Здесь мы вновь вынуждены предупредить наших читателей относительно достоверности приводимых рисунков. Внутреннее убранство мегарона могло состоять из гораздо большего числа вещей, чем нами показано. Высокие колонны могли быть украшены прислоненными к ним копьями, а на стенах могло висеть другое оружие. Мы знаем, что Одиссей убрал оружие из зала перед тем, как начал истребление женихов. Вдоль стен размещались лежанки и сиденья, покрытые овчинами, и перед ними стояли трехлапые столики. Сундуки использовались для хранения одежды.
Гости спали на лежанках, стоявших в прихожей, располагавшейся под колоннадой. Когда Телемак прибыл в Спарту, он устроился на ночлег таким же образом («Одиссея», песнь четвертая). Отсюда гости легко могли добраться до купальни, в которой стояла ванна, подобная той, которая показана на рис. 58. Вода для ванны подогревалась в большом котле.
Покои Телемака описаны в первой книге «Одиссеи». Согласно этому описанию, они возвышались над просторным двором. Он ложился спать при свете факелов, вешал свою тунику на крючок и засыпал на сдвинутых лавках, завернувшись в овечью шкуру. Старая няня Эвриклея прислуживала ему, и, когда она уходила, он запирал ее изнутри. В двадцать первой песни говорится о том, что, когда Пенелопа отправилась искать лук Одиссея, она взяла ключ, ослабила узел и, вставив ключ, затем вытащила засов.
На рис. 59 показаны оригинальные дренажные трубы из обожженной глины, которые использовались в Тиринфе. Они выглядят не так современно, как округлые трубы с плотным соединением, найденные в Кноссе сэром Артуром Эвансом.
Перейдем теперь к описанию продуктов питания и процесса еды. Мы уже знаем, что жертвоприношение было важнейшей частью этой церемонии, практически то же самое, что и выражение благодарности в наши дни. Алтарь находился во дворе, обязательно напротив портика. Здесь животных, с соблюдением определенных церемоний, убивали и совершали подношения богам. Затем куски мяса приносили в дом и, нанизав на вертел, жарили их на очаге в центре зала, подкидывая в него дрова из кедра и сандалового дерева. Здесь же запекались желудки животных, наполненные кровью и жиром. Древние греки их именно жарили, а не отваривали. Женщины мололи ячмень и пшеницу в ручных мельницах, чтобы приготовить мужчинам еду, прием которой был их любимым развлечением. Когда Телемак отправился на корабле в Пилос, он взял с собой оливковое масло, вино и ячменную муку. В четвертой книге можно найти подробное описание того, какую еду он получил по прибытии в Спарту.
В двадцатой песни «Одиссеи» имеется интересное описание того, как служанки прибирали дом Одиссея, чистили столы скребками, подметали пол, а также мыли посуду.
Гомер достаточно много уделяет внимания тем обязанностям по дому, которые выполняли женщины. Так, например, Навзикая отправилась на речку стирать белье, где она его как следует прополоскала. В двадцать второй книге «Илиады» рассказывается, что троянские женщины стирали белье в каменных корытах, находившихся вблизи реки. Наверняка у них не было мыла и, скорее всего, они использовали что-то наподобие жирной глины для лучшего отстирывания белья.
Рис. 53. Взгляд с высоты птичьего полета на Тиринф с юго-запада
Кроме того, для женщины обязательным умением было шить одежду. Для начала шкуры очищали, затем красили. Шерсть вычесывалась и взбивалась, потом ее тщательно прочесывали гребнем, при этом волокна взбитой шерсти растягивались на максимально возможную длину6. На рис. 33 представлен не просто интересный, но еще и красивый фрагмент керамики, на котором показан процесс прядения. Сама прялка изготовлялась так, чтобы ее можно было закрепить выше колена. Оригинал этого рисунка хранится во втором зале античных ваз Британского музея. Небольшой фрагмент росписи вазы показывает нам процесс сучения нити, сбоку от пряхи можно также разглядеть небольшую изящную корзинку. Затем начинался собственно процесс прядения, которым занимались пряхи. На рис. 34, взятом с чернофигурной вазы, видно, как это делалось. Веретено изготовлялось из отполированного дерева, имело около тридцати сантиметров в длину и чуть больше сантиметра в диаметре, а также небольшое колесико, которое, по-видимому, облегчало процесс прядения. Прялку было принято держать в левой руке, а в ладони зажимали немного расчесанной шерсти. Она пропускалась через прялку и протягивалась руками до тех пор, пока не становилась достаточно длинной для того, чтобы ее можно было намотать в углубление, имевшееся в верхней части веретена. Затем через нее пропускалась шерсть, которая превращалась в нить. Затем нить наматывали на веретено, и процесс прядения продолжался. В четвертой книге «Одиссеи» можно найти упоминание о том, что у Елены было золотое веретено с шерстью фиолетово-голубого цвета, а также серебряная корзинка на колесиках, куда помещалась готовая пряжа. В шестой книге мать Навзикаи, сидя со своими служанками возле очага, пряла шерсть с пятнами цвета морской волны.
