«Эге… А что это он?»
– И откуда ты знаешь? – Пользуясь состоянием парня, она, будто коршун, вцепившийся в жертву, набросилась на Марко.
– Слышал, – буркнул тот и повернулся к ней спиной. – Давай в другой раз.
Оливия, оторопев, замолчала.
– Йоши! – обратился Марко к коту, указывая на небольшую харчевню, видневшуюся за деревьями. – Нет желания перекусить?
Кот замялся. Оливия поняла, что ему хочется идти с Оливером, чтобы быть в курсе их поисков. Но одновременно он не мог бросить друга.
– А почему бы и нет, – после недолгого раздумья вымолвил твидл. – Закажу себе двойную порцию рыбы. Надо же хоть что-то из списка выполнить. Или я зря его составлял?
– Хорошо, – согласился Оливер. – Ждите нас в таверне.
К университету вела знакомая Оливии дорожка, посыпанная мелким песком. В отличие от сна, на ней не было опавших листьев, так приятно шуршавших под ногами. Припекало солнце, по синему небу неспешно бежали ажурные облака. Оливия не придала увиденному сну большого значения. Вначале она хотела рассказать о нем брату, но за чередой приключений позабыла, и видение с течением времени переместилось на задворки памяти. И лишь услышав про город Ламар, она вспомнила о нем. Но слова «Ламар» и «Университет непонятных наук» она могла узнать и от Оливера. Брат постоянно что-то рассказывал, и, разумеется, она большую часть его историй пропускала мимо ушей. Но память странная штука, и довольно часто в ней застревают неизвестно откуда взявшиеся факты. Именно так Оливия и расценила свои знания о Ламаре и местном университете невнятных наук.
– Оливер! Оливия! – вывел ее из задумчивости чей-то возбужденно-удивленный голос. – Неужели это вы? Вот уж не ожидал вас увидеть в Ламаре. Судьба все же благоволит мне.
Обернувшись, она увидела спешащего к ней высокого худого мужчину в темно-коричневой одежде, высоких, до колен, сапогах и кожаных перчатках.
– Гарольд! – Оливия радостно улыбнулась. – Выходит, вас не загрызли милнаторы?
Оливия отметила, что мужчина выглядит не совсем здоровым: бледная кожа, темные круги под запавшими глазами, трясущиеся руки, ссутулившаяся спина.
– Вы знакомы? – Оливер изумленно покосился на Гарольда.
Оливия вспомнила, что не рассказывала брату про него.
– Это Гарольд Макалистер, он знал наших родителей, – пояснила она и виновато обратилась к мужчине: – Простите, что не пришла тогда. Мне пришлось спасать брата. Вы в порядке? Выглядите усталым.
– Со мной все хорошо. – Макалистер неожиданно занервничал и опасливо оглянулся. – Те звери вскоре убежали вслед за вами. Я их не особо интересовал. Рад, что с тобой, – он перевел взгляд на Оливера, – и с тобой все в порядке.
– Вы знали папу и маму? – Оливер подался вперед. – Расскажите о них!
– Да, пожалуйста, – поддержала Оливия брата.
Она очень долго винила себя за то, что так и не успела расспросить Макалистера про родителей. И боялась, что упустила единственную возможность. Оттого и не говорила ничего Оливеру.
– Э-э-э… – Улыбка на лице Гарольда исчезла, и он мрачным тоном произнес: – Зря вы приехали в родной город.
– Зря? – удивилась Оливия.
– Родной?! – вскричал Оливер. – Так наша семья из Ламара?
– И как мы очутились в Лавинии? – поинтересовалась Оливия у Макалистера.
Тот покачнулся и едва устоял на ногах.
– Простите, – пробормотал он слабым голосом. – Я обязательно все расскажу, но сейчас мне надо идти.
– Что? – Оливия не верила своим ушам. – Вы не можете! Не имеете права! Вы должны рассказать все, что знаете.
– Я с удовольствием… – Макалистер чахнул буквально на глазах. Озираясь, он медленно заковылял по дорожке, тянувшейся вдоль здания университета. – Давайте увидимся позже. Непременно дождитесь меня.
– Откуда вы знали наших родителей? – Оливер сделал попытку остановить Гарольда. – Вы с ними учились? Жили рядом?
На них начали оглядываться проходящие мимо студенты. Макалистер умоляюще приложил палец к губам:
– Прошу вас, не шумите. Вы привлекаете внимание.
– И хорошо! – воскликнул Оливер.
– Простите, но мне действительно сейчас надо идти. Позже, увидимся позже. – В голосе мужчины явственно слышались умоляющие нотки. – Я никуда не денусь. Я же сам вас искал.
– Ну уж нет! – Оливия не собиралась упускать его во второй раз.
