Дружно работая веслами и отталкиваясь шестами, мы вывели ЛАС на середину реки и сразу заметили «шлагбаум».
– Миш, давай лучше совсем на ту сторону переберемся и начнем производить измерения оттуда, – предложил я.
Михаил согласно кивнул и навалился на весла. Воды в реке после ночного дождя значительно прибавилось, и, пока мы одолевали течение, нас отнесло в сторону. Мне пришлось вылезти и выводить лодку на исходную позицию, буксируя ее за собой с помощью страховочного конца. После этого мы двинулись к тому месту, где, по нашим представлениям, некогда стоял мост. Теперь мы двигались поперек течения, которое значительно усилилось после дождя. Продвинув лодку метров на пять к противоположному берегу, мы быстро втыкали шесты в дно реки, и, пока Михаил удерживал лодку в относительно спокойном состоянии, я делал измерения и записывал полученные результаты в блокнот. Затем мы отчаливали, я вновь брался за второй шест, и мы опять толкали лодку вперед, ориентируясь на белевший на фоне темно-зеленой листвы указатель. Минут через сорок весь маршрут был промерен, и едва мы коснулись берега, я выпрыгнул из лодки и поспешил в палатку обрабатывать полученные результаты. Они оказались для меня совершенно непонятными. Вместо одного, как и положено для одного объекта, в череде полученных показаний я получил сразу два. Хотя они и располагались недалеко друг от друга, тем не менее это явно были два совершенно отдельных объекта. Вскоре подошел Михаил.
– Ну как дела, Сань?
– Да ты понимаешь, ерунда вырисовывается, – я показал ему мои вычисления. – Кажется, там не одна машина, а две.
– Они, наверное, размножаются, – рассмеялся он, но тут же принял серьезный вид. – Да там же еще мотоциклы лежат, ты не забыл?
– Мотоциклы? – рассеянно повторил я. – Как же я запамятовал! Верно, после того как броневик рухнул в воду, а танкисты расправились с оставшимися гитлеровцами, они сбросили с моста и их мотоциклы. – Я хлопнул себя по лбу. – Вот где собака зарыта!
– Как же ты про такую «мелочь» забыл? – поддел меня Михаил.
– Ладно, ладно, – отмахнулся я от него, – у тебя сейчас каша пригорит, а ты тут топчешься.
Михаил выскочил из палатки, а я улегся на спину и принялся размышлять над тем, как бы нам поточнее установить местонахождение автомобиля.
«Самое оптимальное, – думал я, – натянуть через реку веревку и, двигаясь вдоль нее, ощупывать дно реки шестами».
Однако, во-первых, у нас не было такой длинной веревки, а во-вторых, даже будь она у нас, мы не могли бы ее натянуть, так как по реке время от времени проносились на моторках рыбаки, которым, надо полагать, наше нововведение вряд ли бы понравилось. Я прикидывал так и этак, и вскоре меня осенило.
«А что если сделать наоборот, натянуть веревки не поперек реки, а вдоль нее? Вколотить парочку колов метрах в десяти-пятнадцати от предполагаемого места затопления автомобиля и, подтягиваясь от одного кола к другому, ощупать дно».
Загоревшись этой идеей, я выскочил из палатки и заметался по полянке в поисках топора. Вырубив парочку подходящих по размеру кольев, я прихватил с собой также несколько сухих сучьев и вернулся к костру. Там меня ожидала полная миска рисовой каши с говядиной и две очищенные морковки, на десерт. За обедом я поделился с Михаилом своей задумкой. Тот лишь время от времени одобрительно кивал, поскольку не в силах был оторваться от своей тарелки.
– Ну что же, мысль, кажется, вполне здравая, – наконец проговорил он, отодвинув тарелку и вытерев губы носовым платком. – Во всяком случае, стоит попробовать.
Выпив чаю, мы вновь отправились на реку. Выведя лодку на середину реки, мы сориентировались по нашему «шлагбауму» и принялись устанавливать первый опорный кол. Пока Михаил удерживал лодку в относительной неподвижности, я, привстав на упруго выгибающемся подо мной днище лодки, с диким воплем метнул один кол в воду. Мой бросок был так силен, что от отдачи я едва не упал за борт. Спасло меня только то, что моя правая нога зацепилась за центральное сиденье.
– Греби скорее к колу! – завопил я, видя, что нас начало относить течением в сторону.
Михаил взялся за весла, и через несколько секунд ЛАС вернулся на прежнюю позицию. Схватив высовывающийся примерно на метр из воды кол, я принялся вколачивать его в дно обухом топора до тех пор, пока над поверхностью воды не осталась небольшая его часть, сантиметров в двадцать-тридцать. Накинув заготовленную для такого случая веревку с петлей на сделанные в нем пропилы, мы перевели дух и двинулись к следующей контрольной точке. Вколачивая второй кол, мы не обратили внимания на внезапно приблизившуюся к нам моторную лодку, и только услышав обращенные к нам слова: «А чем это вы тут занимаетесь?» – мы поняли, что не одни.
Увидев на сидевших в лодке мужчинах форменные фуражки рыбоохраны, мы недоуменно переглянулись.
– Да вот, – пробормотал я, опуская топор, – колышек вбиваем.
– Мы видим, что колышек, – подозрительно посмотрел на нас один из них, – а вот зачем он вам, мы сейчас и посмотрим. Где ваш лагерь? – спросил он, привязывая наш ЛАС к кормовому крюку «Казанки».
Я молча показал рукой на укрывавшие нашу палатку кусты. Взревел мотор, и нас потащили к берегу.
– Какую лапшу на уши вешать будем? – обратился я к Михаилу.
– Давай под научных работников закосим, – предложил он. – Магнитометр представим как радиометр и скажем, что изучаем последствия Чернобыльской катастрофы. Да что мне тебя учить, ты и сам специалист в этом вопросе.
«Казанка» уткнулась носом в поросшую осокой глину, и рыбоохранники, предвкушая легкую добычу, принялись подтаскивать и нашу лодку. Когда мы выбрались на берег, тот, кто был постарше, представился:
– Старший инспектор Соколов. Прошу добровольно предъявить нам ваши орудия незаконного лова рыбы.
– Для начала я попрошу предъявить вас свои документы, – не моргнув глазом ответил я, по опыту зная, что документы у таких благоухающих перегаром охранников, как правило, валяются где-нибудь за печкой в хате.
Инспектор Соколов, растерянно поморгав глазами, торопливо похлопал себя по карманам и повернулся к своему напарнику:
– Олежка, кажи товарищам документ.
У Олежки отвисла челюсть:
– Виктор Семенович, так мне же его еще не выдали!
– Несущественная заминка, – смущенно забормотал инспектор Соколов, засунув руки в карманы, – документы у нас имеются.
– Хорошо. – Я решил не обострять с ними отношения. – А с чего вы взяли, что мы здесь рыбу ловим? Посмотрите, – я откинул полог палатки, – ни сетей, ни бредней, да что там говорить, у нас даже удочек с собой нет.
