— Змеюка ты подколодная, Забан! — взревел снизу Муммульф.
— Это на мне-то ни царапины?! Чтоб тебя так сегодня приложило, как меня вчера! Сидите тут, задницы греете, а говорят, Орды Нежити скоро лавиной попрут. Посмеюсь я тогда над вами, ох посмеюсь!
— Не захлебнись от смеха, — прогудел Забан. — Ты у нас насмешник известный.
— Давай-давай, — поощрил Муммульф. — Торжествуй. Ты-то у нас храбрый только когда меня в каменный мешок сажают, герцог Забан.
— Ах ты, скотина! — взвился задетый за живое Забан. — Чтоб тебе сгнить в этом мешке! Чтоб тебя виверна покусала!
— Не твоя печаль, — хохотнул Муммульф. — Не твоя забота.
Синий демон Ашкаэль прогудел со своего места:
— Ты сам жаловался, что устал, герцог Муммульф. Наслаждайся теперь заслуженным отдыхом, набирайся сил, здоровья.
— И ты не кашляй, синенький! — не остался в долгу арестант. — Не надорвись, столицу охраняя восемьюдесятью когортами.
Кое-кто (тот, кто сидел подальше от Ашкаэля) откровенно ухмыльнулся.
— Да что с ним разговаривать! — надулся герцог Забан. — Накрыть клетку его же мантией, пусть посидит в темноте, подумает.
Рету приуныл — не вспомнило бы благородное собрание, что к пантеровой мантии прилагался еще переносчик, да не стало бы выяснять, куда он делся…
Но тут вернулся Бетрезен.
— Люди предлагают нам союз, герцоги мои! — объявил он. — Это очень забавно. Я не хочу пятнать этот зал их присутствием. Все перемещаемся в пыточную. Кроме нашего дорогого Муммульфа, конечно.
Адские герцоги дружно загоготали.
— В пыточную!
— Там точно будет весело!
— Запомнят они этот союз!
Бетрезен, снова обернувшийся печальным светлым ангелом с плеткой в руке, смотрел на них с доброй отеческой улыбкой.
— Не напугайте послов с порога, — предупредил он. — Пусть сначала поверят, что их держат за равных. Веселиться будем в конце.
Адские герцоги оборотились в демонов, облачились в свои великолепные мантии. Бетрезен хлестнул жабку напоследок еще раз и вышел в окружении дьявольской свиты.
В пустом зале остались трое: Рету, затаившийся под столом, Адский герцог Муммульф в каменном мешке и печальная жабка с серебряной лапкой, прикованная к трону.
Рету подождал, подождал, а потом выбрался из-под стола. Хотел выглянуть из окна, сначала на одной стене, потом на другой — и понял, что окна только с виду ничем не закрыты. На деле же там невидимая защита стоит, крепче решеток. Подошел к трону и попытался оборвать жабкин поводок, приковывавший ее к тронной ножке. Жабка посмотрела на Рету полными слез глазами и вздохнула.
Рету задумался: как же можно освободить бедолагу- зверюшку?
— Кто тут? — насторожился в яме герцог Муммульф.
— Я, — честно отозвался Рету.
— Ты что там, гном, творишь? — удивился Муммульф. — Жить надоело?
— Я не гном, — наконец объяснил демону Рету. — Я не из Горных Кланов.
Жабка, волоча за собой цепочку, поднялась на верхнюю ступеньку трона и неожиданно подпрыгнула на одной из плит.
Решетки на каменном мешке исчезли.
— Герцог, вылезайте! — увидев это, заторопился Рету. — Вдруг закроется!
Герцогу Муммульфу два раза повторять не пришлось — он выскочил из ямы как ошпаренный и завис в воздухе, махая крыльями.
— И кто ж это у нас такой умный? — спросил он.
— Она! — показал на жабку Рету. — Мне ее выгулять надо, но с этим посольством такая неразбериха теперь, ключ забыли дать, не могу ее отцепить.
— Угу… — Физиономия Адского герцога была непроницаемой. — Все понятно.
Он спустился к трону и легко дернул цепь. Звенья не выдержали, цепь лопнула.
— На! — вручил Рету свободный конец цепочки, как поводок, герцог Муммульф. — Гуляй.
— Благодарю, — скованно поклонился Рету и повел жабку, как собачку, вдоль стола к выходу.
Адский герцог Муммульф сначала с интересом смотрел ему вслед. Потом пошел по другой половине зала, но не к выходу, а к стойкам для мантий: он углядел, что его пантеровая роскошь лежит на полу.
Жабка не очень хотела идти гулять, она все норовила спрятаться под кресла. Рету просто замучился оттуда ее вытаскивать. Сильно дергать цепочку он боялся — жабка и так несчастная, забитая вконец, она же не понимает, что Рету ей не враг. С другой стороны, неизвестно, сколько Адский герцог тут так развлекаться будет. В любой момент ему может надоесть эта игра, возьмет Рету за шиворот, да и посадит в каменный мешок вместо себя.
Муммульф не спеша возложил свою мантию на стойку, расправил пантеровые морды, любовно пощупал зубы у парочки голов.
— Пятерку когорт пришлось за нее в кости герцогу Маврисиону продуть, — признался он Рету. — Смухлевал, конечно, но зато вещица что надо! Круче медведей герцога Ульфара.
— Роскошная штука, — согласился Рету. — Но и тяжелая.
— А ты думал! — хохотнул довольно Муммульф. — Красота, брат, дело непростое! Зато меня ведьмы любят, а Ульфара с подбитым крылом — нет. Кислый он и скучный. И Забану только за деньги отдаются. А мне — так, безвозмездно. Как какая на мантию глянет — так сразу и моя! Да и без мантии бесплатно любят, иногда. Они мне, остальные, тут потому все и завидуют.
— Они правда хотят вас в этом мешке сгноить? — спросил совершенно искренне Рету.
Непонятно чем, но Адский герцог Муммульф был ему симпатичен.
— Эти-то? Да кишка тонка! — гыкнул Муммульф, расправляя пантеровые хвосты. — Куда они без меня денутся?
Это ж повелитель только грозится мне отдых от нежити дать, а на деле шиш кто на мое место пойдет. Дураков таких нет. Опять небось договорились заранее, кто как перед повелителем выкручиваться будет, лишь бы с Ордами не сталкиваться. Знаю я их как облупленных.
Рету наконец-то довел жабку до выхода. И уже хотел попрощаться с Муммульфом, как дверь сама распахнулась. На пороге стоял Падший ангел, за чем-то вернувшийся в зал.
— Ты как?.. — ахнул он, увидев Рету с жабкой.
От ужаса сердце у Рету провалилось в пятки. Он застыл на месте. Но фиолетовая жабка с серебряной лапкой скакнула вперед, разинула пасть во всю ширь и от души вцепилась в белый ангельский сапожок своего повелителя, он даже закончить фразу не успел.
С криком Падший ангел стряхнул жабку с ноги, выскочил вон и захлопнул дверь.
— Ага, даже так, — бодро подытожил Муммульф, внимательно за всем наблюдавший.
Он схватил пару стоек, одним неуловимым движением оказался у двери, вбил одну стойку для мантий в дверные ручки, заклинив створки. С той стороны опомнившийся, хотя и не до конца, Падший ангел принял демонический облик и навалился на дверь всем телом, пытаясь ее выломать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
