Но не в сторону выхода, а к Итану.
Во взгляде дракона промелькнуло удивление и тут же сменилось жгучим довольством. Объятия стали крепче, меня прижали к груди. А потом Итан наклонился и поцеловал меня.
Требовательно. Горячо. И с таким желанием, что у меня попросту сорвало крышу. Я будто бы вновь обрела крылья. И меня опять сам воздух поддерживал над землей.
Привстав на носочки, обвила руками могучую шею и ответила на этот поцелуй с не меньшей страстью.
Я не делала над собой каких-то усилий. Сама хотела того же. Но сейчас, когда Итан наконец раскрыл мне свои чувства, больше не существовало никаких условностей. Появилась твердая почва под ногами, уверенность в будущем.
Будто бы именно этого мне не хватало для решительного шага вперед. В его объятия.
— Но тогда я прямо-таки настаиваю, чтобы ты перестала носить этот браслет, — сквозь поцелуй выдохнул Итан.
А я на секунду застыла, не понимая, о чем он говорит. Тихо рассмеялась и, прикусив Итану нижнюю губу, прошептала:
— А кто это у нас ревнует? Могучий и страшный дракон, от рыка которого разбегаются жители всех ближайших деревень?
— Именно так, — нисколечко не смутившись, подтвердил он.
— Вы только на него посмотрите! — Я с наигранным возмущением уперлась мужчине в грудь и слабо оттолкнула. — Только поцеловал девушку, а уже свои правила устанавливает! Нагло-о-о-о.
— Имею полное право, мун-ахар. — Хитро усмехнулся он, и несмотря на протесты, которые были скорее ради приличия, вновь притянул меня к себе и поцеловал.
— Мы это еще потом обсудим, — заверила я, не собираясь сдаваться без боя. — Хм… а я могу теперь называть тебя гат-ахаром?
Итан дернулся, как от пощечины, слегка отдалился и пристально посмотрел мне в глаза:
— А ты действительно этого хочешь?
— А это налагает какие-то особенные условия? — Решила уточнить я.
— Конечно, — серьезно протянул мужчина. — Ты обязана будешь любить меня и снять браслет.
— Ну, только если брасле-е-ет, — протянула в ответ, поигрывая бровями. А потом расхохоталась и вывернулась из его объятий. — У нас обед в самом разгаре, а ты тут со своими поцелуями, Итан.
— Вполне справедливое замечание, — заметил он, а в потемневших синих глазах продолжали плясать демонята. — Перейдем к десерту.
Прозвучало настолько двояко, что я залилась краской и поспешно опустилась обратно на одеяло. Но дракон не переступил невидимую черту. Он попросту начал рассказывать мне о диковинном фрукте, который не требовалось чистить. Нужно было лишь отделить ножом косточку, разрезать мякоть и наслаждаться божественным вкусом.
По поводу божественности я не особо поверила. Но стоило получить в руки дольку с плотной желтой мякотью и запустить в нее зубы, как сомнения рассеялись.
Действительно божественно. По травянистому сладко, но божественно!
Вскоре в соке этого фрукта было все. Мое лицо, руки, ствол соседнего дерева и одеяло, на котором мы сидели.
— Надо было захватить побольше салфеток, — подтрунивал надо мной Итан.
А я не обижалась, пила вино и улыбалась.
Пожалуй, это был самый лучший обед в моей жизни. И смысл тут крылся не только в еде. Я бы даже сказала, совершенно не в еде.
Но, к сожалению, даже такие обеды заканчиваются. И вскоре Итану пришлось уйти по делам, а я вернулась к себе в комнату, отказавшись от идеи запереться в библиотеке до победного.
Пророчества там нет, а копаться в книгах по магии времени… после нашего разговора с Итаном это казалось бессмысленным. Особенно сейчас, когда мои мысли тянулись к одному дракону, а мозги витали в облаках.
Даже если бы я и нашла что-то в таком состоянии, попросту не смогла бы понять.
Убедив саму себя, что приняла единственно верное решение, впорхнула в выделенную мне комнату, закрыла дверь и направилась в купальню. Не мешало бы смыть остатки липкого сока с лица и рук…
Взгляд зацепился за нечто, лежащее на столе. Развернувшись, я шагнула вперед и заинтересованно уставилась не непонятно откуда взявшийся конверт. Плотная белоснежная бумага, алая сургучная печать. Но стоило мне рассмотреть ее повнимательнее, как сердце ухнуло в пятки. Это просто не могло быть совпадением!
