявлю уверенно, хотя внутри всё трепещет. Ведь лезу не в своё дело! Мы же конкуренты! Не имею права так поступать! Если Жираф узнает, мне крышка.
— Конечно, я понимаю: одна голова хорошо, а две лучше, — говорит мой спутник. — Смотри, что подумал: здесь ведь лето очень короткое. Начинается в середине июня, а в конце августа уже заканчивается. Получается что-то около двух месяцев. За это время особо не поиграешь в мячик. Но можно кое-что успеть. Значит, надо отталкиваться от погоды. Что-то вроде…
— У природы нет плохой погоды? — подсказываю. — Это из фильма, было уже.
— Знаю.
— А что тогда? «Будет время для удач — покупай скорее мяч»?
Артур смеется. Я тоже. Местечково вышло, по-местному. Но ведь так и нужно, разве нет? Мы же сюда со своими столичными амбициями и правилами приехали, а тут народ простой, думает иначе. Поясняю это своему собеседнику, он соглашается.
— Мяч в руки от скуки, — предлагает слоган.
— Летом не зевай, мячи покупай.
— Лету — тело, мячу — дело.
— Мячи Tes Kott: и рад народ.
— У Tes Kott всё просто: мячи для игр и роста.
Мы накидываем слоганы, чтобы потом выбрать лучший и начать от него отталкиваться, выстраивая рекламную компанию. Решили остановиться на аудио- и визуальной продукции. С интернетом здесь туго, телевидения своего нет. Только газета местная и радиостанция. С ними и сотрудничает фирма «Успех», когда ей кто-то заказывает рекламу. В общем, развернуться нам особенно и негде.
Заканчиваем поздно вечером. Я снова плетусь на кухню, чтобы нажарить картошки. Благо, пока креативили, Артур часть времени провел за её чисткой. Потому мне теперь лишь нарезать, посолить, масла добавить с лучком репчатым да перемешивать, чтобы не подгорела. Этим и занимаюсь.
— Тебе идёт, — вдруг слышу от двери.
— Что?
— Ты за плитой такая домашняя, хозяйственная, — говорит Артур, и ни во взгляде, ни в интонациях не чувствуется тот снисходительно-кобелиный тон, которым он привык со мной разговаривать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нравится?
— Да.
— А ты женись! — говорю задорно, в шутку, и спутник мой вдруг теряется. Опускает глаза и уходит в комнату.
И мне почему-то становится немножечко совестно. Человек искренне сделал комплимент, а я ему по рукам надавала. Нехорошо. Потому, когда накладываю картошку на тарелку, порцию делаю побольше. Сама не хочу: на ночь картофель есть — растолстеешь. Потому иду в душ, заодно смыть с себя кухонные запахи. Волосы и так уже едой пропахли, словно у заправской поварихи.
Стою, намыливаю себя, водичка горячая летит сверху тугими струйками. Хорошо, здесь ванная, и мне хочется наполнить её и полежать, расслабиться. Но это потом как-нибудь, а пока стою под душем и смываю пену, напевая:
— Зачем мне солнце Монако?
Для чего, скажи, мне луна в Сен-Тропе?
Когда твой взгляд светит ярко,
В этом смысла — ноль, если тебя рядом нет…
В следующую секунду дверь распахивается и в душ входит Артур. Делает широкий шаг и оказывается прямо передо мной. Я замираю, даже не подумав прикрыться. Да и как?! А этот нахал, которого я только что вкусно покормила, стоит и пялится на меня, проводя взглядом снизу доверху и обратно!
У меня от возмущения дыханье замерло.
— Ой, прости, пожалуйста, — сказал Артур. Хотя лицо у него серьезное, глаза насмешливые и рот с трудом сдерживает скабрезную улыбочку. — Дверью ошибся. Не привык ещё. Подумал, здесь туалет.
Сказал, а сам не уходит и продолжает меня рассматривать. Черт возьми, да это переходит все границы!
— Пошёл во-о-он! — не выдержала и заорала я.
Артура как ветром сдуло.
Но зато, когда вышла из душа, на кухне царил образцовый порядок. Посуда перемыта, высушена и убрана в шкаф. На столе ни крошечки, ни капельки. Я прошла в комнату.
— С легким паром, — сказал Артур, как всегда делая вид, что ничего особенного не стряслось.
— Завтра ты купишь сюда кресло-кровать, — отвечаю на его натянутый комплимент. — Всё. Чеши на кухню. Я спать хочу.
Он поспешно забирает ноутбук и удаляется. Остаюсь одна в комнате. «Интересно, — думаю на грани сна, — что он ещё такого придумает, чтобы меня соблазнить? Хотя и методы выбирает дурные. Лучше бы на свидание пригласил».
Глава 15
Утром следующего дня отправляемся в «Успех», и Сан Саныч, которого я прозвала Колобком и за фамилию, и за внешний вид, готов перед нами расстилаться ковриком, только чтобы нам всё понравилось в его скромных владениях. Он юлит, лебезит, сыплет дурацкими комплиментами.
Нам по распоряжению Колобка нехотя выделяют два кабинета. Их пришлось арендовать у владельца здания, поскольку в собственных не потесниться. Помещения наши пусты, как моя нынешняя половая жизнь: стол, стул и настольная лампа. Даже компьютеров не поставили. Пришлось нам доставать ноутбуки. Хорошо, тут до нас прибраться успели. Но кабинеты давно были заброшены: я на подоконнике нашла засохший кактус.
Колобок тут же предлагает нам устроить сеанс видеосвязи с Жирафом. При упоминании его имени и отчества Сан Саныч начинает подёргивать плечом. Видимо, очень боится потерять контракт с нашим агентством и готов из штанишек выпрыгнуть, только чтобы высокие гости (то есть я с Артуром) были всем довольны. Вокруг нас жирной мухой суетится Люсенька. Она оказывает моему спутнику всяческие знаки внимания. То улыбнётся лукаво, то пылинку с лацкана пиджака снимет, то хихикнет по-дурацки над его шуткой.
Артур ведет себя как обычно. То есть кокетничает с секретаршей Колобка, буквально раздевая тётеньку глазами, и та под этими взглядами разве что не кончает бурно, стараясь сдерживаться. Зато вздыхает томно, ахает и охает, и будь её воля, она бы прямо здесь, в кабинете своего босса, куда принесла поднос с чаем и старыми баранками, отдалась ему на ковре.