Гомер неоднократно упоминал и о таком роде занятий, как ткачество. Ткачи стояли перед ткацким станком и ходили взад и вперед вдоль него, используя челнок на уровне груди и пропуская через катушку горизонтальные нити.
Рис. 54. Внешний вид мегарона в Тиринфе (реконструкция)
Если бы Гомер знал, что мы захотим реконструировать устройство ткацкого станка, вероятно, он сохранил бы для нас больше подробностей; но судя по тому, что нам все-таки известно, по всей видимости, Пенелопа использовала ткацкий станок со спускающимися вниз нитями (на рис. 35 показана реконструкция станка такого типа, основанная на рисунке с древнегреческой вазы). Мы должны напомнить нашим читателям, что ткачество чем-то напоминает штопку. Вертикальные линии являются основой, а горизонтальные, которые пропускаются между ними, наслаиваются на основу. Как это происходило, показано на разрезах, представленных на рис. 35. Нити основы спускались вниз с вращающейся катушки, на которую наматывалась готовая ткань, затем разделялись с помощью особого устройства, которые можно видеть на разрезе А. Здесь имелся зазор, через который челнок, несущий наслаивавшиеся нити, мог проходить, причем они должны были переплетаться с теми нитями, которые проходили через челнок. Это делалось с помощью другого специального приспособления (разрез С), которое присоединялось к ткацкому станку, должно было чередоваться с нитями основы и вынималось после каждого прохода челнока, что позволяло проходить следующей нити.
Выясняется, что ткацкие станки с аналогичной конструкцией использовались и в Англии на протяжении бронзового века.
Материал, который получался в результате работы ткацких станков, шел на изготовление одежды и использовался почти без отходов. У Гомера имеется не так много упоминаний об одежде. Когда Одиссей рассказывает свинопасу о своих приключениях, он упоминает и о том, что во время ночной вылазки воины были одеты в накидки и туники, спали, прикрывшись щитами, кроме того, дополнительно они иногда надевали кожаные передники.
Далее, когда Одиссей первый раз после своего возвращения встречается с Пенелопой и еще до того, как он открылся ей, сам же сообщает, что якобы встречался с Одиссеем во время странствий. Пенелопа, для того чтобы проверить его, спрашивает, во что он был одет. Тот ей рассказал, что Одиссей носил двойную накидку, которая застегивалась с помощью золотой бляшки, имевшей два крючка. Бляшка была выполнена в виде собаки, державшей в своих лапах трепетную лань. Под накидкой он носил тунику.
Женская одежда во многом напоминала те наряды, которые можно увидеть на древнегреческих статуях позднеархаического периода. Поверх туники греки облачались в хитон. Это был просто отрез материи, примерно равный по длине росту женщины, а по ширине равный размаху ее рук. Верхняя часть хитона покрывала голову, затем ткань дважды оборачивались вокруг тела, драпировалась вокруг плеч и крепилась с помощью застежек. Более подробно остановиться на вопросе об одежде того времени мы собираемся в следующей нашей книге.
Если Гомер мало писал об одежде, то некоторым образом он восполняет этот пробел исключительно подробным описанием оружия. Необходимо помнить о том, что Гомер, по всей видимости, описывал оружие своего времени, а не то, которое на самом деле могли использовать герои Троянской войны. В третьей книге «Илиады» дается подробное описание доспехов Париса во время его схватки с Менелаем. Сперва Парис надевает поножи. Они представляли собой тонкие полоски бронзы, выкованные так, чтобы могли плотно облегать ноги, но открытые сзади, поэтому их можно было просто натягивать. Держались они только за счет эластичности металла, из которого были изготовлены. Панцирь состоял из двух листов бронзы, скреплявшихся на боках у воина.
