Вопрос задал Михайло:
— Что случилось, когда вы оказались на Эпторе? Как погибли ваши спутники?
По телу Ями, несмотря на зной, пробежала дрожь. Он помолчал и начал рассказывать:
— Мы спустили шлюпку на воду и каким-то образом перебрались через прибрежные рифы. Когда мы высаживались на остров, уже смеркалось. Луна, помнится мне, только поднялась над горизонтом, хотя небо было еще голубым. «Полнолуние благоприятно для Белой богини Арго», — сказала нам жрица, стоя на носу шлюпки. Когда мы пристали, небо за ее спиной уже стало черным, а пляж казался серебряным. Вайти и я остались охранять шлюпку. Мы сидели на планшире, потирая руки от холода, и наблюдали, как остальные моряки поднимаются по прибрежным скалам: две группы по пять человек. Жрица Арго шла сзади всех... И вдруг раздался дикий визг. Чудовища налетели на них, как стервятники. Луна уже стояла высоко над головой, и своими крыльями стая тварей заслонила белый диск. Они устремились вслед за убегающими людьми, скользя по воздуху низко над землей. Потом началась свалка на серебряном песке. В белом свете луны сверкали сабли. Дикий визг и вой оглушали. Мы не замедлили стащить лодку в воду. Жрица Арго и горстка оставшихся в живых моряков побежали к нам. Но чудовища гнались за ними до самой воды — кто прыжками, кто бегом, кто паря над землей. Моряки гибли один за другим. Я видел, как один матрос упал и его голова откатилась от туловища, а кровь брызнула фонтаном футов на десять, оставляя черные пятна на песке, очень отчетливые в лунном свете. Одной твари удалось даже ухватить за вуаль жрицу Арго, и та, взвизгнув, скользнула в воду. Но вскоре верховная жрица, тяжело дыша, забралась в лодку. Мы думали, она вот-вот потеряет сознание, но нет. Пока мы гребли, жрица, как статуя, стояла на носу. Твари не полетели за нами. Кое-как мы ухитрились довести шлюпку до корабля, не разбив ее о скалы.
— Возможно, наши подводные друзья имеют к этому отношение, — удивился Гео. — Ями... Ты говоришь, жрица потеряла вуаль. Вспомни, на ней были украшения?
— Нет, — ответил Ями. — Она стояла на носу лодки в темном одеянии, и ее шея была гладкой, как слоновая кость.
— Значит, она не захотела брать камень с собой на Эптор. Ведь чудовища могли снова наложить на него свою лапу, — встрял в разговор Михайло. — Но, Гео, если Джорде шпион, то зачем он бросил камень в море?
— Из каких бы соображений он ни сделал это, наши друзья отдали мне оба камня, — вздохнул Гео.
— Ты говоришь, жрица Арго не знает, на чьей стороне морские существа — за Эптор выступают они или за Лептар, — задумчиво проговорил Ями. — А Джорде, пожалуй, знает, поэтому он и бросил им камень... Гео, я думаю, ты допустил ошибку. Ты говоришь, что ты поэт, и это твоя поэтическая ошибка. Ты делаешь вывод, что Змей не шпион только потому, что сомневаешься в искренности жрицы Арго. Она дала вам почти невыполнимое задание, лишив защиты, да еще потребовала, чтобы все было выполнено в точности. Разве честная женщина, рассуждал ты, может пожертвовать жизнью дочери ради камня?
— Не просто дочери, — перебил его Гео. — Жизнью Воплощения богини Арго.
— Но выслушай меня, — продолжал Ями. — Ты рассуждал так: раз она ставит передо мной невыполнимую задачу, то хочет вернуть себе былую власть. В том, что ты говоришь, может быть доля истины. Но ведь сама она тоже не взяла камень на берег Эптора, даже ради собственной безопасности. Теперь все три камня на Эпторе, и, если верить жрице, Лептар в большой опасности... У тебя два камня, и ты не можешь ими воспользоваться. И Змей, и Джорде могут оказаться шпионами, а вражду между собой они разыграли, чтобы, пока вы подозреваете одного, другой обвел бы вас вокруг пальца. Вы утверждаете, что Змей может передавать слова и образы в головы других людей?.. Так вот, я думаю, он запудрил вам мозги...
С минуту они сидели молча.
