Девушка поморщилась, вспомнив последнюю сцену в спальне, как Вадим сжал ее за плечи, тряхнул, что есть силы за несдержанность и резкий выпад. И ведь не в сторону жены, а свой, собственный. Ей часто казалось, что Вадим пытается сказать то, что выбивается за рамки их немыслимых отношений. Однако Ксения не старалась тешить себя иллюзиями. Этот мужчина не изменится для нее одной. Она пока лишь эпизод в череде его запутанной и неформальной жизни. Но именно сейчас девушка поняла одну вещь: она сделает всё, что он захочет, лишь бы иметь возможность смотреть на него, знать, что он просто есть на свете. И не важно, где и с кем.
========== Тупик второй ==========
Я так лицемерна,
Рецепт, очевидно, простой,
С той девочкой нервной,
Кого ты считаешь женой.
Улыбки, как листья,
Растут на моих губах,
Но все ж от убийства
Меня отделяет шаг
В большой комнате горел камин, озаряя комнату красным светом. В углу стояла небольшая ель, украшенная гирляндой и стеклянными шарами. Правда, привычного атрибута на макушке в виде красной звезды там не наблюдалось. За новогодним столом собрались актеры, музыканты, поэты. Костя позвал около двадцати человек приятелей и друзей.
Ксения сидела в кресле, вертела полупустой бокал с шампанским, смотрела, как Вадим танцует со своей женой. Метлицкий бережно сжимал ее руку, уверенно держал свою ладонь на обнаженной спине, видневшейся в вырезе черного платья.
Девушка впервые увидела знаменитую диву Анну Русинову-Руссо не на плакате, а воочию, и не смогла удержать завистливого вздоха. Она являлась поистине красивой женщиной, привыкшей слышать комплименты, ловить мужские взгляды, принимать их ухаживания. Ей было тридцать пять лет, но выглядела Анна, как женщина, застывшая в той поре, когда возраст не представляет особого значения, а важны шарм, очарование, броская, хищная красота. Жгучая брюнетка обладала удивительными чертами лица, в которых сплелись русская миловидность и западная резкость. Ее черные миндалевидные глаза могли прожечь насквозь огнем или окатить волной ледяного презрения. Но рядом с Метлицким Анна становилась более мягкой, тепло смотрела на своего мужа и выглядела в этот миг сущей девчонкой.
Ксения засмотрелась на платье, в котором жена Вадима блистала сегодняшней ночью: черный бархат обтягивал ее точеную фигуру, ниспадал на пол, закрывая туфли. Впереди ни малейшего выреза, но зато сзади практически вся спина обнажена. Вадим же под стать ей надел черную шелковую рубашку, хотя не изменил своей привычке, закатил рукава до локтя, расстегнул три пуговицы, так же он остался в своих любимых светлых джинсах, без которых его образ уже не представлялся.
Девушка, насупившись, смотрела на танцующие пары, допила шампанское, налила себе еще. Вновь окинула взглядом Анну, тяжело вздохнула. Она проигрывала ей по всем параметрам - и внешностью, и умением держаться, и вкусом. Ксения критически осмотрела свое платье из золотистой парчи, которое отец привез ей из Парижа. Оно, конечно, было сшито по последней моде, - с завышенной талией, длинное, бретельки завязывались на бант, - но явно смотрелось не так вызывающе и привлекательно, как черный бархат на брюнетке.
- Ни дать, ни взять - фам-фаталь, - буркнула девушка, присевшему рядом Косте.
- Ксюш, - мужчина склонился к ней, стараясь не повышать голос, - я ж тебя предупреждал, что так и будет. Ну зачем тебе быть здесь? И Вадима я не понимаю. Совсем рехнулся.
- Костя, не надо, - тихо произнесла она, поморщившись. - Хотела убедиться сама. И потом, разве не ты меня сюда пригласил? - холодно усмехнулась, вновь болезненно поморщилась, отвела взгляд от Метлицкого.
- Конспираторы хреновы, - Костя забрал бокал из рук Ксении. - Хватит шампанского на сегодня.
- Я не устрою скандал, - девушка вновь усмехнулась. - Волноваться нет причин. Я встречаю новый год в компании друзей, среди которых известные люди, умею себя вести в обществе.
Ксения замотала головой, отгоняя непрошенные и совершенно неуместные слезы. Она с силой сжала руку Кости, чтобы иметь возможность зацепиться за реальность и не сойти с ума от боли, которая разрывала сердце на куски, терзала душу острыми зубами.
- Ревность - плохой советчик, Ксень, - прошептал ей на ухо актер.
- А я не ревную, - пожала плечами девушка.
Она, действительно, не ревновала. Ксения тихо умирала от внутренней боли, которая не притупилась даже выпитым шампанским. Ей хотелось оказаться в объятиях Вадима, почувствовать сильные руки на своей талии, прижаться к нему, ощутить ту силу, которая есть в нем, ту власть, которая не отпускает, не дает забыть глаза, губы, нервные, изломанные жесты.
Песня закончилась, ее сменила другая, более динамичная. Вадим приобнял жену за талию, направился к тому месту, где сидела Ксения и общалась с Костей. Девушка посмотрела на Метлицкого, обмерла, внутренне съежилась. Он смотрел на нее с такой нескрываемой досадой, яростью и болью, что она ощутила эту гамму чувств буквально физически. Меркулов же удостоился колючего взгляда, который мог бы пришпилить к стенке дивана, на котором сидел.
Анна грациозно опустилась в кресло, Вадим налил ей шампанского. Она медленно пригубила напиток, оставив на бокале из богемского хрусталя отпечаток красной помады. Женщина томно улыбнулась, ее полные губы красиво изогнулись.
- Ксения, почему вы не танцуете? - сощурив глаза, спросила она.
- Устала за день. Пришлось помочь ребятам накрыть на стол, - мило проронила девушка, растянув губы в натянутой улыбке.
- Совсем обнаглели, - усмехнулась Анна. - Я бы на вашем месте устроила им бойкот. Хотя, понимаю, что этим чертям сопротивляться сложно. Вадик умеет выбирать себе друзей под стать себе. Я тоже недолго сопротивлялась его напору, - женщина бросила на Метлицкого взгляд полный восхищения.
- Понимаю, еще бы, - пробормотала Ксения. - Наверное, лучше я пойду на кухню и посмотрю, остались ли там еще закуски, - совершенно другим тоном произнесла она.
- Ксения, вы же не прислуга в этом доме. Можно подумать, что мы вас в рабство взяли. Вадим, пригласи девушку на танец, раз твой друг привез ее вместо кухарки и весь вечер держит на привязи, - Анна положила руку на плечо мужу, тот поцеловал ее запястье.
У Ксении похолодело все внутри, но потом ей показалось, что этот жест был картинным, ненастоящим, наигранным. Как будто Вадим хочет продемонстрировать окружающим свои чувства к жене. Девушка заметила его сосредоточенное лицо, как в те моменты, когда он учит слова из роли и одновременно пытается окунуться в образ.
