Читаем без скачивания Ключ-стражи (СИ) - Шакирова Анастасия

Мягко взмахивая крыльями, грифка набирала высоту. Седло уже почти не качалось, верхом на звере было неожиданно мягко и удобно. Рэн снова заставил Милену зависнуть в воздухе и что-то сказал, обращаясь ко мне. Я помотала головой – почему-то заложило уши.

– А?!

– Нэк, обернись! Посмотри на город!

Я послушалась.

В сиянии послеполуденного весеннего солнца перед нами лежала Пристань. Было видно Мастерскую, зелень небольших парков, здание Академии и прямоугольнички строений вокруг нее. Разноцветные черепичные крыши, люди – как муравьи, ползущие по узким улочкам. И блеск Ори. Такое красивое место... и такое крохотное с высоты. Такое, наверное, хрупкое.

Рэн молчал. Милена издала странный вопросительный звук, похожий одновременно на свист и щелканье.

– Пора? – наконец предложила я.

– Угу, – рыжий хлопнул Милену по шее. Грифка плавно развернулась, и мы полетели над лесом, прочь от города.

Вскоре выяснились две вещи.

Первое: парить в небе, оказывается, не так уж страшно. То есть, конечно, разжать руки, которыми я цеплялась за Рэна, меня не заставил бы даже целый взвод Лансов, обещающих деньги, славу и процветание, но зажмуриться и верещать от ужаса уже не хотелось. По крайней мере, хотелось не так сильно, как вначале.

Второе: с воздуха, гоблин его заешь, лес выглядит совершенно не так, как с земли. И я понятия не имею, где искать эту трижды растреклятую просеку! Тогда она показалась мне огромной, не потеряешь, а теперь... Мы уже дважды снижались, увидев просвет среди деревьев, и оказывались то на вполне цивилизованной вырубке, то на поляне с одуванчиками.

– Нэк, – в десятый раз терпеливо повторил Рэн, – постарайся вспомнить приметы.

– Я помню! Красный дуб у дороги, тропинка поворачивает вправо, потом прямо до гнилого пня... Не поверишь, маги умеют в лесу ориентироваться! Я этот лес знаю три года как!

– И где твое хваленое ориентирование теперь?

– Я сказала – «в лесу», а не «над ним»!

– А если мы попробуем начать заново от тех ворот, через которые вы вышли?

– Может, проще спуститься и пешком пойти?

– Тогда мы потратим гораздо больше времени. Лететь быстрее.

– Мы его и так тратим...

Милена хрипло и раздраженно клекотнула. Она явно не привыкла к тому, что всадники ссорятся на тему «куда лететь», поворачивая то туда, то сюда. Грифка помотала головой, потом щелкнула клювом и уставилась куда-то вдаль.

– Она что-то заметила! – с восторгом сообщил рыжий. – Может, темное колдовство?

– Скорее, какую-нибудь потенциальную еду...

Йер их разберет, этих грифонов, может, у них встроенное чутье на магию Ворона и боящихся высоты девчонок. Милена развернулась; кажется, в той стороне мы уже побывали, но ей виднее. Грифка легко скользила над верхушками деревьев. По взаимному уговору мы смотрели в разные стороны, чтобы не пропустить: я направо, Рэн налево.

– Вот оно! – Рэн подпрыгнул в седле, и мне пришлось крепче вцепиться в рыжего. – Уй! Нэк, полегче. Смотри, ведь похоже?

– Вроде, – с сомнением протянула я. Честно говоря, я уже совершенно потерялась, и лишь устало надеялась, что домой-то меня отвезут. Но, кажется, это все-таки та, нужная просека. Поваленное дерево, выжженная пятнами трава — как будто здесь горели разом полдюжины костров.

Рэн негромко просвистел – дал Милене команду садиться. Грифка встопорщила перья, место ей, похоже, не нравилось, и я ее не осуждала. Но, послушавшись всадника, зверюга стала неохотно снижаться. Посадка получилась на удивление мягкой, Милена приземлилась на все четыре лапы и сложила крылья. Рэн легко спрыгнул с седла и протянул мне руку. Ноги, как ни странно, не затекли, зато слегка пошатывало – после покачивания седла сложно было привыкнуть к твердой и надежной земле. Набравшись храбрости, я осторожно погладила Милену по шее. Грифка фыркнула, но цапнуть, по крайней мере, не попыталась.

