Мужчины не сдвинулись с места. Девон последовал их примеру.
— Я не желаю беседовать наедине с в… — В этот момент ее взгляд переместился с него на Грома, и ее глаза широко распахнулись. — Какой красивый конь!
Девон скрыл улыбку. Малкольм был прав. Кэт любила лошадей.
— Гром — прекрасное животное. И это ему известно.
Один из мужчин — рыжеволосый, плотный с неодобрительным взглядом и мрачным выражением лица, произнес:
— Мисс Кэт, у нас есть работа, которую необходимо сделать.
— Да, Саймон, — согласилась девушка, продолжая приближаться к Грому. — Как долго он у вас?
— Я купил его год назад.
Она подошла к ним и положила руку на шею Грому. Лошадь сделала вид, что испугалась. Кэт рассмеялась и схватилась за уздечку, вынуждая коня стоять спокойно, пока она поглаживала его по боку.
— Он довольно нервный, не так ли?
— Мисс Кэт, — вмешался другой мужчина, — темноволосый бородач с густыми бровями. — У нас есть стекло, с которым нужно работать и время, которое необходимо тратить с пользой. — Говоря это, он продолжал сердито смотреть на Девона.
— Стекло? — тихо спросил Девон так, что только одна Кэт могла услышать его.
Она собралась ответить, но заколебалась.
— Неважно. Это всего лишь касается работы.
Девушка повернулась к темноволосому мужчине.
— Я хотела бы поговорить с мистером Сент-Джоном. Идите в мастерскую и начинайте без меня.
Мужчины угрюмо разглядывали Девона, несомненно, осуждая его за слова Кэт. Воспользовавшись удобным случаем, Девон пристально посмотрел на них в ответ. Это была странная компания. Некоторые из этих мужчин были темноволосыми, некоторые — рыжими. У одних были веснушки, у других — не было. За исключением роста и сердитых взглядов, все они были чрезвычайно разными.
Девон засомневался: собирались ли они позволить Кэт остаться и поговорить с ним. Хм. Имел ли кто-нибудь дело с семью великанами? Он не мог вспомнить ни одной из волшебных сказок его матери, которая давала бы указания по этому поводу. Вот если бы у него имелось немного волшебных бобов. Эта мысль заставила его ухмыльнуться, что совершенно не понравилось высокому собранию.
— Мисс Кэт, — рявкнул рыжеволосый. Было очевидно, что он был главным среди них. — Я не думаю, что вам следует стоять и разговаривать с незнакомцем.
— Саймон, ради… Что, по-твоему, может случиться? Мы стоим здесь, посередине поляны. Если этот мужчина окажется достаточно глуп, чтобы начать приставать ко мне, я поставлю ему синяк под глазом и отошлю туда, откуда пришел.
Девон постарался воздержаться от улыбки из-за ее невозмутимой манеры говорить. Он не знал другой женщины, которая могла бы сделать подобное заявление в такой бесстрастной манере.
— Саймон, — сказала Кэт. — Отведи парней обратно внутрь. Я скоро приду.
— Нам необходимо сделать еще два окна, — ответил Саймон, не отводя пристального взгляда от Девона.
— Я это понимаю, — сказала Кэт со стальной ноткой в голосе. — Именно поэтому вам всем необходимо вернуться обратно к работе. Я не могу делать разрезы, пока вы не подготовите стекло.
Независимо оттого, что это означало, это должно было быть правдой, так как мужчины беспокойно зашевелились. Наконец, Саймон опустил свои плечи и кивнул.
— Очень хорошо. Если мы вам понадобимся, то позовите.
Кинув в последний раз холодный взгляд на Девона, он повернулся к остальным.
— Возвращаемся назад, парни. Чем быстрее мы подготовим стекло, тем быстрее мисс Кэт обрежет его.
Как только мужчины вернулись обратно в здание, Девон посмотрел на Кэт.
— Ваши слуги?
— Нет, подмастерья. За исключением Саймона. — Она наградила Грома последним похлопыванием, а затем сделала шаг назад, встретившись с ним взглядом.
— Почему вы здесь, сассенах?
— Сассенах?
— Англичанин.
Девон не был уверен, что ему понравилось то, как она произнесла это слово.
— Вы тоже англичанка. По крайней мере, наполовину.
Ее рот сжался, зеленые глаза осуждающе смотрели на него.
— Вы разговаривали с Малкольмом.
Девон кивнул.
Слегка покраснев, Кэт повернулась лицом к дому.
— Полагаю, что я не должна быть удивлена.
Девон заметил большую деревянную стружку в золотисто-рыжих волосах Кэт и потянулся, чтобы вытащить ее, но Кэт отпрянула от него.
Она подозрительно взглянула на Девона.
— Что вы делаете?
Улыбнувшись, он вновь потянулся к ней, только на этот раз медленнее. Девушка оставалась неподвижной, хотя ее тело было таким одеревеневшим, что он почти мог ощущать напряжение, сковавшее ее.
Вполне возможно, Кэт Макдональд немного опасалась прикосновений. Девон задался вопросом, было ли это результатом того случая, который оставил ее «обесчещенной» в глазах общества, или потому, что другие гости Малкольма непрерывно добивались ее, когда приезжали с визитом.
Девон вытащил деревянную стружку из ее волос и показал ее девушке.
— Чем вы занимаетесь?
Она взяла деревянную щепку и бросила ее на землю.
— Помогаю Хэмишу с рамами.
— С рамами?
— Получается, что Малкольм не сказал вам всего. Я не леди, Сент-Джон. Я живу своей жизнью. Она решительно вздернула подбородок и произнесла с легкой гордостью:
— Мы производим стекло, парни и я. Самое лучшее стекло.
— Если вы — мастер-стеклодув, то почему в ваших волосах запуталась деревянная стружка?
— Потому что стекло должно быть вставлено в раму. И правильная рама настолько же важна, как и подбор правильных цветов для картины.
— Вы и «парни» делаете все это сами?
— Да, и заказов у нас предостаточно.
Его взгляд подметил в ней все: от гордости в ее глазах до сильного тела и четкой грации рук. Она была загадкой, эта женщина, странным сочетанием силы и … было ли это ранимостью? Или гордостью? Нечто сладкое и утонченное таилось в глубине ее глаз, и Девон был твердо намерен выяснить, что именно это было.
Несмотря на первоначальное решение Девона всего лишь слегка пофлиртовать с Кэт, он допускал, что был до некоторой степени очарован. Не слишком сильно, конечно же. Он не был столь глуп, чтобы полагать, что его интерес был любовью. Конечно же, это не было любовью. Но это обещало сделать флирт особенным, и для Девона это было то, что надо. Уже прошло много времени с тех пор как женщина, — любая женщина, вызывала в нем искренний интерес. Все женщины, которых Девон знал, за исключением экономки, прачки, и одной или двух горничных, не имели профессии. Несомненно, все в Кэт Макдональд было более значительным — ее рост, ослепительный цвет волос, даже нежная хрипотца ее голоса, — все было «более», в некотором роде. Более чем он ожидал, и намного больше, чем должно быть у добродетельной леди.
