class="p1">Настроение испортила Ксюша, которую Настя давно уже не видела. Да с того субботнего вечера. Похоже, что у Лени опять было много работы. Или он удовлетворял свой сексуальный аппетит в офисе, коли уж его пассия работала в его же фирме. Секс по будням, а выходные можно провести с беременной женой и семьей.
Ксюша скользнула по жене своего босса внимательным взглядом, и Настя невольно выпрямила спину. Пусть соперница видит, что с ней все в порядке. Она носит ребенка и здорова.
Видимо, это и повлияло на Настино решение. Желание продемонстрировать свою отличную физическую форму. Дать бой сопернице. Она решила, что в последний раз прогуляется верхом. И позволит себе это вновь лишь после родов.
– Беды не будет, развеешься, воздухом подышишь, – пожала плечами Юля. – Поехали.
Насте оседлали любимую Сметанку. Полина тоже выбрала смирную лошадку. Ксюша умчалась на Вьюге.
– Кто у вас, мальчик, девочка? – кивнула Юля на уже заметный Настин живот. – Уже можно определить пол ребенка. Леня, конечно, сына ждет.
– Я еще не делала УЗИ. Собираюсь на следующей неделе. Разве пол ребенка так уж важен?
Настя понимала, что врет себе, не Юле. Намеренно оттягивает обязательное обследование. Да, пол их с Леней малыша определить уже можно. А если снова девочка? Муж, конечно, пошутит, что рад пополнить свой гарем. Но Настя знала, что Лёне будет больно. Он очень хочет сына.
Они ехали учебной рысью, медленно. Настя даже к реке решила не спускаться. Предельная осторожность. Объедут разок вокруг конефермы, и на этом все. Сзади ехала Юля, страхуя. Рядом Полина. Слева вдруг мелькнула вороная кобыла, это мчалась по полю Ксюша.
Настя сама не поняла, что вдруг случилось. Почему ее смирная кобыла взвилась, будто ее ужалили, и понеслась галопом. Полина закричала, сама Настя изо всех сил вцепилась в повод. Но лошадь не удержала. Сметанка будто взбесилась.
Очнулась Настя на земле, в глазах стояла ночь. Лосины были в крови. Ребенка она потеряла еще при падении. Больно ударилась головой. В больнице у нее ко всем прочему диагностировали сотрясение мозга. Крови было столько, что Полина упала в обморок. Всем распоряжалась Юля, которая сохраняла самообладание. Настя то приходила в сознание, то опять погружалась во мрак.
Ее несли в машину «Скорой помощи», и Настя с трудом могла дышать от невыносимой боли. Уколы почти не подействовали. Надо было что-то посильнее.
– Позвони Лёне, – сказала плачущая Юля, которая шла рядом с носилками. – Или мне это сделать?
– Я сама, – одними губами сказала Настя.
И почему-то набрала Бориса. Тот быстро договорился с врачом, чтобы Настю отправили в лучшую московскую больницу.
– Не довезем, – поначалу сказали Дергачу.
– Я организую вертолет.
Когда в больницу приехал муж, Настя была в реанимации, без сознания. Она не знала, о чем говорили мужчины. Но с тех пор отношения у мужа с Дергачом разладились совсем. Будто один из них был виноват в случившейся трагедии. Настя же во всем винила только себя. Ей не надо было, будучи беременной, садиться на лошадь. Следовало вообще забыть про эту треклятую конеферму.
А потом был тяжелый разговор с Борисом. После которого Настя впервые задумалась о разводе. Дергач изо всех сил пытался вывести ее из депрессии. Развлекал как мог. Настя с трудом приходила в себя. Она понимала, что еще одной попытки родить ребенка не будет. Физические травмы еще можно залечить, но не душевную. Она даже не захотела узнать, кто у них был, мальчик или девочка. Они с Леней предпочитали на эту тему не говорить.
Дергач тоже молчал. Пока Настя впервые не улыбнулась. Это было в зоопарке. Настя с того рокового дня стала бояться животных, особенно больших. И когда она улыбнулась, глядя на возню забавных медвежат, Дергач решился.
Вокруг были дети, и Настя впервые реагировала на них спокойно. Светило солнце, погода была чудесная. Дергач тоже смотрел на детей. Настя вдруг подумала, что он очень одинок. А ведь Борис – ровесник ее мужа. И ни жены, ни детей. Ей стало его жалко.
– Тебе надо жениться, Боря, – мягко сказала она. – А ты возишься со мной. Неужели ты не понял, что я останусь с мужем, что бы ни случилось?
– Ты просто не все знаешь.
– Чем еще ты меня можешь удивить?
– Давай присядем.
Настя забеспокоилась. Борис хочет сказать ей что-то очень важное. Давно собирается, но берег ее. Готова ли она?
Они сели на лавочку, Настя, прищурившись, посмотрела на синее, без облаков небо. Какое-то время они молчали.
– Я был на конеферме, – сказал наконец Дергач.
– А я туда больше не хожу! – резко сказала она.
– Я знаю: ты винишь себя. Хочу снять груз с твоей души. Ты можешь говорить об этом спокойно?
– О потерянном ребенке? Да.
– Я поехал туда, когда ты еще лежала в больнице. Я не лошадник, но хотелось бы понять, почему вдруг кобыла понесла. Я говорил с хозяйкой конефермы, с конюхами, с тренерами. Даже с клиентами. Все в шоке. Сметанка смирная лошадь, на ней даже дети безбоязненно катаются.
– Полина с нее упала, – напомнила Настя.
– Полина не в состоянии сосредоточиться. Но ты-то наездница опытная. Со стажем. Ты вот уже много лет дружишь со Сметанкой. Она тебя беспрекословно слушается.
– Борис, остановись!
– Похоже, что на тебя было совершено покушение. Лошадь не просто так понесла. Ее что-то заставило. Или заставили. На конеферме у тебя заклятый враг, Настя. Или тот, кому этот враг хорошо заплатил.
– Этого не может быть! У меня со всеми ровные отношения. Я не представляю себе, чтобы кто-то… Борис, ты ошибаешься.
– Если бы. Лошадь напугали. Или сделали что-то такое, что она взвилась и понесла. Я тебе больше скажу. Подпруга. Она не оборвалась. Ее надрезали. Причем разрез заметен. Мне сказал об этом конюх. Ты не могла удержаться в седле, даже если бы была профессиональной спортсменкой. Все ведь знали, что ты предпочитаешь ездить на Сметанке. Конюх клянется, что надрез сделал не он. Но как ему верить? Надо было вызвать полицию. Но твой муж…
– Ты говорил об этом с Леней?!
– В тот же день. Я предложил ему нанять частного детектива, коли уж Петровский не хочет предавать дело огласке и обращаться в полицию. Он был обязан найти того, кто убил твоего ребенка, Настя.
– И что сказал мой муж?
– Послал меня черту. Мол, это не мое дело. Я лезу в чужую семью, он сам с этим разберется. Насколько я знаю, никакого расследования не было. В полицию твой муж не обращался. Или я чего-то не знаю? – пристально посмотрел на нее Дергач.
– Я впервые об этом слышу!
– Тебя хотели