Рыжий, присев на корточки, изучал границу зеленой травы и черного пепла. Я осматривалась. В прошлый раз мы были с другой стороны просеки... или нет? Ледяные пятна давно растаяли, остались лишь следы от огня.

— А ходить по этим... обгорелым... безопасно?

– Лиарре с Лансом нормально было.

– Может, героям нормально, а у остальных шерсть на ушах вырастает?

Я потыкала землю носком сапога, под слоем пепла она была твердая, как камень. Ничего — уши даже не почесались. Корни дерева, вырванного из земли, словно морковка из грядки, сиротливо торчали вверх и вбок, а в его тени, как ни в чем не бывало, цвела крестокровка. Странно, мне казалось, что поваленных стволов было больше. Или просто у страха глаза велики?

— Ничего себе тут огненные шары летали, — уважительно присвистнул Рэн, на коленках обползая границу пепла и травы. Вытер лоб тыльной стороной ладони, тут же перепачкавшись в золе.

— Огненные плети, — поправила я. — Не знаю никаких огненных шаров, мячей и прочей ерунды. Этого даже в легендах нет.

— Ты чего — точно шары! Гляди, какая дырка!

Я посмотрела на указанную «дырку». Да, действительно, ровный выгоревший круг, как по циркулю чертили, шагов пятнадцати в поперечнике. Милена, возившаяся в кустах, забеспокоилась, прокричала что-то странное — то ли каркнула, то ли мяукнула.

– Слушай, – растерянно сказал рыжий, все еще стоя на коленях, – она горячая... Земля.

У меня зазвенело в ушах от неприятного предчувствия.

– Рэн, – сглотнув, сказала я. – По-моему, это не та просека.

Мой спутник выпрямился и уставился на меня.

— Нэк, ты чего городишь? Их две было?

– Одна. Вроде... Мне кажется... Кажется, эта появилась недавно.

Грифка еще раз протяжно вскрикнула и прыгнула в воздух, ударив крыльями с такой силой, что нас осыпало пеплом и пылью. Прямо передо мной из кустов выскочило... нечто. Больше всего оно походило на собаку — на угольно-черную приземистую шестилапую собаку, по всему телу которой хаотично горели красные хищные глаза. Блеснули острые зубы.

Я завизжала так, что собака отшатнулась и ошалело потрясла уродливой шипастой башкой. Зашипела, сжалась в гармошку, будто гусеница. Просвистел короткий меч Рэна, разрубив существо надвое. Две половинки попытались было потянуться друг к другу, сдулись, стали дряблыми и морщинистыми и растаяли облачками вонючего дыма.

Вспомнив, что ученице Мастерской стыдно визжать, как мелкоте подзаборной, я лихорадочно рылась в памяти, вспоминая хоть одну подходящую руну. Увы, к боям с непонятными тварями нас явно не готовили. Вот репу побыстрее вырастить или забор ото мха очистить — пожалуйста! Мне бы каплю умений Тансена...

– Пора убираться, – озвучил мои мысли рыжий. – Милена!

Зверюга кружила над нами и отказывалась спускаться, клекоча и постанывая.

– Я думала, грифоны – боевые звери и могут сражаться! – мы заняли оборонительную позицию спиной к спине. На каждые колышущиеся ветви мое сердце реагировало мгновенным уханьем в пятки.

– Могут, но не все. Милена боится!

– Я тоже боюсь, но у меня нет таких когтей и клюва!

– Милена, девочка, иди сюда... Да спустись же, чтоб тебя!

Грифка снизилась было, но тут же снова взмыла вверх, завопив, словно крылатая версия скребущего по стеклу огромного ножа. Сильный порыв ветра скользнул по выжженной полянке, поднял вверх угольную пыль – и она соткалась в новое существо, пока что расплывчатое и непонятное. Вот из дыма появились четыре суставчатые ноги, морда, похожая на медвежий капкан, угловатое тело... Мой разум машинально отметил самое близкое к данной нечисти создание: «кошка». Тут же поправился – «кошка, как будто склеенная из мусора – кем-то, кто понятия не имеет о том, как выглядят кошки». Слишком много изгибов ног, слишком дерганые движения, слишком плоская голова...

Создание раззявило пасть, продемонстрировав вполне реальные клыки. Глаза ее, круглые, как фонари, горели все тем же темно-алым светом.  Подумало... и резко выросло, став размером с овчарку. А вокруг существа уже начали формироваться новые столбики пыли, нечеткие, но постепенно обретающие очертания. Разные – но одинаково жуткие.