— Возможно, жрицу Арго раздирали противоречия, — продолжал Ями. — А пока вы наблюдали за ней, вас сбили с толку другие.
Солнечные лучи, отражаясь от поверхности воды в реке, отбрасывали искрящиеся зайчики...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Теперь заговорил Михайло:
— По-моему, чернокожий приятель говорит убедительнее тебя, Гео.
— Что же нам делать? — тихо спросил поэт.
— То, о чем просила нас жрица, если, конечно, это окажется в наших силах, — сказал Ями.
— Значит, нам нужно найти храм Хама, украсть камень, освободить юную жрицу Арго. Умереть, но не допустить, чтобы камни снова перешли к повелителям Эптора.
— Судя по твоему описанию этого местечка, ждать придется недолго, — пробормотал Михайло.
— И все же здесь что-то не сходится, — задумчиво протянул Гео. — Зачем подводным обитателям спасать тебя, Ями? Зачем нас вообще сюда перенесли? Почему Джорде решил убить тебя и другого матроса?
— Непонятно, — вздохнул Ями, — Бог Хам обладает странным чувством юмора и разрешает нам отнести волшебные камни к воротам своего храма. Может, он хочет, чтобы мы сами возложили их к его ногам... А потом нас казнят. — Тут моряк улыбнулся. — С другой стороны, возможно, ты и прав, Гео, а я шпион, которого послали, чтобы направить тебя по ложному пути.
Михайло и Гео переглянулись.
— Для объяснения всех фактов можно привести бесконечное число теорий, — пробормотал поэт. — Правило номер один: для начала выбирайте простейшую теорию, включающую в себя все известные условия, и придерживайтесь ее до тех пор, пока не появятся противоречащие ей факты... Правило номер два: только если факты опровергают вашу теорию ищите другую...
— Хватит философствовать. Пора в путь, — объявил Ями.
— Я только за, — согласился Михайло.
Гео встал.
— Подводные существа спасали нас от смерти. Давайте отправимся в глубь острова по берегу реки. Этот путь не хуже других, к тому же, он кажется мне более безопасным.
— Возражений нет, — согласился Ями.
— А как же камни? — спросил Михайло. — Может, закопать их, чтобы никто не нашел. Ведь если они...
— Возможно, я допускаю еще одну ошибку, но я бы оставил их у себя, — возразил Гео. — Хоть мы и не умеем обращаться с ними, но вдруг с их помощью удастся испугать наших врагов.
— Я согласен с поэтом, — объявил Ями.
— Однако я не уверен в непогрешимости своих выводов, — честно признался Гео.
— Давай-ка без этих штучек, — проворчал гигант. — Раз уж на нашу долю выпала эта работенка, мы должны действовать, а не сомневаться. Посмотрим, сможем ли мы повесить еще один такой камешек тебе на шею... — Он показал на два камня, мерцающих на груди Гео, а потом усмехнулся. — Еще один, и мы с тобой сравняемся по числу сувениров, — тут Михайло побренчал своим ожерельем из трех монет.
Глава пятая
Солнце спускалось все ниже, пока путники шли вдоль реки.
Двигаясь в глубь острова, они держались скалистого берега. Им то и дело приходилось пробираться через заросли лиан, которые тянулись к воде, зацепившись за нависающие над рекой ветви деревьев. Михайло отломил ветку толщиной с руку. Играючи он шлепнул ею по воде.
— Вот этой штукой можно вздуть любого, кто осмелится заступить нам дорогу, — объявил он.
— Скоро нам придется либо свернуть в лес, чтобы найти что-нибудь съестное, либо устроить засаду и подождать, пока на водопой придут животные, — сказал Гео.
Михайло с силой рванул ветку, загораживающую дорогу, и она поддалась его неуемной силе, обнажив белые древесные волокна.
— Держи. — Гигант вручил ее Гео. — Сейчас вооружим и тебя, Ями.
— А заодно попробуем кое-что разведать, пока не стемнело, — предложил моряк.
Михайло вручил ему третью ветвь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Глаза бы мои не видели этих мест, — пробормотал он.
— Но нельзя же спать на берегу. Надо найти укромное местечко среди деревьев.
— Смотрите, что это там? — удивился Гео.
— Где? — спросил Ями.
За прибрежными деревьями маячила какая-то тень.
— Это скала или утес?
— Может быть... — задумчиво произнес Михайло и с удивлением пожал плечами.
