– А мы так и будем жить в диких условиях? – продолжил Декос.
– Да, ребята. Я не вездесущий, ресурсы мои не бесконечные. Конечно, кое-что могу раздобыть, но в пределах разумного.
– Извините, пожалуйста, – обратила на себя внимание дочка адмирала. – Дима, видите ли, какое дело. Я не знаю, как вы, но большинство ребят впервые оказались в таких сложных условиях. Никто не умеет пользоваться всеми этими примитивными штуками. Мы как-то привыкли больше к пищевым синтезаторам и цивилизации. Откровенно говоря, я и сама никак не пойму, чего, куда и зачем, хотя мы с отцом иногда ходили в походы в дикую природу. А у многих ребят и такого опыта не было.
– Хм… – Карпов задумчиво почесал макушку. – Это проблема. У меня на родине детей с раннего возраста приучают жить на природе. Придётся мне провести вам мастер-класс юного рейнджера. Значит так, ребята! С завтрашнего утра мы начинаем тренировки. Каждое утро по два часа я буду учить вас, тысячника и сотников, навыкам использования древних инструментов и выживания в дикой природе. Затем вы будете передавать эти знания десятникам своих отрядов. Они, в свою очередь, научат каждый свой отряд. Я бы и рад приставить к каждому десятку по взрослому инструктору, но сами понимаете, это из разряда несбыточных фантазий. Иначе тысячу хлорави никак не научить.
Загрузив инструкциями старших ребят, Карпов оставил инопланетных подростков играть в рейнджеров и вернулся к отложенным делам.
* * *
Сэм Корсак очнулся в странном помещении. Серые стены, пол и потолок, как будто каменные, но явно искусственного происхождения. Лежал он на мягкой раскладной кровати допотопного вида из ткани и серого металла, который напоминал алюминий, при этом спальное место выглядело новым.
Из одежды на нём оказалось лишь нательное бельё. Укрыт он был спальным мешком с застёжкой-молнией. Таких спальников он ещё ни разу не встречал, даже самые дешёвые из них оснащались магнитной застёжкой.
Небольшое помещение освещалось потолочной лампой. Окон не было. Лишь имелась дверь, причём из какого-то паршивого качества белого материала, похожего на пластик.
Стоило Корсаку встать на ноги, как ступни обожгло холодом. Но Сэм заметил тумбочку без дверцы. На ней стоял прозрачный стеклянный графин с водой и гранёный стакан, а внутри тумбы лежали его одежда и обувь.
Сэм потрогал стены – они тоже были холодными. Дверь оказалась заперта.
Одевшись, он стал громко колотить по двери.
– Эй! Эй, есть там кто-нибудь? Я в туалет хочу. Выпустите меня!
Корсак услышал гулкие шаги за дверью. Затем раздался щелчок механического замка, и дверь отворилась. Напротив него в дверном проёме стоял среднего роста седой, но молодой с виду мужчина-человек.
– Привет, дружище, – добродушно улыбнулся он. – Пошли, провожу тебя в туалет. Иди вперёд.
Карпов подтолкнул пленника, задавая ему направление к санузлу.
– Где я? – Сэм вертел головой, осматривая коридор. Стены, потолок и полы были сделаны всё из того же искусственного камня. – Парень, ты кто? Где наш звездолёт?
– Хм… Много вопросов. Не волнуйся, делай свои дела, после мы спокойно пообщаемся.
Сэм, оказавшись в уборной, панически пытался сообразить, что произошло. Это место напоминало ему тюрьму, но до неё не дотягивало. В настоящей тюрьме всё более надёжно и современные технологии встречаются повсеместно. Например, где это видано, чтобы унитаз не утилизировал продукты жизнедеятельности, а смывал их с помощью воды? Это же безумная трата ценной в космосе жидкости! А странные лампы? Такие Сэму никогда видеть не доводилось, слишком большие.
Голова Корсака безумно раскалывалась от мигрени, в теле всё ещё ощущалась слабость. Последнее, что он помнил, это как внезапно его настиг паралич, потом дроид поместил его тело в медкапсулу, и он уснул. Проснулся же тут, непонятно где, но точно не на пиратском фрегате. Значит, его похитили? Неужели этот парень?
Он вышел обратно в коридор и обнаружил того же мужчину.
– Так, где я?
