паб, где пропустил две порции Kilchoman. Когда виски начал действовать, напряжение, от которого, казалось, звенела каждая мышца в моем теле, стало спадать и мне удалось расслабиться.
Есть одно неоспоримое преимущество у крепкого алкоголя – оно действует как лучший успокоитель и тогда становится похеру, что твой родной отец считает тебя никчемным неудачником.
ГЛАВА ПЯТАЯ МИКА
«Не могу дождаться, когда наступит завтра».
Эта мысль вертелась в моей голове всю субботу. Не из-за того, что мне не терпелось вернуться в класс (порой я была фанатична в своем деле, но даже мне требовался отдых), а потому что я хотела увидеть Дэниела.
Знаю, мне бы стоило начать переживать, мы ведь только вчера виделись, а я уже ощущала нехватку. И это правда начинало беспокоить.
Мне было любопытно, какие планы заставили его перенести наше занятие? Было ли это связано с женщиной?
Да и вообще, была ли у него девушка?
Я ничего не знала о его личной жизни. Впрочем, это было не мое дело, но мне все равно хотелось знать.
Джун уехала к родителям вечером в пятницу, оставив комментарий, что квартира в моем распоряжении, и я могу пригласить Уэсли.
Я бы могла, но мне этого вроде как не сильно хотелось.
В последние дни я стала ловить себя на мысли, что совершила ошибку, дав ему надежду. Уэсли был отличным парнем, и даже нравился мне, но всего этого было недостаточно, чтобы смещать свое внимание с карьеры, которая являлась для меня приоритетом.
Теперь я думала о том, чтобы положить конец этим отношениям, пока все не зашло слишком далеко.
Утром в воскресенье я была в предвкушении от двух часов, которые проведу наедине с Дэниелом. Мне нравились наши уроки, общение, которое сложилось; нравилось, что каждый раз я узнавала о нем что-то новое. Я убеждала себя, что мой интерес вызван исключительно тем, каким профессиональным и талантливым танцором он был, а вовсе не потому, что привлекал меня как мужчина.
Точнее, и это тоже, но эту часть я планировала держать под контролем, и не связывать личное с работой.
Из этого все равно никогда ничего хорошего не выходит.
Да я и не заметила, чтобы Дэниел был заинтересован мной как женщиной.
И это не должно было волновать меня.
Во время завтрака мне пришло сообщение от Дэниела, что само по себе было странным, ведь он никогда мне не писал.
«Перенесем на следующую субботу. Сегодня не получается».
Когда я прочла текст, меня охватило разочарование.
По какой причине он отменил все? Было ли это как-то связано с тем, что занимало его вчера?
Я ответила, что нет никаких проблем, но проблема была – я не увижу его сегодня. Но это проблема была только моей.
Эта ситуация все не давала мне покоя, поэтому вслед за первым сообщением я отправила второе.
«У тебя все нормально?»
Не уверена, что стоило это делать. Вдруг он воспримет это как вмешательство в его частную жизнь? А он, как я успела понять, не был сторонником подобного.
Он не ответил сразу. Я успела доесть, помыть миску из-под овсянки, сделать маникюр на балконе, и все это время я поглядывала на телефон, который вообще не подавал никаких признаков активности.
Только когда мои ногти начали подсыхать, а время приблизилось к полудню, я получила заветное:
«Да».
Ну вот, отлично, я бы могла успокоиться.
Да…
Так в его стиле, ничего лишнего.
И почему меня это так раздражало?!
* * *
В тот же вечер позвонила Джун. Кашляя и шмыгая носом, она сообщила, что слегла с гриппом и останется дома на пару дней, пока не сможет встать с постели.
Звучала она и правда не важно. Я пожелала ей поскорее выздоравливать, пить больше жидкости и всячески лечиться, и мы попрощались.
В понедельник, когда я пришла на репетицию, оказалось, что еще несколько человек пали от той же заразы, что и Джун, а нашлись те, кто пришел в театр с жаром и текущим носом, что мягко говоря, не обрадовало Дэниела.
Казалось, он и без того был в неважном расположении духа.
Видя такую потерю бойцов, Дэниел отпустил труппу на карантин, и репетиции на ближайшие дни отменили.
Я хотела поговорить с ним, но он сразу же ушел, сказав, что нам сообщат, когда репетиции возобновятся.
Мне нужно было зайти в костюмерный отдел на примерку – наши костюмы активно шились к премьере, до которой оставалось все меньше времени. Через полчаса я была свободна и решила зайти к нему, если, конечно, он все еще был в театре.
Дверь в кабинет Дэниела оказалась прикрыта неплотно, потому что когда я подходила ближе, услышала его разговор с кем-то на повышенных тонах. Учитывая, что голос был один и принадлежал он Дэниелу, я решила, что он говорить с кем-то по телефону.
Я не хотела быть свидетелем чего-то настолько личного. Уверена, сам Дэниел тоже этого не хотел. Мне стоило развернуться и уйти, но я замешкалась в коридоре, растерявшись. Вдруг разговор резко прервался. Испугавшись, что Дэниел увидит меня и решит, что я подслушивала, я хотела улизнуть незамеченной, но было поздно – он вышел быстрее, чем я могла достичь конца коридора.
‒ Микаэлла? ‒ позвал меня мужчина, и мне ничего не оставалось, как обернуться. ‒ Давно здесь стоишь?
Его лицо ничего не выражало, так что я не могла понять, разозлило его мое присутствие здесь, или нет.
‒ Минуту, не больше. Не хотела мешать тебе… или подслушивать, ‒ краснея, поторопилась объясниться я.
Мне показалось, он был чем-то расстроен, и вовсе не из-за меня. Интересно, кто тот человек, с которым он ругался?
Дэниел нахмурился.
‒ Почему ты еще в театре?
А вот это я могла объяснить.
‒ Была на примерке.
Он кивнул и подошел ближе.
‒ Так о чем ты хотела поговорить?
Я отмахнулась, сделав попытку улыбнуться.
‒ Это не срочно, ничего важного. Просто хотела уточнить по поводу субботы, но правда – это подождет.
Мне хотелось поскорее убраться из театра и от Дэниела, потому что мне казалось, что досаждаю ему. Но его следующий вопрос поставил меня в тупик.
‒ Машину водить умеешь?
Я растерянно моргнула.
‒ У меня есть права, но я не очень хороший водитель.
‒ Пойдет. Лови!
Я едва успела среагировать и поймать брошенный им ключ.
Ничего не уточняя, Дэниел направился к лестнице, и я последовала за ним.
Похоже, мне предстояло сесть за руль. Впервые за долгое время.