Дрожащими руками взяв конверт, я провела пальцем по печати, на которой очень уж явно проступал объемный коготь. Коготь дракона.
— Это шутка? — выдохнула я, ломая сургуч и вытаскивая на свет свернутый вчетверо большой лист.
Или мне на самом деле написали из клана Риос?
На таком огромном листе было всего одна фраза, написанная ровным мелким почерком. Всего одна фраза, от которой у меня ноги подогнулись.
«Откажись от звания мун-алас, и тогда твои родители останутся живы».
Глава 8
— Печать настоящая, — подтвердил мои самые страшные опасения Итан. Ему хватило одного только взгляда, чтобы определить это.
Сейчас мы вчетвером находились в моей комнате, предварительно плотно закрыв дверь. Была бы моя воля, я бы еще и шкафом ее подперла для надежности. Да только ни Итан, ни Алан меня не поддержали. А сама я бы вряд ли тот шкаф дотолкала.
— И что делать? — Элиза сидела в одном из кресел, рассматривая ту самую сургучную печать, которая поселила в моей душе смуту.
— Тебе стоит отказаться от поста их воина, — серьезно заявил Алан, усаживаясь напротив своей невесты.
Вначале метаморф всячески пытался жестами указать на кресло мне. Но я так сильно паниковала, что не могла усидеть на месте. Расхаживала по комнате из угла в угол и кусала губы в кровь.
— Это может быть правдой, — кажется, решил добить меня предположением Итан. — Арию и Валтера не видели со времен их преступления. Лорд Виорский был последним. Из этого вытекает, что они вполне могут быть живы. И находиться в лапах Когтя.
— Ты должна отказаться, — повторил Алан. А я, наконец, повернулась к нему, чувствуя, что иду по грани.
С одной стороны, жизнь и здоровье родных. А с другой — вся та магия, в которой нуждаются драконы.
— Если она откажется от поста мун-алас, то ослабнет, — отозвался вместо меня Итан. — Легче будет попасть в руки Когтя. Драконий мир не позволит каш-ахар так просто отказаться ото всего ради жизней двух преступников.
У меня закружилась голова. Я попросту не могла сделать этот выбор. Не могла выбирать!
Опустившись на кровать, зарылась пальцами в волосы.
Казалось бы, все просто. Настолько просто, что никаких колебаний и быть не должно. Но… правда ли они живы? Могли ли эти драконы поймать их? И сохранить им жизнь, чтобы через столько лет шантажировать меня?
Элиза тихо встала, подошла ко мне и опустилась на кровать рядом:
— Почему бы не убить двух зайцев одной стрелой, Лиа?
Мы с Аланом переглянулись и посмотрели на девушку.
— Что ты имеешь в виду?
— Серьезно? — удивилась она. — Ты только что узнала, что твои родители на самом деле живы. Что они в плену. А ты сидишь сложа руки и паникуешь. Освободи их. И не отказывайся от поста мун-алас, если хочешь помочь драконам вернуть Источник.
— Освободить? — Алан откинулся на спинку кресла. — Что, если это ловушка? Что, если они предугадали, что Лиа попытается их спасти?
— Не ты ли только что советовал ей отказаться от драконов ради жизни ее родителей? — Вскинула брови Элиза. — К тому же в письме идет речь об их жизни, а не свободе. Они не позволят им покинуть заточение. Просто сохранят жизни и продолжат мучить.
Вздохнув, она повернулась ко мне и проговорила:
— Насколько сильно я не люблю своего отца, но одна его фраза все же подойдет к этой ситуации. Лиа, никогда не иди на поводу у шантажа. Это ничем хорошим не закончится.
Я благодарно улыбнулась девушке, которая пыталась быть мне подругой. А потом вопросительно посмотрела на Итана. Его мнения я еще не слышала.
— Все это может быть ловушкой, — впервые поддержал метаморфа дракон. — От них слишком долго не было известий. И я…
Дракон бросил в мою сторону взгляд, резко замолчав. Но я прекрасно поняла, о чем он думает.