– Тебя как зовут, приятель?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Сэм.
– Сэм, можешь звать меня Дима. Пойдём, я тебя накормлю.
Карпов привёл пленника в столовую. Сэма поразила миниатюрность помещения, словно на древнем космическом корабле, на котором активно экономили пространство. За небольшим раскладным столиком двум мужчинам едва удалось разместиться. Ещё больше в ступор его ввело то, что Дмитрий не пользовался пищевым синтезатором, да его тут и не было. Он выставил на стол натуральные продукты.
На тарелках из тонкого белого пластика лежали нарезанная колбаса, сыр, фрукты, хлеб. В носу Сэма засвербело от резкого дурманящего аромата горячего чёрного напитка в стальной кружке. По запаху было похоже на каф, но немного не то.
– Ого! – удивлённо вскинул брови Корсак. – Неужели еда натуральная?
– Самая натуральная.
Сэм набросился на еду, заглушая чувство дикого голода, словно он ничего не ел целые сутки. Скорее всего, так и было, поскольку нейросеть показывала, что почти сутки он провёл без сознания. Утолив первый голод, он с удовольствием отхлебнул горький напиток, который действительно был похож на каф, но это словно небо и земля. Искусственный каф казался помоями на фоне этого божественного напитка.
– Ох, – откинулся он на спинку стула, – давно я не ел натуральной пищи. И всё же, где я? Что произошло? Это не похоже на тюрьму, там меня бы не стали кормить натуральными продуктами.
– Нет, Сэм, это не тюрьма. Можешь считать, что ты у меня в гостях. И так будет продолжаться, если мы договоримся.
– Договоримся? О чём? Дима, не темни, скажи уже нормально, что произошло?
– Вы выбрали не ту звёздную систему, чтобы устраивать свои тёмные делишки. Из-за вас нарушились мои планы. А я, Сэм, этого не люблю. Поэтому я захватил ваш фрегат. Все твои коллеги по цеху, эти мерзкие похитители детей, сейчас голые, без еды и оружия высажены на необитаемый остров. Вначале я хотел вас всех убить, но пока решил повременить с этим.
– Э-э-э…
Сэм квадратными от шока глазами посмотрел на Карпова. У него в голове не укладывалось, как один человек сумел справиться с целой командой пиратов. То, с каким спокойствием была подана информация, приводило в трепет и ужас. А ведь он помнил, что паралич разбил не только его, но и других членов пиратского фрегата. Помнил тот ужас от невозможности управлять медицинской капсулой.
– КАК? Как тебе это удалось?
– Это вам ещё повезло, что я действовал с выдумкой, а не использовал все свои способности, – высокомерно ухмыльнулся Карпов. – Если твою голову посетила глупая мысль сбежать, лучше выброси её куда подальше. Я скручу тебя, как младенца, и ни капли не запыхаюсь.
– Парень, слушай, я ни в чём не виноват! Я обычный медтехник. Когда я устраивался работать на этот корабль, то не знал, что его экипаж промышляет пиратством. А потом стало поздно, я замарался в их делишках, хотя не хотел этого. Но с такого звездолёта можно уволиться только без скафандра в открытый космос.
– Сэм, я даже готов сделать вид, что верю тебе. И даже не отправлю тебя к коллегам. Более того, я даже не сдам тебя копам… Если ты согласен со мной сотрудничать.
– Копам?! – Сэм не знал, что больше пугает его, то ли отправка на необитаемый остров к толпе оголодавших головорезов, то ли полиция и тюремный контракт. – А-э… Что от меня потребуется?
– Самая малость. Тебе, Сэм, всего лишь придётся выполнять свои обязанности медтехника. Ну и ответишь на мои вопросы, покажешь кое-что, немного поможешь.
– Всего лишь? А долго мне этим заниматься?
– Нет, недолго. Три-четыре недели. Потом можешь отправляться на все четыре стороны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ум… – Корсак задумчиво помассировал виски в надежде, что головная боль отступит. Но это не помогло. – Мне бы в медкапсулу. Башка раскалывается!
– Это можно организовать. Ну, так что, ты согласен помочь мне?
– Д-да… – с неуверенностью начал он, но затем более твёрдо произнёс: – Да, согласен! Лучше месяц бесплатно поработать, чем потом десять лет гробить здоровье на тюремных рудниках.
