А я все же снизошла с изучения комнаты. Обычная коробка из четырех стен, пола и потолка. Все в отвратительном персиковом цвете. Окон нет, из мебели — кровать, стол и один стул. Еще было зеркало и небольшой шкаф. Конец клетки.
Я пустила ноги на пол, который покрывал белый ковер с длинным мягким ворсом. Первым вспыхнувшим воспоминанием стала кровь, в которую я упала, прежде чем все началось. Ну и ладно — такая мелочь меня преследовать в кошмарах не будет. Достаточно того милого костерка, что сложили для меня селяне, из самых сухих дров. Да, они быстрее разгораются, зато не дымят как влажные, а потому жертва не задыхалась, и могла сполна ощутить процесс.
Я тряхнула головой, отгоняя видение, и подошла к столику, где стоял серебряный поднос с мясом и картошкой. Из глиняного графина я налила себе чистой воды и села завтракать. Вкус еды мне казался похожим на бумагу, но свои калории организм получил и хотя бы перестал мучить меня. Постепенно мозг начинал работать, и пустота внутри сменилась двумя противоположными эмоциями: злостью и радостью. С одной стороны меня смешил факт того, что одна, на мой взгляд, случайная связь с оборотнем привела к тому, что меня не казнили за измену или не заключили в тюрьму. Что, так или иначе, я смогла выжить. С другой — кем себя возомнил этот охотник?! Может на него не действует стандартная сила ведьм, в результате чего проклясть или сглазить мужчину нельзя. Однако я вполне способна сплести его нити жизни, имея наш контракт и возможность питаться его энергией. Так что…
Я доела мясо и позвонила в колокольчик.
Зази пришла почти сразу.
— Да, госпожа.
— Можно мне как-нибудь помыться? — я подошла к служанке и протянула ей поднос, как бы случайно коснувшись руки девушки и одновременно взяв ее и отдав свою энергию.
На секунду дыхание Зази сбилось. Зрачки еле видимо расширились, а сердце пропустило удар. Значит, ошейник не влияет на мою силу. И, значит, если Нальгар ничего не поймет, у меня появился вполне реальный шанс на побег. Однако, я все еще не знаю еще всех подлянок, что заготовил для меня оборотень.
Немного смущенная, служанка ушла, чтобы через минуту вернуться с двумя големами, несущими мраморную ванну. Под ее же присмотром, каменные исполины, похожие на кучу камней, обмазанных глиной, принесли воду. Когда все было готово, Зази достала из кармана несколько бутылочек, поставила их на стол и, привычно поклонившись, вышла.
Нальгар видимо сам раздевал меня (одета я была лишь в свою привычную сорочку с кружевами), стирая параллельно кровь и с рук, и с ног, однако она осталась под ногтями. Гадость.
Я с наслаждением забралась в довольно горячую ванну и прикрыла глаза.
Кажется в такой, блаженной неге, я даже заснула и очнулась, лишь когда вода всколыхнулась. Руки оборотня скользнули по моему телу, и я невольно изогнулась. Наслаждение длилось ровно секунду, однако когда пришло осознание того, с кем я, меня захлестнуло отвращение. Страха не было — едва ли термин «изнасилование» применим к этой ситуации — я слишком… не фригидная в общем.
— Я думал, ты тяжелее воспримешь то, что я поймал тебя, — Нальгар заскользил когтями по моей коже, выводя круги.
— Никогда не была склонна к истерике, — я пожала плечами, — ну что, будущий правитель Наории, могу ли я получить ответы на свои вопросы?
— Можешь, только давай выберемся из воды — она слишком уж сильно остыла.
Я не стала спорить, молча опустив ноги на ковер и тут же закутавшись в заботливо протянутый мне белый халат.
— Не желаешь вина?
— Немного, — я кивнула головой.
— Итак, — Нальгар взял бутылку, которую, видимо, принес с собой, и начал разливать темно-красную жидкость по двум круглым бокалам. На мужчине был так же как на мне халат, который оборотень даже не пытался завязать, демонстрируя практически идеальное тело.
И я смотрела на него и испытывала отвращение. Да, только его. Плохо — значит, теперь любое прикосновение этого мужчины станет мне исключительно противным.
— Я вырос в маленькой деревеньке, на границе с землями оборотней. Меня растила старая женщина, которую я любил как мать и только потом осознал, насколько ей было тяжело растить маленького волчонка. Но мы, наверное, все же были счастливы, — Нальгар протянул мне бокал, и я взяла его, сделав маленький глоток, — ты сама знаешь, как жестоки люди к тем, кто не похож на них. Даже когда через пять километров от деревни начинаются земли оборотней. Особенно когда через пять километров начинаются земли оборотней.
Когда мне исполнилось двенадцать женщина, которую я считал матерью, заболела. Она медленно умирала, и никто не пытался ей помочь. В день, ставшим для нее последним, моя приемная мать рассказала о том, что раньше она служила при дворе Ранальфа и что сбежала оттуда, унося сына короля и бедной королевы, которую за измену сослали в монастырь. Она поедала мне о том, что я и есть принц и что однажды должен буду взойти на престол.
Что было дальше, рассказывать не имеет смысла — я на своих ногах добрался до училища и встал на путь охотников. Я знал, что слова приемной матери требуют доказательства и, когда я их получил, начал продумывать план, как вернуть себе то, что было моим по рождению. Так что радуйся, тебя держит в плену фактически новый король. Я еще не решил, кем будешь ты… это полностью зависит от того, как моя маленькая темная ведьмочка себя поведет.
Не пытайся сбежать — даже если ты убьешь служанку, в чем я сильно сомневаюсь, ошейник на тебе не даст покинуть дом. Ну, а если ты сумеешь подговорить Зази на что-то… ее убью я. Луана, я хорошо тебя изучил за те несколько дней, что у нас были. Может ты и темная, но у тебя очень доброе сердце. Ты не причинишь вред ребенку.
Я улыбнулась, затем подошла к мужчине и обняла его, скользя пальцами по горячей коже и стараясь не скривиться. Нальгар, насколько же ты отвратителен в своей жажде власти, из-за которой готов убить любого. И с какой же радостью я заберу твою жизнь. Но не сейчас.
Сейчас я готова потерпеть.
* * *
Итак, время для меня существовать перестало. Как понять — день или ночь, если в комнате нет окон или часов? Радовало только одно — Зази. Постепенно девочка оттаивала.
— Доброго дня, госпожа, — служанка зашла сегодня, неся яичницу с беконом. Теплая улыбка делала личико безумно хорошеньким, исчезло холодное равнодушие.
— Привет, Зази, не надо так официально, Нальгара ведь нет, — я подошла к девочке, едва она поставила поднос, и обняла, привычно обмениваясь энергией.
Я, кажется, об этом уже говорила — простые люди при такой махинации в мгновение ока оказывались в состоянии зависимости от меня. Как если бы принимали наркотические средства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