– Не надо, я все вам расскажу. – Гарольд на заплетающихся ногах неожиданно весьма резво припустил прочь. – Встретимся в университетской таверне через два часа.
Оливия, не желая отпускать Макалистера, вцепилась в его камзол.
– Скажите хотя бы, как звали наших родителей. Вдруг я больше вас никогда не увижу.
– Грег и Амелия Бэмфорд.
Оливия ослабила хватку, и Гарольд, освободившись, быстро удалился.
– Они жили здесь. – Оливер огляделся вокруг. – Вдруг встретим и других их знакомых?
– Хотелось бы. – Оливия медленно направилась к входу в университет.
Притихший Бузимба шел рядом. Рэнделл, не сговариваясь с лемуром, пристроился возле Оливера.
«Каждый получил по твидлу», – несмотря на мрачное настроение, улыбнулась Оливия.
– А почему ты не рассказала о встрече со знакомым родителей? – спросил Оливер, и в его голосе отчетливо слышались нотки вызова. – И как, а главное, когда ты с ним познакомилась? Я твой брат. К чему такая скрытность?
Оливия вздохнула. Она ждала этого вопроса и полностью разделяла недовольство брата. На его месте она бы рвала и метала. Но она не была на его месте. И сейчас ей требовалось дать Оливеру более-менее внятное объяснение своему поступку.
– Я не успела с ним толком поговорить, – призналась она. – Мы расстались, и я чувствовала себя виноватой, что упустила возможность узнать про маму с папой.
Она коротко рассказала про то, как столкнулась с Макалистером в Бахаре.
– И ты от меня такое скрыла? – В тоне Оливера по-прежнему сквозила горечь.
Оливии стало неловко, и она отвернулась.
– Тем вечером я оказалась перед выбором: пойти к Макалистеру или спасать тебя. Я выбрала тебя. Думаешь, меня не мучила совесть?
– Ты моя сестра. – Оливер взял ее за руку. – Ты можешь мне доверять. Всегда. И я в любом случае поддержу тебя. Ты единственный мой родной человек.
Оливия не ожидала от брата таких слов. И, не зная, что сказать, молчала.
– И что ты думаешь про Макалистера? – спросил Оливер. – Ты все-таки хоть немного, но поговорила с ним.
Она пожала плечами:
– Странный он. Так рвался нас увидеть, а потом убежал.
Оливер кивнул.
– Ради нас он приехал в Лавинию. Так может поступить только очень близкий человек, любивший не только своих друзей, но и их детей.
– Если он такой друг, то где он был все эти годы? – резонно заметила Оливия.
– Либо ему от нас что-то надо.
– И что? У нас ничего нет. Но одно могу сказать – если бы тогда в Бахаре он не подпалил хвосты милнаторам своими огненными шарами, то они бы меня сожрали.
– Он что, колдун?
– А, ну да. Забыла сказать.
– Колдун? – Оливер остановился. – Знакомый наших родителей – маг? Как Орозий?
– Вроде того…
– Нам везет! – Брат радостно потер руки. – Он должен знать, что происходит с твидлами. Эх, все-таки не зря мы приехали в Ламар.
Оливия отметила, что здание университета выглядит так же, как и в ее сне: старые кирпичные стены, множество прямоугольных окон, высокие, похожие на грибы башни, остроконечные крыши с бесчисленным количеством труб. Из полутемных ниш, расположенных на верхних этажах, грозно взирали статуи горгулий, свирепых львов и каких-то непонятных существ. Поднявшись по ослепительно-чистым ступенькам, Оливия собиралась открыть широкую дубовую дверь, как путь им преградил человек в мантии и небрежно надетом на макушку берете. Важно сложив руки на груди, он усмехнулся в начинавшую седеть бороду. Его взгляд из-под густых лохматых бровей скользнул по Оливеру и остановился на Оливии.
– Так-так-так… На студентов вы непохожи. Позвольте узнать, молодые люди, что вы здесь забыли?
Оливер замялся, промычав нечто неразборчивое. Видимо, не ожидал, что его не пустят внутрь. Оливия, напротив, нисколько не смутившись, тряхнула волосами и посмотрела человеку прямо в глаза. Она предвидела нечто подобное. Везение не могло длиться вечно. Ее сильно удивляло, что брат преспокойно разгуливал по разным учебным заведениям, а его никто ни разу не остановил. И вот этот момент настал.
– Куда это вы собрались с животными? – Мужчина перевел взор на Рэнделла с Бузимбой, а затем вновь посмотрел на Оливию. – И к тому же с твидлами.
Однако она не собиралась отступать. Ей не понравился тон этого человека. Вдобавок он смотрел на них сверху вниз, получая преимущество. Не зная, что делать, Оливия скопировала позу мужчины – скрестила руки на груди – и приняла надменный вид.
